Воловик Адольф
Человечек на стене
Адольф Воловик
Человечек на стене
ОГЛАВЛЕНИЕ
ИСТОРИЯ, КОТОРУЮ РАССКАЗАЛ КАРАНДАШНЫЙ ОГРЫЗОК
ИСТОРИЯ, КОТОРАЯ ПРОИЗОШЛА С ДИМКОЙ В НАРИСОВАННОЙ СТРАНЕ
ИСТОРИЯ О ТОМ, КАК ВАЖНО УМЕТЬ ВИДЕТЬ
ИСТОРИЯ О СЫЩИКЕ ЗОРКОМ ГЛАЗЕ И О ТАЙНЕ ПРОСТОЙ ЛИНИИ
ИСТОРИЯ О ТОМ, КАК МЫ УКРАШАЛИ ГОЛОВУ ЗНАНИЯМИ
ИСТОРИЯ О ТОМ, У КОГО УЧИЛСЯ САМЫЙ ПЕРВЫЙ ХУДОЖНИК
ИСТОРИЯ О ТОМ, КАК У АЛЬБОМА ЛОПНУЛО ТЕРПЕНИЕ
ИСТОРИЯ О ВЕЛИКОМ ТРУЖЕНИКЕ
ИСТОРИЯ О НЕОБЫКНОВЕННОМ ПУТЕШЕСТВИИ
ИСТОРИЯ, КОТОРАЯ ПРОИЗОШЛА В СОЛНЕЧНЫЙ ДЕНЬ
ИСТОРИЯ О ХУДОЖНИКАХ, КОТОРЫЕ НЕ БЫЛИ ХУДОЖНИКАМИ
ИСТОРИЯ, РАССКАЗАННАЯ СТАРОЙ ПАЛИТРОЙ
ИСТОРИЯ, В КОТОРОЙ НИЧЕГО НЕ ПРОИСХОДИТ
ИСТОРИЯ, В КОТОРОЙ МЫ ПРОЩАЕМСЯ С ЧЕЛОВЕЧКОМ
Когда я был таким, как вы, ребята, мне было очень интересно узнать, как получаются книги, кто и почему их пишет. И вам, наверное, тоже интересно узнать: как появилась эта книга?
А произошло все совершенно случайно. Прихожу я как-то домой и вижу, что мой сын Димка стоит возле подъезда и что-то бормочет себе под нос. Я прислушался. "Точка, точка, запятая, - услышал я, - минус, рожица кривая, палки, палки, огуречик - вот и вышел человечек". И человечек действительно вышел. Он был аккуратно нацарапан гвоздем на стене. Я растерялся. С одной стороны, я должен был отругать Димку за испорченную стенку, а с другой? С другой - я очень обрадовался: у моего сына появилось желание рисовать.
Увидев меня, Димка смутился и виновато опустил глаза.
- Ну и ну, - сказал я, - мой сын превратился в доисторического человека. В пещерного жителя.
- Ладно, я больше не буду рисовать, - вяло извинился Димка.
- Что ты! - испугался я. - Рисуй. Только, пожалуйста, не на стенке. Это очень хорошо, когда человек умеет рисовать, и очень плохо, - тяжело вздохнул я, - когда человек портит стены.
Кое-как мы затерли необычный, с точками и запятыми, портрет и до вечера не вспоминали о случившемся. А вечером Димка подсел ко мне и спросил:
- Папа, а пап, почему ты назвал меня пещерным человеком?
- Да потому, что только пещерные художники рисовали на стенах своих жилищ.
- Почему?
- Потому, что у них не было ни карандашей, ни бумаги, ни красок. Все это появилось намного позже и стоило очень дорого. Только ты ничего не ценишь. Мама каждый день выметает из-под шкафа кучу карандашей.
- А чем же древние художники рисовали? А кто придумал карандаш? А как научиться рисовать? А как...
И Димка задал сразу столько вопросов, что отвечать мне на них пришлось много и много дней.
Мы не только беседовали, но и рисовали. Часто к нам заходили Димкины товарищи. Они тоже слушали наши рассказы и рисовали вместе с нами.
Иногда они просили меня повторить какой-нибудь рассказ или еще раз показать, как делается рисунок.
И вот тогда я решил записать все, о чем мы говорили, чтобы мальчики и девочки, Димкины друзья, смогли принять участие в наших беседах, беседах, которые начались с истории, рассказанной Карандашным Огрызком.
ИСТОРИЯ, КОТОРУЮ РАССКАЗАЛ КАРАНДАШНЫЙ ОГРЫЗОК
Ящик письменного стола скрипнул и приоткрылся. Линейка невольно зажмурилась от внезапно хлынувшего сюда яркого света. И в ту же минуту что-то шлепнулось рядом с ней. Линейка открыла глаза, но ничего не увидела: ящик закрылся.
- Нельзя ли поосторожней, - проворчала она, отодвигаясь в сторону от неизвестного предмета.
- Прошу прощения, - произнес чей-то голос. - Разрешите представиться: меня зовут Карандаш.
Небольшая щель пропускала немного света, и поэтому Линейке наконец удалось рассмотреть говорившего. Да, это действительно был карандаш. Только какой! Всего-то ростом в три сантиметра.
