Мгновенно захлопнув за собой дверь, даже не заботясь о том, чтобы это вышло тихо, Влада поспешно побежала вниз, на ходу заглянув в гостиную. Так же пусто.
Лишь оказавшись на кухне, Ильина тут же выхватила взглядом, стоящую на обеденном столе, полупустую бутылку из-под коньяка, остатки лимонных долек на блюдце и опрокинутый на пол бокал. Пил. Опять пил. Как реагировать на подобное девушка понятия не имела. Она не хотела… совершенно не хотела доводить его до подобного состояния. Но, черт возьми… сколько же это будет продолжаться…
Подняв с пола бокал, девушка стала убирать остатки неудавшейся пьянки Громова. В какой-то миг все размышления на тему «а что же дальше?» отошли на второй план. Вот так вот хозяйничать бы у него на кухне всегда, убирая последствия его «размышлений»… Отчего-то это казалось настолько правильным, что…
Шум захлопнувшейся двери, выдернул Владу из собственных мыслей. А бодрый голос, с некой долей возмущения, прозвучавший сзади, заставил её вздрогнуть:
- Ой, а кто это тут хозяйничает у меня на кухне?
Резко обернувшись, Влада неуверенно уставилась на незнакомую женщину лет шестидесяти-шестидесяти пяти. Невысокая, не слишком полная, но вся, что называется, при себе. Волосы, почти полностью тронуты сединой, и ко всему прочему весьма добродушный взгляд. На смену первому недоумению, кто эта женщина и что ей нужно, тут же пришло понимание, что это видимо и есть та сама домработница Антона, Любовь Марковна, что вырастила его с пеленок. Вряд ли в такую рань к нему может заявиться еще хоть кто-то.
- Я тут просто… - кивнув на бутылку, что держала в руках, словно оправдываясь, замялась Владислава.
- А, ясно, все, - недовольно покачала головой женщина, и быстро прошагав к столу, выгрузила из рук два огромных пакета, которые так сразу Ильина и не заприметила. После чего, окинув Владу оценивающим взглядом, добавила, подтверждая догадки – Я любовь Марковна, помощница по хозяйству. А Антоша, я так понимаю, опять в своем репертуаре.
- Нет, это не совсем то, что вы подумали, - быстро поставив обратно на стол бутылку, пробормотала девушка. Отчего-то выставить себя не в лучшем свете еще и перед этой, милой с виду, женщиной, представлялось не самым приятным, - я Влада. И вы не подумайте, пожалуйста, ничего такого! На самом деле я не…
- Девочка моя, я прекрасно знаю, кто ты, - добродушно улыбнулась Любовь Марковна, - и можешь не оправдываться. Вот кому-кому, а тебе так точно в этом нет никакой необходимости.
- Вы, правда, так думаете?
- Я знаю, Влада, - и, не давая Ильиной возможности продолжить расспрос, поспешно поинтересовалась, - и где Антоша?
- Честно говоря, я понятия не имею, - осматриваясь по сторонам, словно ища там какой-то ответ, пробормотала девушка, снова бросая взгляд на несчастную бутылку, - вот это только…
- Понятно, - вытаскивая из пакетов всевозможные продукты, недовольно проворчала женщина, - опять пьет один. Машины во дворе тоже нет. Вы поссорились?
- Нет. Не совсем, - ошарашенная подобной осведомленностью их с Громовым отношениями, стала путаться Владислава, - просто там все так сложно…
- Ох, с ним все время сложно. Мальчик однажды запутался, и теперь просто не желает сам выпутаться и никому другому помочь это сделать ему, тоже не позволяет, - грустно выдохнула Любовь Марковна.
- А вы так… рано? – девушка хотела задать несколько иной вопрос, но наблюдая за тем, как женщина деловито раскладывает покупки, не могла не уточнить такой простой детали.
- Да я всегда, когда приезжаю, то пораньше, чтобы хоть пару раз в неделю этот балбес и с утра не уходил на работу голодным. Была бы моя воля, я бы каждый день наведывалась, но возраст уже не тот, да и у самой внуки, которые требуют внимания. Хотя, иногда вот взгляну на своего пятилетнего внука и на взрослого Антончика, так ну никакой разницы. Что один дите малое, что другой не лучше. Только и того, что игрушки несколько разняться, подрастая вместе с ними.
От простоты общения и рассказа пожилой женщины, Влада усмехнулась, понимая, что ведь так оно и есть. Она и сама не раз замечала за Антоном что-то такое ребяческое. Не смотря на внешнюю его холодность и жесткость, внутри в нем скрывался воистину маленький мальчишка, что по каким-то причинам предпочитал скрывать свою истинную натуру за годами вылепленной маской.
- Ладно, ты лучше давай, рассказывай, что между вами происходит? Опять он характер проявляет, да? – опять завернула разговор на волнующие темы Любовь Марковна.
- Вот скажите, вы ведь его с детства знаете, верно? – усаживая за стол, с намерением серьезно поговорить, Владислава, - Вот почему он такой упрямый? Почему все время пытается отгородиться? Я ведь вижу, что это не просто так. Что он совсем не такой, каким хочет казаться… Так почему?
- Влада, я вижу, что ты хочешь ему помочь, - присев рядом с девушкой, накрывая тоненькую ладошку своей, изборожденной морщинками, грустно начала домработница, - поэтому… понимаешь, все действительно не просто у него. Мальчику пришлось тяжело в свое время. А эта его нынешняя ожесточенность… Она началось от безысходности, боязни доверится снова. Сколько раз его пытались убедить, что раз обжегшись, еще не значит, что и в дальнейшем будет так же. Но разве ты ему что-то докажешь? Упертый, как баран, пока сам не убедится, не поверит ведь никому.
- Но, что произошло? – осторожно уточнила Ильина, пыталась понять хоть что-то вразумительное из рассказа женщины, - это из-за той истории с Авдеевым?
- Если бы все было так просто… - отводя взгляд, Любовь Марковна поспешно поднялась, отворачиваясь, - знаешь, лучше пускай он сам тебе все расскажет.
- А если он не хочет этого делать, как мне вести себя дальше? – с отчаянием воскликнула Владислава.
- Милая моя, да никак. Тут только время все может расставить по местам, ну и еще способность Антона про…
Договорить женщина не успела, так как вслед за стукнувшей дверью, послышалось раздраженное:
- И что тут происходит?
Влада и Любовь Марковна, словно по команде, повернулись к двери. Там, как и следовало ожидать, стоял Антон. Какой-то до безобразия помятый и растрепанный. Все в той же вчерашней одежде. Рубашка так же расстегнута на груди, рукава небрежно закатаны до локтей, легкая щетина, темные круги под глазами и хмурый взгляд… Не спал, зато пил. Вот и результат.
- Антош, ты, где был? – мгновенно опомнившись, спокойно уточнила помощница.
- И вам, здрасьте, Любовь Марковна, - фыркнул Громов, - сплетничаем?
- Разговариваем! – резко поправила женщина.
- Ага, слышу, не глухой, - проходя на кухню, недовольно пробурчал мужчина, - вот скажите, почему вы, бабы, все время суете нос не в свои дела?
