– Я хочу выйти в свет и не знаю кто кроме тебя может мне в этом посодействовать.
– Для начала тебе неплохо бы было восстановить отношения с семьей, хотя бы внешне.
– Я готова вернуться в семью, но не просто вернуться, а так, чтобы самой распоряжаться своей дальнейшей судьбой.
– Девочка, не пытайся обмануть старика, – дядя хитро прищурился, – ты хочешь стать во главе семьи.
– Ну какой же ты старик, – пробормотала я. Дядя по-прежнему, не отрываясь смотрел на меня. – Да дядюшка, ты прав. Ты поможешь мне в этом?
– Какой может быть разговор. Между нами, Лота, ты единственный нормальный человек в этой семейке, не извращенец и не тряпка.
– Дядя откуда ты это знаешь?
– Я это чувствую. Ты настоящая женщина. Ну говори, что мне надо делать.
– Расскажи мне для начала все последние новости.
2 Дворянское гнездо (Бета)
Обед подходил уже к концу когда к матушке вдруг подошел слуга и что-то прошептал на ухо. Судя по тому, как напряглось ее лицо, вести были удивительными. Какое-то время она задумчиво продолжала жевать, затем, решительно постучала ложечкой по фужеру. Все разговоры, стук вилок и звон бокалов смолкли. Все замерли и обратили свой взор на матушку, лишь один кюре продолжал неторопливо ковырять вилкой в блюдечке с салатом.
– Только что я получила неожиданное известие. Моя пропавшая дочь Шарлота, – ее взгляд уперся в отца – в сопровождении твоего брата Петера возвращается домой. Они будут здесь с минуты на минуту. Я думаю, что слуга, посланный предупредить нас, не на много обогнал их.
Словно желая знать, как мы отреагируем на эту новость, матушка обвела всех присутствующих пристальным взором. Стараясь не встретиться с ней глазами, я уставилась в свою тарелку, исподлобья наблюдая за остальными. Все были немного ошарашены. На лице отца чувство облегчения сменялось беспокойством и на оборот. Сорела была искренне удивлена и я ее понимала. Вырваться из пут этого дома и вернуться? Нет, здесь что-то не так. И лишь кюре взирал на все с безмятежно доброй улыбкой.
Новость действительно была неожиданной и удивительной. Моя сестра пропала более двух лет назад и все это время о ней не было ни слуху ни духу. Если считать и время проведенное в монастыре, то ее не было дома почти семь лет. Я помню, сколько было шуму и крику когда она сбежала со своим любовником из монастыря. Кюре метал громы и молнии. Матушка была в ярости. Еще бы, устроенная с такими трудами свадьба расстраивалась, а матушка почему-то очень ее желала. Кюре вообще не любил Шарлоту, она всегда ему перечила, и в монастырь ее отправили после того, как она прилюдно оскорбила его. Кюре очень злопамятный и неприятный человек. Грешно так думать о слуге божьем, но я бы на месте Лоты предпочла не встречаться с ним. Даже спустя столько лет, когда при нем вспоминали нашу сестру, на его лицемерной и приторно слащавой физиономии, прорезалась такая не прикрытая злоба, что нам становилось страшно и о Шарлоте в нашем доме вспоминать было не принято.
– Наверняка натерпелась на свободных хлебах и теперь приползла просить прощения. – Мать обращалась к кюре, но говорила громко, чтобы слышали все.
– Господь призывал нас спасать заблудших овец, если она искренне покается в своих нечестивых поступках и смиренно примет наложенную епитимью мы позаботимся о ней.
– Вы воистину святой человек и так добры к нашей семье. Мы все будем молиться за вас.
Ласковый взгляд матери отрывается от кюре и приобретя стальную твердость обегает сидящих за столом.
– Моя дочь чувствует себя виноватой, и боится одна явиться в мой дом. И воистину, у нее есть для этого основания.
– Дорога, ну зачем ты так. Это бог благоволит к нам и в милосердии своем возвращает нам утерянное дитя. Так будем добры и мы. – Отец старается смотреть в сторону. Последние годы он так редко имеет свое мнение, отличное от мнения кюре и матери, что его робкое замечание расценивается как вызов.
– Не вздумай перечить мне! – Взвизгивает она. – Это ты и твой братец всегда баловали ее, вместо того, чтобы доверить воспитание святому человеку. Этой мерзавки нужны деньги, она бросилась за помощью к дяде, но всеблагой господь покарал этого безбожника и он нищий. Поэтому твой братец и везет ее сюда, но она напрасно надеется здесь она ничего не получит!
В конце своей речи мать уже просто кричит. Отец как-то съеживается, а мы с сестрой замираем, боясь, что материн гнев, как это уже не раз бывало, выплеснется на нас. Один кюре кажется доволен и глядит на нас с кроткой улыбкой.
– Успокойся дочь моя. Пути Господни неисповедимы, возможно наше предназначение, наставить заблудшую овцу на путь истинный. Многие святые великомученики шли к ореолу своему через муки и испытания. Так давайте безропотно примем необходимое.
– Вы как всегда правы святой отец. – Мать мгновенно успокоилась и приложившись к руке пастора вышла из-за стола.
Вслед за ней и мы все покинули трапезную.
– Не завидую я Лоте. – Сказала мне Сорела, когда мы спускались во двор. – Видимо жизнь ее совсем допекла если она решила вернуться сюда.
– Может, забыла? – Я выдвинула свою версию. – Она столько лет не была здесь.
– Ну нет. Ничего она не забыла.
– Что ты злишься? Сейчас она появится и мы все узнаем.
– Я злюсь потому, что ее пример доказывал мне – из этой жизни можно вырваться, нужно только решиться. А теперь что? Лота, которую я помню неукротимой, смирилась? Значит там, на воле хуже чем здесь? Зачем мы вообще живем? – Сорела просто брызгала желчью.
Я никогда не видела ее такой злой и одновременно отчаявшейся.
– Едут! – Крикнул кто-то со двора.
Мы прекратили наш разговор и выбежали во двор. Я не думаю, что их специально оповещали, но слуги всегда все знают. Весть о том, что блудная дочь сира Сореля возвращается, облетела дом с быстротою молнии. Двор был полон челяди. Многие догадывались, что такая пышная встреча придется не по нутру хозяйке, но любопытство оказалось сильнее страха.
Когда они въехали, я чуть не ахнула, у матери отвисла челюсть, отец просиял как солнышко, Сорела выпучила глаза и до боли сжала мне руку. Один кюре сумел совладеть с собой, хотя было видно, что и его изумление пробрало до костей. И было от чего.
Появившаяся во дворе кавалькада всадников разительно отличалась от того, что мы ожидали увидеть. Впереди, в сопровождении ослепительно красивой девушки ехал богато одетый, солидный господин с властными манерами, за ними следовало четыре воина охраны. И господин и девушка были смутно знакомы. Но прошло несколько мгновений прежде чем я поняла, кто это. Мамаша уже давно приучала нас относиться к дяде Пету, как к бедному родственнику. И вдруг, вот тебе и бедный родственник. Великолепные кони, шитые золотом плащи из дорогих тканей. Начищенное до блеска оружие эскорта. Да все это одно стоило целое состояние. Только приглядевшись, я поняла, что важный господин, это мой дядя Петер, только одетый как важный вельможа и держащийся с таким достоинством, которого мы в нем раньше не замечали. В девушке, с некоторым напряжением, я узнала свою сестру Лоту.
