по главку. Смысл беседы был прост: хоть из-под земли, а доставай сюда прокуратуру. Без следователя, эксперта и патологоанатома здесь делать нечего.
Убитый, опознанный как гражданин Тетерин, был действительно застрелен из пистолета. Причем скорее всего с глушителем, потому что, по словам Китаева и охраны, выстрела никто не слышал. Судя по состоянию тела, убийство было совершено около часа назад, то есть — тут Никита глянул на часы — где-то в половине девятого вечера плюс-минус четверть часа.
Ранение было в затылочную область черепа, слепое. Пуля осталась в теле, а вот гильза...
Колосов внимательно осмотрел кафельный пол в туалете, заглянул под унитазы, в кабинки, за корзины для бумаги, под раковины. Стреляной гильзы нигде не было. А по логике вещей она должна была быть, если, конечно, по фатальной своей траектории не залетела в унитаз и не утонула в канализации... Или же...
— Ничего по-прежнему здесь не трогайте и никого в туалет не пускайте, пока не приедет следователь прокуратуры, — приказал он Китаеву, следовавшему за ним как тень. — Кто у вас там задержан? Почему?
Объяснение снова было дано обстоятельное: как только стало известно об убийстве, среди посетителей казино возникла маленькая паника, которую, впрочем, быстро удалось погасить. Посетителей пока попросили оставаться на местах, и почти подавляющее большинство отнеслось к этой просьбе службы безопасности с пониманием. Но один из клиентов повел себя неадекватно. Едва лишь прозвучало слово «милиция», он ринулся к двери, позабыв даже про оставленное в гардеробе пальто. Он был остановлен швейцаром Песковым и попытался оказать ему сопротивление, которое, впрочем, тут же было пресечено. Так как он вел себя крайне подозрительно, охранники обыскали его и обнаружили в кармане пиджака пистолет, а в другом пять пакетиков героина.
Вполне можно допустить, развивал далее свои мысли Китаев, что задержанный являлся сбытчиком наркотиков. А именно для ограждения гостей от подобных типов службой безопасности казино и введена была должность смотрителя туалетов.
Возможно, предположил Китаев, задержанный пытался продать дозу кому-то из гостей и на этом был застигнут Тетериным. Тот хотел предупредить охрану и получил за это пулю.
— В затылок-то? — хмыкнул Никита. — Ладно, давайте показывайте — кого вы там взяли. А потом я хочу поговорить с вашим швейцаром, который его задержал. И... тут гардероб рядом? И с гардеробщиком тоже.
Задержанный сидел в комнате охраны, из вестибюля пришлось спускаться в полуподвальный этаж по служебной лестнице — именно она и располагалась за кассой. Впоследствии, когда Никита составил для себя подробный план этого обширного здания, ему стало много легче ориентироваться здесь. А пока он чувствовал себя в казино, как в настоящем лабиринте, в душе досадуя на то, что пока видит лишь задворки всего этого великолепия.
Задержанный был еще относительно молод. Одет он был довольно стильно. Никиту и его сопровождение он чуть ли не с порога встретил громким мятежным выкриком: «Что вы мне лапшу клеите, какое еще там убийство?» Никита впервые слышал, что «лапшу клеят», и любопытство его возросло.
— Представьтесь сначала, пожалуйста, — попросил он.
— Ну, Майский, фамилия моя Майский. Сергей. — Задержанный дернулся, и Никита увидел на его левой руке — на безымянном пальце — золотую печатку с бриллиантом, а на запястье золотую цепь, очень смахивающую толщиной на якорную.
— Это ваш пистолет и наркотики?
— Какой пистолет?
Глеб Китаев молча выложил на стол перед Колосовым пистолет и пять маленьких, аккуратно запакованных пластиковых мешочков с белым порошком.
— Это было у него в карманах, — сказал он, — никаких документов мы не нашли. Хотя фамилию он эту же сказал — Майский.
— Помимо посещения казино, чем вы вообще занимаетесь? — полюбопытствовал Никита.
— Я поэт, — Майский посмотрел на пакетики, лежащие на столе, — поэт от бога.
— А, круто, — согласился Колосов, — ну, не прощаюсь, еще увидимся.
— Вот подонок! — Китаев, когда они вышли из комнаты охраны, брезгливо поморщился. — И не сожалеет даже. Как его мои ребята в зал пропустили? Вот всегда так — чуть отлучишься, жди какого-нибудь ЧП.
— А вас разве здесь не было... — Никита чуть не обмолвился «в момент убийства»?
Китаев опередил: быстро, четко отрапортовал, что его с утра на работе не было, он сопровождал Салютова в деловой поездке. Вернулись они с шефом только к восьми часам вечера. Не успел он, Китаев, провести для заступавшей на дежурство смены летучку, как тут — бац!
Колосов послушал, подумал и попросил пригласить гардеробщика. «Михеев, — подсказал его фамилию Китаев, — он у нас уже два года работает». Михеев ждал в вестибюле у фонтана. Худощавый сорокалетний мужчина с нездоровым желтоватым цветом лица. Форменная черная куртка с золотыми галунами сидела на нем ловко, точно военный френч. Он очень сильно волновался. Волновался так, что у него даже дрожали руки. Колосова это сначала удивило.
Михеев начал путано и торопливо рассказывать, что заступил на рабочее место, как обычно, за полчаса до открытия казино, то есть в двенадцать часов дня. До самого вечера в «Красном маке» были лишь единичные посетители, да и те приезжали не играть, а обедать в ресторане. К семи, правда, публика начала потихоньку прибывать, и тут...
Михеев жалобно посмотрел на Китаева. И тут...
— Вы Тетерина сегодня видели, разговаривали с ним? — Никита задал свой первый вопрос о потерпевшем.
— Конечно. Мы вместе днем на работу заступили. И потом я его еще в течение дня видел.
— Ничего необычного, странного не заметили?
— У Сан Саныча? Господи, нет. Что у Саныча необычного могло быть?
— Может, он говорил, что ждет кого-то?
— Да что вы! Он же на работе. Он из курительной комнаты два раза только и отлучался — вниз за газетами. Он кроссворды обожает... обожал очень. Ребята ему всегда откладывали. Потом он звонить домой ходил. У него жена больная, а сын пьяница. Всю семью замучил, жена его выгнала, он теперь у Тетерина живет и...
— С восьми до половины девятого в туалет кто-нибудь заходил? — резко спросил его Китаев. — Ты видел кого-нибудь?
— Я не видел, Глеб Арнольдович. Китаев тяжело смотрел на него.
— Я ж вам докладывал, камера здесь барахлила, а я... я вниз в диспетчерскую отлучался. Живот что-то скрутило, я за таблетками ходил. А меня там так прихватило, еле до туалета дополз.
— До туалета? — В душе Колосов просто был потрясен, до каких интимных сторон жизни гардеробщика им еще предстоит дойти. — Ну, и когда вы там находились, что-нибудь подозрительное видели, слышали?
— Я внизу был, на пульте охраны. Там служебный туалет. Но вы не подумайте, я Пескова за гардеробом присмотреть попросил.
Китаев смерил его испепеляющим взглядом и отвернулся к
