Мы сразу отправились на рыночную площадь. Валил снег, под ногами грязь, а до зари оставалось еще около часа. Местные уже начали торговлю свежими продуктами. Именно тут, в квартале бедняков я чувствовал себя наиболее комфортно. Мои ясли были в деревне, где на поход на рынок, сам по себе был приключением. О такой роскоши, как рост уровней, я даже не думал. Все, что можно назвать моим нормальным детством, умещается в три недели жизни. И самое приятное воспоминание это завтрак с родителями, или ужин, когда отец приносит рыбу, а мама его хвалит. Местный рынок, с его запахами свежей деревенской еды, навивал приятные воспоминания. Именно поэтому я пришел сюда, а не в лавку торговца.
Набрав еды, на следующие пять дней, мы отправились к кузнецу за мечом для Фемиды. Город потихоньку просыпался, начали открываться лавки, а вместе с ними в городе начали появляться игроки, желавшие продать собранные лут.
Когда мы подошли к лавке кузнеца, было уже начало рабочего дня. Звон металла, памятная бабушка с предостережением и косой, и запах коленного железа, разлетающегося на всю улицу. Все было именно так, как я помнил с прошлого раза.
У самой кузницы, походка Фемиды сменилась, а чат начала литься отборная брань. Айзек перехватил контроль и теперь шел в сторону барьера над кузницей впереди меня. Как описать человека одержимого идеей? Айзек шел не обращает внимание на людей, подзатыльники, брань в чате и любые предостережения. К моему большому удивленью барьер не причинил им вреда. Бонусы от живого доспеха перекрывали аурный урон от проклятого металла.
Когда мы вошли в лавку, кузнец осмотрев нас сделал, то чего я никак не мог ожидать. Легкий кивок живому доспеху, со всем возможным уважением.
- Приветствую великого мастера.
- … - Айзек не ответил, лишь кивнул ровно так, как кузнец.
Кузней вспомнил наше соглашение и оговоренную награду. Но работать он предложил не мне, а именно Айзеку. Так словно, меня тут и не было. Мое сопротивление ментальному урону, тут больше не котировалось, как нечто достойное интереса или уважения.
Многие люди слышали, о том, что бывает, когда встречаются два мастера своего дела. Но мало кто видел собственными глазами, что они могут сотворить. Они начали ковать один заказ за другим, один ведущий, другой ведомый. Вместо слов удары молота и жар от раскалённого металла. Бедняга Фемида была вынуждена терпеть этот рабский труд ради своего нового меча.
Первый перерыв сделали через восемнадцать часов ковки, когда Фемида сказала “Вы все чокнутые, а я пошла спать”. Матерый кузнец решил перекусить, а Айзек тихо сидел у барьера, ожидает когда кузнец будет готов продолжить работу. Только тогда я понял, что он не устает ни морально, ни физически от процесса ковки метала. Такое встречается у людей любящих свою работу.
Пока было время сбегал на аукцион и отправил Аккароне бутылку лучшего вина, какое смог найти на аукционе. Создал котракт на его имя с пометкой
“Поздравляю с красивым дебютом в роли богоубийцы.
Кровавый Саджи ”
Когда вернулся в кузницу, надел живой доспех и начал работать с проклятым металлом. Я помню это чувство одержимости работой. Именно его я испытывал, в пустыне и Аду, когда ковал залог своего успеха. Каждый созданный предмет был омыт кровью сотен жертв, и делал меня безумнее с каждым созданным предметом. Интересно, как далеко зашел Айзек? Как сильно он отдавался любимому делу? Доспех говорит о многом, но не о всем.
Через трое суток кузнец упал прямо в кузнице. Когда начал лечить, заметил у него с десяток дебафов от истощенья. По мере лечения, лицо приобретала привычный розовый оттенок, а бледность отступала. Фемида сидевшая у барьера ворчала говоря “Смотри до чего дедушку довели. Тебе, что трупов мало.”
Когда дебафы снялись, мы с Айзеком отнесли его в дом при лавке, и положили на кровать. Выходя из комнаты, я понял, что ноги у меня подкашиваются и я вот-вот упаду от усталости. Я не спал уже трое суток.
Сил хватило только на то, что дойти до Фемиды и упасть рядом. Живой доспех сел рядом на корточки, словно смотрел на свою жертву. Он радовался, как ребенок смотря на свою новую игрушку. Радость, превосходство, удовольствие, счастье и веселье, целая гамма эмоций счастья. ЭлДжей скользнул на край сознания, когда я начал проваливаться в дрему.
Айзек сидел на корточках и вертел в руках нож, внимательно смотря на то, как я погружаюсь в сон. Нож в руках замер, а чате появилось сообщение.
“Я тебе говорил, что такое… БЕЗУМИЕ…”
***
В город Курза прибыло несколько строительных бригад клана Золотая Рука. Император признал Леона и его подчиненных виновными в понесенным ущербе. Конечно, молодой бог мог надавить на императора, но тогда он рисковал потерей своих прихожан, поэтому решил склониться пред милостью императора и пойти у него на поводу. Так думали многие, но не сам Леон.
После разрушения Алтаря Безымянного Бога, вся локация, что должна была перейти под власть дерева, была переименована в Лес Духов Тарга, в честь горной цепи к которой прилегал город. Место потеряло статус алтаря, но его свойства сохранились. Животные по прежнему приходили под крону полумертвого дерева и возносили свои дары. Игроки могли воскресить питомцев, но в сам ритуал воскрешения были внесены изменения. Больше не было окна интерфеса с подсказкой равноценности дара. Игрок вслепую закапывал дары и просил безымянного бога возродить питомца. Если этого не происходило, то значит принесенная жертва недостаточна.
Полгорода попало в пределы действия Леса Духов и теперь сутками куклы духов поднимаются из под земли и возносят к небу. Воздух все время светится призрачным серебристым цветом. Место силы устратило свою силу, став уникальной областью духов природы.
Дерево, служившее Алтарем Безымянному Богу, не погибло не смотря на полученный урон. Неизвестный маг смог одной атакой разрезать его ствол, от верхушки и до самой земли. Одна половина дерева погибла в момент убийства лича Саджи. После боя, эта часть дерева окаменела и полностью лишилась своей листвы. Сейчас из нее торчали десять тел из окаменелой древесины. А вторая половина дерева смогла выжить и теперь укрывает своей кроной лишь половину поля. Между половинками дерева была метровая щель, а древесина с обоих сторон была обугленной.
Клан Золотая Рука предложил продать всем желающим свои дома и переехать в более удобное для проживание место. За разрушенные дома была предложена двойная цена, и владельцы разрушенных домов быстро расставались со своим имуществом. Все были рады тому, что предлагает клан Золотая Рука. И только Леон смотрел куда дальше чем сегодняшний день.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
