Пока готовили к бою технику, Курбонбердыев осваивал управление «Меркавой» под руководством местного сержанта-танкиста. Послушав, как полковник с натугой выговаривает слова, израильтянин понимающе проговорил:
– Похоже, старик, ты из недавних репатриантов. Откуда приехал?
– Из Пакистана, сынок, – честно признался Абдулло. – Еще не слишком хорошо на иврите говорю.
– Говоришь ты нормально, – успокоил его инструктор. – Просто акцент немного странный.
Врубив мотор, Курбонбердыев сделал круг по плацу и доложил командиру
«Финиста», что готов вести танк куда угодно. Эта машина не слишком отличалась от модели МК-1, которой Абдулло научился управлять лет десять назад, когда работал в Ливане,
Гриша Демьяненко, нетерпеливо ожидавший перехода к активным действиям, спросил командира:
– Не пора ли, реббе Котлярский, вязать аборигенов?
– Не будем мы их вязать, – усмехнулся подполковник. – Завтра им свои же отцы-командиры клизму вставят – за то что подарили черт знает кому целую гору боевой техники.
– Так даже остроумнее, – согласился Николай. Остальные тоже одобрили эту идею. Свистнув, Сергей подозвал Фрухта и, поигрывая сотовым телефоном, сказал:
– Капитан, я только что получил по рации приказ немедленно выступить в район Кнессета, где складывается опасная ситуация. Оставляю вас за старшего.
Помните – сразу после захода солнца подойдут автобусы с пополнением. Будьте готовы.
Его команда уже рассаживалась: по четыре человека в каждый джип, еще четверо устроились в боевых отделениях танка, и только Аркадию придется поскучать в десантно-грузовом отсеке рядом со снарядами и носилками для транспортировки раненых. Убедившись, что все заняли свои места, Сергей направился к «Меркаве». По дороге ему попался столик, на котором лежали какие-то инструменты и запчасти. Вспомнив молодость, подполковник одним ударом переломил толстые доски столешницы. Аборигены почтительно притихли. Только Фрухт вполголоса сказал своим подчиненным:
– Видали, засранцы? Вот каким должен быть настоящий израильский воин.
Маленькая колонна выползла за ворота и двинулась в сторону города. Сергей стоял, высунувшись по пояс из командирского люка танковой башни. Из соседнего люка выглядывал Демьяненко, который действительную службу закончил в должности командира танка Т-72, а потому сегодня стал заряжающим и наводчиком в одном лице. Пейзаж вокруг них отнюдь не напоминал пустыню – это был скорее сплошной жилой массив. Блочные дома, коттеджи, магазины, автозаправочные станции, ресторанчики, спортивные площадки. На улицах было много зелени, людей и автомобилей. Частенько попадались на глаза армейские патрули.
Потом возле Сада академика Сахарова малоэтажные домики исчезли, сменившись ультрасовременными зданиями, и Каростин понял, что они наконец-то вступили в
Иерусалим. Возглавляемая танком колонна, не обращая внимания на светофоры, промчалась по проспекту Вейцмана, миновала огромную автобусную станцию, свернула на юг, благополучно прошла мимо Дворца Наций и взметнувшегося по соседству небоскреба отеля «Хилтон», однако поворот на проспект Бен-Цви и к министерству иностранных дел оказался перегорожен механизированным подразделением. Пришлось продолжить движение по проспекту Вольфсона, оставляя справа знаменитый шпионский центр «Джойнт». По левому борту выстроились в ряд почти одинаковые с виду, словно из одного инкубатора, бетонные коробки правительственных резиденций: канцелярия премьер-министра, министерство внутренних дел и министерство финансов. В глубине обширного парка возвышалась над деревьями плоская крыша
Кнессета.
Около Храма Книги, или Музея свитков Мертвого моря, ТОО были собраны древнейшие рукописи, прогуливалась стайка дочерна загорелых девиц студенческого возраста – в шортах и с мороженым в руках. Одна из них, увидев танк, радостно завизжала и – в патриотическом запале – задрала маечку, обнажив пышную грудь.
Зрелище было в высшей степени заманчивым, и все мужчины в джипах ответили доброй девушке шквалом воздушных поцелуев.
– Видали, бродяги? – невольно вырвалось у Сергея. – Вот как должен народ любить свою армию.
В наушниках его шлема раздался возмущенный голос Дианы:
– Не верти башкой, кобель старый. Загляделся, пони маешь, словно в первый раз увидел!
– Отнюдь, – смиренно ответил он. – Далеко не в первый. Приходилось видеть кое-что и получше. Но все равно приятно…
Мурлыча хором популярную песню «Ах, какая женщина мне б такую», они обогнули монастырь. Святого Креста и выехали на проспект Хазаз. Абдулло, прекрасно помнивший этот город, легко вывел отряд в обильно озелененный район застроенный шикарными особняками. Потом Курбонбердыев остановил танк возле ворот, на которых был нарисован нужный им номер.
– Всем надеть маски, – распорядился Сергей, нажимая кнопку звонка.
Из переговорника ответили на ломаном иврите: мол, хозяин изволят отдыхать, а потому посетителей пускать не велено.
– Военный министр приказал нам взять дом под охрану, – ответил по-русски
Сергей. – Есть сведения, что палестинские террористы собираются атаковать эту часть города.
– Ну, в натуре, слава богу, хоть один х… моржовый о нас вспомнил, – разразился динамик типично московским говорком. – А то, ваше, сидим тут, как тараканы в дерьме…
Вычурные ворота втянулись в каменную стену забора, открывая проезд танку и джипам. Из дома навстречу им бежал качок во всем белом: белые брюки, белая сорочка, белая бабочка, белые кроссовки, белая подмышечная кобура на белом ремне. Бритый череп ярко сверкал под безжалостными лучами тропического солнца.
Потрясая оттопыренными пальцами, «бык» заорал:
– Назад, падлы, цветы раздавите.
По просторному дворику были густо раскиданы ухоженные клумбы с потрясающе красивыми розами всех мыслимых расцветок. Не без труда втиснув машины между цветниками и фонтаном в античном стиле, спецназовцы и их попутчики, закрыв лица черными шапками-масками, обступили охранника.
– Где господин Василий Корольков? – вежливо поинтересовался полковник
Котлярский. – Нам приказано обеспечить его безопасность.
Встретивший их здоровяк повторил, что Король отсыпается в своих апартаментах. Понимающе кивнув, Сергей приказал:
– Собери братву – всех, кто находится на объекте. Я должен сделать сообщение.
Их появление явно не обеспокоило обитателей особняка. Во-первых, защитники
Лабиринта были одеты в униформу местной армии. Во-вторых, приехали охранять дорогих иностранцев. А что маски носят, так это даже привычно. Мало ли зачем люди не хотят свои портреты кому попало показывать…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
