То, что девочки явно не вручную заплетали мне волосы, было абсолютно ясно любому гордому обладателю длинных кос. Даже в четыре руки они вряд ли бы справились к настоящему моменту. Так что от передачи мне заклинания не отвертятся!..
Тем временем, Лэй подошел к бочке и, буркнув что-то среднее между «привет» и «глаза б мои вас не видели», макнул голову в воду. Меня передернуло. Бр-р-р… Даже самому холодно стало. Вода же ледяная! Бочка всю ночь, наверняка, на улице простояла! Да не на верхних ярусах, где солнышки — оба сразу — могли нагреть воду, а на холодной и (я покосился на небольшую лужицу возле сапога) сырой земле. А он туда с головой… Как так можно?..
Вопросительно посмотрев на недоуменно пожавшую плечами Рию, я принялся считать пузыри, пускаемые светлым княжичем. На двадцать девятом он вынырнул, отдышался, прислушался к чему-то… и снова нырнул в бочку, на этот раз едва ли не по пояс. Это что, такой способ лечения похмелья? Ор-ригинально…
Мне же повезло гораздо больше — моя регенерация, как оказалось, великолепно справляется не только с ранами, но и с такой низменной и тривиальной вещью, как похмелье. Так что я был уже практически бодр, как огурчик! То ли дело — эльф…
Ох… кхе-кхе…
Пока мой вчерашний собутыльник пытался привести себя в относительный порядок, я поднял взгляд к небу в надежде поймать пару лучиков солнца…
От открывшейся картины у меня перехватило дух. Красота-то какая!..
Высокие, уходящие к небесам, и невероятно толстые стволы деревьев, на ветвях которых покоятся дома, домики и полноценные древесные замки, причем не в один ярус, а, как минимум, в пять. К тому же, это ажурное золотисто-зеленое сверкающее великолепие связано между собой невесомыми, словно сотканными из паутины, мостиками и тонкими канатами, по которым бегали особо прыткие эльфы — на моих глазах маленькая, не старше сорока лет, эльфиечка шустро перебежала по длиннющему канату с одного дерева на другое. Весь город — прошу прощения, та'ал — искрился и сверкал в пробивающихся меж листвы лучах солнца, словно большая елочная игрушка…
У меня просто не хватило слов, чтобы описать всю ту красоту, что предстала перед моими глазами. Я не поэт и не художник… Но, думается мне, даже у величайших художников и поэтов не получилось бы передать все великолепие эльфийского леса…
— Нравится? — Поинтересовалась у меня за спиной гордая за свой народ бабуля. Я только завороженно кивнул, не в силах оторвать взгляд от этой красоты. «Хоть здесь писатели не ошиблись,» — мелькнула в моей голове мысль. — «Эльфийские города еще более прекрасны, чем я себе представлял.» И это обычный, ничем не примечательный та'ал! Что же будет в эльфийской столице?..
Тем временем, эльфеныш закончил, наконец, подводно-похмельные процедуры и вынырнул из бочки уже с вполне вменяемым видом. По крайней мере, оглядев себя, он поморщился и бросил чистящее заклинание. Ишь ты! Чистюля… Даже не смотря на то, что его одежду проще выкинуть, чем постирать, все равно пытается отчистить от непонятных пятен. Я, вон… А собственно, во что я одет?
Наконец-то сподобившись оглядеть собственный наряд, я поперхнулся и закашлялся, пытаясь подавить непрошенное веселье. Если Лэй в своей одежде походил на искупавшегося в речке около химзавода, то меня можно выставлять вместо пугала — ручаюсь, ни одна птица даже близко не подлетит к полю, пока там будет стоять такое.
Сизо-буро-фиолетовая с подозрительными красными пятнами рубашка с обугленными лохмотьями вместо рукавов и подола, еще вчера имевшая благородный полуночно-синий оттенок; все в дырах и подпалинах кожаные штаны… Ну, а в довершение, мои любимые сапоги вместо черных стали равномерно-светло-серыми… в красное пятнышко…
Да-а-а…
Обменявшись взглядами с тихонько хихикающим Лэем, я только вздохнул. Интересно, что же мы вчера такого натворили, что теперь выглядим, как пара нищих оборванцев?
И что по поводу нашего с княжичем такого вида скажет мой пока незнакомый эльфийский дедушка?..
Глава 11
Любишь кататься? Умей от контролеров бегать!
Вздохнув и закатив глаза к небесам, Риа пробормотала себе под нос что-то, напоминающее: «…И в кого они такие?..», — а потом подобрала с земли незамеченный мной ранее сверток и швырнула нам.
— Переоденьтесь, — бросила она и повернулась к нам спиной.
Недоуменно посмотрел на Лэя — тот в ответ только пожал плечами и потянулся к увязанному тючку.
Там обнаружились две пары нормальных, крепких штанов и рубашки: одна серебристо-белая, явно принадлежащая княжичу, а вторая — темно-красная, явно выуженная из моего мешка, иначе откуда у нее на спине аккуратно подшитые прорези? Вот только что-то я рубашки такой расцветки у себя не припомню…
Дождавшись, пока мы переоденемся, сожжем остатки старой одежды при помощи старого-доброго файербола и попытаемся более-менее привести в порядок обувь, эльфиечка снова развернулась к нам и смерила таким добрым… таким ласковым взглядом, что я понял: сейчас меня будут убивать. Княжеча же, ввиду его неприкосновенности, просто покалечат.
— Ну, и как вы объясните свое вчерашнее поведение? — Поинтересовалась она, переводя вопрошающий взгляд с меня на Лэя и обратно.
Э-э-э… А что вчера было?
Покопавшись в памяти, я обнаружил, что там зияет вселенских размеров черная дыра. Воспоминания о вчерашнем вечере обрывались на том моменте, как мне пришлось залпом осушить кружку с вином. Потом — какая-то каша из смутных обрывков, больше похожая на бред алкоголика.
Переведя взгляд на сосредоточенно хмурящего брови княжича, я усмехнулся: похоже, незапланированным склерозом сегодня страдаю не я один…
А, нет. Похоже, Лэй помнит несколько больше, чем я — иначе с чего бы у него так округлились глаза? Да и нервное хихиканье не прибавляет мне оптимизма…
Что же вчера произошло?!
Видя, что память не желает к нам возвращаться, эльфиечка, сжалившись, начала рассказывать:
— Вы вчера ухитрились разгромить алхимическую лабораторию Ордевиния ара Перрети («Ой!» — Вжал голову в плечи княжич), вскипятить озеро с любимыми рыбками Янилии арэ Мессарэ («Мама»… — Лэй начал тихонько поскуливать от ужаса), разорили ферму по выведению боевых химер, при этом оглушив охрану и поломав сигнализацию (эльфеныш несколько нервно сглотнул), и ухитрились запечатлеть на себя целую стаю новорожденных ш'шэври («Ыть…»), устроили пляски в княжеском саду под абсолютно невыносимую для слуха музыку и, под конец, перецеловали всех придворных дам! — Казалось, эльфиечку больше всего возмущает именно наше распутное поведение. И что такого? Не мужчин же целовали!..
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
