— Поверить не могу в то, что этот козёл вот так запросто смог запудрить нашей Минерве мозги. Хотя, — добавила девушка, — С его-то опытом по части соблазнения юных девиц, всё возможно…
— Ты точно уверена, что это именно он? — спросила Гро.
— Абсолютно. Я долго не могла вспомнить, но, когда гоняешь в голове одну и ту же мысль — ответ непременно приходит, пусть и в неожиданной форме. Я вспомнила сон, который мне снился перед тем, как мы обнаружили уход Мин, — пояснила Синайя. — Когда ты нашла её сотовый, я внезапно «увидела» картинку из моего сновидения — и всё встало на свои места. Ричард показывал мне альбом много раз — хотел, чтобы я запомнила как можно больше лиц, чтобы в дальнейшем безошибочно определять — кто «наш», а кто нет. Так что, если на фотках не Медичи собственной персоной — то я, Елизавета Вторая.
Сёстры устало улыбнулись друг дружке, и Грослин вытащила из кармана пару банкнот:
— Син, ты не возьмёшь нам кофе? Или я упаду прямо здесь, — попросила блондинка.
— Давай, — только и сказала брюнетка, и, взяв деньги, поплелась на ватных ногах в кофейню, с целью купить хотя бы один стакан «Капуччино» на двоих.
Грослин также облокотилась на спину и попыталась на секунду расслабиться — что бы ни произошло, сейчас они ничего не могут поделать: Син и магия, как выяснилось, понятия мало совместимые, и девушка в этом смысле абсолютно ничего не умеет, а природной интуиции у неё нет. Что же касалось Грослин, то она была самым обыкновенным человеком, и несмотря на свой природный интеллект — плохо ориентировалась в чужой местности, кроме того, сказывалось нервное истощение от всей этой истории: они в полной заднице, и тут уж как ни крути — идеального «Бога из машины» ждать не приходится. Даже если в этот миг, прямо сейчас, Ли зверски убивает Минни — ей с Син просто физически не успеть изменить ситуацию. В крайнем случае, максимум, что они могут попробовать — это ещё раз осуществить «Разрыв во времени», но и тогда им нужно будет абсолютно точно знать — в какой момент и в какое место им следует вернуться. А когда никакой зацепки нет и в помине — что делать? Ну что?
Грослин закрыла лицо ладонями и разрыдалась. Ещё никогда она не чувствовала себя такой беспомощной. Её любимая сестрёнка ушла не просто с полицейским, работающим «под прикрытием» и преследующим свои корыстные мотивы — она ушла с маньяком, который кроме всего прочего ещё и состоял в секте «Чёрная Чаша», и видимо имел к ним какое-то отношение! Всё это поведала ей Синайя в то время, пока они бежали к бару. Но оказалось, что Минни ушла задолго до их пробуждения, и теперь искать их с Медичи — всё равно, что пытаться отыскать иголку в стоге сена. Бесполезно.
От «чёрных» мыслей Гро отвлекло лёгкое похлопывание по плечу.
— Ой, Син, спасибо — а то я себя чувствую полной неудачницей…
К своему удивлению, подняв глаза — она обнаружила перед собой не младшую сестру, а совершенно незнакомую девушку, протягивающую ей чёрный, расшитый фиолетовыми шёлковыми нитками в виде цветочного узора, носовой платок. Девушка вглядывалась в лицо блондинки с неподдельным сочувствием:
— Простите. Я сидела напротив, слышала весь ваш разговор. Вы потеряли сестру?
Грослин взяла платок, и, поблагодарив, с облегчением высморкалась, предварительно вытерев мокрые воспалённые глаза. В это время к ним подошла Синайя с чашкой дымящегося кофе в руках.
— Гро, там очередь невероятная — они здесь, видно, только по вечерам кофе распивают. Ой… — осеклась девушка, заметив незнакомую персону рядом со своей сестрой.
Та, кто так любезно одолжил Грослин свой носовой платочек, была молодой светловолосой особой, среднего роста и астенического телосложения. Однако, в отличие от Грослин, волосы которой словно были «отлиты» из цельного золотого слитка — тугая узкая коса этой девушки имела пепельный оттенок, в то время как корни волос были почти белыми. Эта странная «белокурость» в некотором роде «стирала» признаки возраста, поэтому, глядя на неё — нельзя было с уверенностью сказать, сколько ей лет. Девушке могло быть как около двадцати, так и около тридцати «годков». Стройная худая фигура барышни была заключена в чёрное твидовое пальто, точно в футляр: от шеи и до самых пят оно застёгивалось, наверное, на целую сотню бесконечных крючков, и лишь у самого подола проходила светло-сиреневая кружевная кайма, совпадавшая, кстати, по цвету с носками её узких туфель на плоской подошве. Головного убора на ней не было, поэтому коса, заплетённая в стиле «рыбий хвост» свободно спускалась по спине до самого пояса, сужаясь к концу, словно хвост консервированной селёдки. На узком, бледном личике выделялись разве что глаза, увеличенные, как минимум, раза в два толстыми линзами больших очков в квадратной оправе. Их цвет был таким же неопределённым, как и цвет волос: с одной стороны, глаза казались тёмно-зелёными, но при другом освещении вполне могли оказаться и карими. На плече у неё красовалась кожаная сумочка на длинном ремне (опять же чёрного цвета), напоминающая мужской портфель для бумаг. Именно из его недр и появился спасительный для Грослин кусочек хлопчатобумажной ткани.
Странная барышня внимательно посмотрела на Син. В её глазах не было ничего, кроме вежливого любопытства и желания помочь, однако сам взгляд был каким-то грустным и даже, можно сказать, немного подавленным. В целом, эту меланхоличную особу вряд ли можно было назвать красивой, но термин «своеобразная» подходил к её внешности как нельзя лучше.
— Э-э-э, привет! — Неуверенно произнесла Синайя, передавая старшей сестре чашку с рисунком в виде улыбающейся пчелы.
— Эта милая девушка дала мне платок, когда я, как дура, расплакалась. Представляешь? — улыбаясь сквозь слёзы, сказала Гро.
Син положила свою руку на плечо Грослин и с подозрением взглянула на девушку в очках — она уже свыклась с мыслью, что все люди в этом городе представляли собой крайне неприятные личности. А потому была одновременно удивлена и насторожена поведением этой девицы, «выбивающейся» за края местного шаблона.
— Я вижу, — ехидно отозвалась Син, угрожающе сузив глаза. В синеватых зрачках младшей из Кроу промелькнула искра, попадающая под определение «стервозная».
— И с чего бы это «леди в чёрном» вдруг понадобилось тебе помогать? Или она не боится нашего «неопрятного» вида? — с сарказмом произнесла Синайя, при этом намекая на свои джинсы и свитера, и глядя в глаза таинственной незнакомки.
— Не надо, Син. Это было очень любезно с её стороны, — предостерегла сестру Грослин. — Спасибо вам ещё раз, мисс…
— Андреа. Андреа МакКуин, — ответила девушка тем же вежливым тоном, не отводя при этом своих глаз от глаз Синайи. Казалось, девушки вели между собой безмолвный «поединок взглядов», стараясь таким образом «прощупать» друг друга до самой сути.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
