войне потери и больше были озабочены охранной своего выводка, чем охотой на нарушителей воздушного пространства над драконьими горами.
Поднявшись в тронный зал, гость огляделся. С интересом подошёл к окну, прислонился к нему носом, обозревая небесный мир.
— Ничего так, внушает, — заключил он, отлипая от стекла и направляясь к трону с восседающем на нём правителем драконов. Затемнённые очки-консервы человек сдвинул на лоб. Красный шарф по-прежнему укутывал его шею и его длинный конец свисал вниз, чуть не доставая до пола.
Подойдя к трону, он отвесил явно шуточное приветствие: — Ну здравствуй, ужас Средиземья.
Кронос промолчал. Сейчас он сама себе казался человеков вдруг очнувшемся внутри собственного сна и не знающего что ему следует делать дальше.
— Ты как, задницу от трона оторвать можешь или прилип окончательно?
Кронос хотел что-то ответить, но не мог. Он сейчас был как паровой котёл, которому пока ещё не хватает набранного давления.
Картинно оглянувшись, гость посоветовал: — Было бы неплохо установить здесь второй стул или хотя бы какую скамеечку. Озаботься на досуге.
Наконец-то повелитель драконов смог разомкнуть непослушные губы: — Кто ты?
— Кто я? — переспросил посетитель. — А у меня над головой не написано?
В реальности бы такая фраза могла считаться за оскорбление, но внутри игры она являлась не более чем констатацией факта. Действительно написано. Прямо над головой.
«Рыцарь Максимильян» — прочитал повелитель драконов.
— Я не знаю тебя, — констатировал он.
— Зато я о тебе более чем наслышан, правда, в основном, в негативном ключе, — парировал путник.
Кронос повторил: — Кто ты?
— Человек. Переговорщик. Максим Верлетов, лейтенант министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны и чрезвычайным ситуациям.
— Как давно я не слышал этих слов, — после паузы ответил повелитель драконов.
— Каких именно?
— Российская Федерация. Гражданская оборона. МЧС.
— Не вижу никакого противоречия, — заявил Максим Верлетов сгладывая руки на груди. — По-моему происходящее сейчас и есть самая серьёзная чрезвычайная ситуация мирового, я бы даже сказал, планетарного масштаба. Поэтому нет ничего удивительного, что именно моё ведомство занимается ею и работает над её разрешением.
— Работает? Над чем? Над проблемой конца человечества?
Повелитель драконов оживал на глазах. Вот и в голосе появились насмешливые, саркастические нотки. Впрочем, это нисколько не смутило гостя. Оставаясь предельно серьёзным, он кивнул.
— Именно, что работает. Проект «возрождение» будет запущен уже в этом году. Чтобы не заразиться — дети будут расти отдельно от родителей. Мы никогда не сможем прикоснуться к ним, обнять их, разве только сможем словами сказать, как сильно мы любим их. Но это будут наши дети и они будут избавлены от проклятия созданной в американских лабораториях заразы.
Чуточку помедлив, Максим добавил: — Ты тоже можешь быть с нами Денис…
— Не называй это имя!
— Хорошо, — поправился Максим. — Ты можешь быть с нами — быть тем, кто возродит человечество. Интересная задачка, не правда ли?
Повелитель драконов засмеялся. Он действительно оживал с каждой минутой разговора, словно возвращаясь из далёкой дали куда умудрился уйти, самостоятельно заперев себя в стеклянном зале, на самом верхнем этаже, самой высокой башни воздушного замка.
— Без меня.
— Что же так? — удивился Максим.
— Над истинно разумным не властен ваш глупый инстинкт продолжения рода, — презрительно ответил Кронос. — Мне плевать на детей. Они только испортят мою жизнь. Плевать на человечество — кончилось, значит туда ему и дорога.
— Испортят твою жизнь? Как будто она сейчас у тебя замечательная!
— Замечательная! — упрямо повторил Кронос. — Я занимаюсь тем, чем всегда хотел. Играю в самую замечательную игру на свете и никаких проблем. Мне больше ничего не нужно. Совсем ничего.
Разговор явно свернул не туда, куда планировал гость.
Он сказал: — Ладно. Рад за тебя, если ты считаешь, что счастлив здесь. Нет, обманываю. Я не рад за тебя. Мне на тебя плевать. Но вот долг изволь вернуть. Обещал, так отдай.
— Я ничего никому не должен, — отрезал Кронос. — Я — победил! Победил я!
— Условия поставлены не так, — продолжал настаивать на своём мчс-овец. — Ты требовал, чтобы робо играли с тобой на твоих условиях, и они играли. Теперь отдай обещанное.
— Если не отдам?
— Тогда я лично вытащу твоё рахитичное тельце из капсулы, — пообещал Максим.
— Не сможешь, капсула в режиме саркофага!
— Поверь, смогу! Только уйдёт немного больше времени.
Повелитель драконов задумался.
— Просто отдай то, что нашёл и играй себе дальше, строй империи, а хочешь — продолжай дальше сидеть в этом зале как спящий красавец, который никогда не дождётся своей принцессы, — настаивал Максим. — Ты победил героев. Фактически — убил их. Твоя месть или что ты там себе напридумывал — свершилось. Теперь отдай то, что нашёл. Тебе оно всё равно никак не пригодится. Отдай или я убью тебя там, в реальном мире, по-настоящему.
— Да забирай.
Обработанный кристалл размером с кулак, как внутри игры интерпретировался файл или файлы, которыми могли обмениваться игроки, упал на пол и подкатился к ногам Максима.
— Благодарю, — подобрал его мчс-овец и развернулся к выходу из зала.
— Человечество тебя не забудет, — пообещал он прежде, чем окончательно уйти. А когда уже сделал орла для обратного полёта, сквозь зубы добавил: — Будет помнить, как главного мудака всех времён и народов наравне с теми уродами, что создали заразу и теми, что решились её выпустить в мир. Уж я об этом позабочусь и не только я один.
Издав короткий клёкот, гигантская птица спрыгнула с балкончика в холодную и синюю бездну.
Да, это тебе не на вертолёте летать, со всеми удобствами, — подумал Максим спешно надвинув очки-консервы, чтобы от резкого ветра не приходилось щурить глаза.
* * *
Время: несколько после.
Место: Эдемский сад (бывший центр номер 1, проекта «Возрождение»). Волоколамская область.
Дети сидели на поляне, ноги в тени разросшихся яблонь, на специально расстеленных ковриках, чтобы коротко подстриженная трава не колола босые. День выдался жарким, солнце пекло как в последний раз, но в тени от старых, разросшихся сверх всякой меры, деревьев было хорошо и покойно. Земля вокруг усеяна белыми яблочными лепестками, словно нетающими снежниками. Только-только прошёл самый цвет и сейчас крохотные цветы торопливо опадали, легко отрываясь при самом малом порыве ветра.
Пришло время послеобеденных рассказов, плавно перетекающее в сон-час. Самые маленькие уже спали, заботливо укрытые лёгкими, как пушинка, покрывалами. Дети постарше ещё держались, хотя кое-кто уже украдкой зевал в ладошку или лежал на своём коврике, делая вид будто слушает, а не спит.
Одна из девочек, в светло-сиреневом летнем сарафане, подняла руку.
— Какой у тебя вопрос, Лена?
— Что было на тех записях, которые повелитель драконов