Не успела Линейка произвести свои вычисления, как Автоматический Карандаш, который находился здесь же рядом, ехидно заметил:
- Да разве вы карандаш? Вы просто-напросто карандашный огрызок.
- Действительно, - согласилась Линейка, - все карандаши, которых я знала, были высокими и стройными. Они были очень обходительны и вежливо скользили по бумаге рядом со мной.
Карандашный Огрызок промолчал. Это был старый, много повидавший карандаш. Зачем ему было спорить с Линейкой, которая не знала, что чем меньше карандаш, тем он старше и мудрее.
И вообще доказать что-либо Линейке было очень трудно. Всем давно известна прямолинейность ее суждений. Поэтому Карандашный Огрызок скромно уселся в углу и стал наблюдать за Циркулем, который пытался провести окружность. Но окружность никак не получалась. Циркуль был без грифеля. И очень от этого страдал.
- Разрешите, я вам помогу.
Карандашный Огрызок ловким движением отломал часть своего грифеля и протянул Циркулю.
- Как я вам благодарен! - обрадовался Циркуль и запрыгал на одной ножке.
- Что вы! Что вы! Стоит ли благодарности? Ведь это сущие пустяки. Мы обязаны помогать друг другу, - сказал Карандашный Огрызок.- Да и мне этот грифель, вероятно, уже ни к чему: вряд ли мне придется водить им по бумаге.
- Теперь наступил наш век! - надменно заявил Автоматический Карандаш, поблескивая металлическими доспехами. - Теперь только мы, автоматические карандаши, а не какие-то деревянные палочки призваны служить человеку.
- Вы ошибаетесь, - вежливо возразил ему Карандашный Огрызок. - Художники, например, предпочитают пользоваться обычными карандашами. И хотя мы с вами близкие родственники...
- Это уже слишком! Вы слышите? Мы - родственники! Какая-то облезлая деревяшка утверждает, что состоит со мной, Автоматическим Карандашом, в родстве! Да еще в близком!
- Вы напрасно горячитесь. Если бы не было нас, простых карандашей, то и вы бы никогда не появились на свет.
- Да какое вы имеете право поучать! - возмутилась Линейка. - Врываетесь без приглашения в наше высококультурное, с техническим образованием общество и читаете нотации! Неслыханно!
Но тут раздался еще один голос. Он принадлежал обычной карандашной Резинке. В силу своего мягкого характера она не вмешивалась в эту шумную беседу до тех пор, пока Линейка не стала так яростно защищать Автоматический Карандаш.
- Как вам не стыдно! Вы называете себя высококультурной и так грубо обращаетесь с гостем, не даете ему сказать ни одного слова. А ведь он может рассказать много интересного!
Карандашный Огрызок благодарно посмотрел на Резинку.
- Никогда нельзя судить о вещи, - с достоинством произнес он, - только по ее внешнему виду. Есть очень много простых вещей. Все их знают, все пользуются ими с самого раннего детства и так привыкают к ним, что никогда не думают о том, из чего, когда и как они созданы.
- Любопытно, - заметила Линейка, - что же интересного можете рассказать вы?
- Не хочу показаться нескромным, но если бы не было нас, Карандашей, то услуги Линейки, Циркуля, Резинки никогда не понадобились бы человеку. Да, да, пожалуйста, не возмущайтесь...
Линейка опять что-то хотела возразить, но Автоматический Карандаш великодушно сказал:
- Пусть рассказывает. Может быть, он расскажет что-нибудь забавное и мы посмеемся.
- Пусть рассказывает, - в один голос поддержали его Циркуль и Резинка.
- Было такое время, - начал свой рассказ Карандашный Огрызок, - когда на земле не существовало ни карандашей, ни линеек, не было и бумаги. Но потребность рисовать у людей уже появилась. Свои первые рисунки человек выцарапывал камнем на стенах пещер. Потом он обнаружил, что можно рисовать и даже раскрашивать рисунки глиной. Было в то время еще одно орудие, пригодное для рисования, - древесный уголь. Со временем у человека появилась потребность писать, и он придумал буквы-знаки. Правда, буквы не походили на те, которыми написана эта книга. Это были маленькие рисунки, которые представляли собой целое слово, а иногда и целое предложение.
- Простите, что я перебиваю вас, - сказал Циркуль - Ведь вы говорили, что бумаги тогда не имелось. А на чем же люди писали?
- Я сейчас обо всем расскажу. Однажды в тысяча восемьсот сорок девятом году один английский путешественник, звали его Лейярд, отыскивая памятники древности, раскапывал холм на берегу реки Тигра. Когда холм раскопали, под слоем земли нашли развалины дворца могущественного царя Ассирии Ашшурбанипала, который жил две тысячи пятьсот лет тому назад. Здесь же были найдены небольшие глиняные таблички. Их было много: тридцать тысяч штук. Все таблички были покрыты какими-то значками, похожими на деревянные клинышки. Оказалось, что это царская библиотека.
Маленькие значки-клинышки были буквами, которыми писались тогда глиняные книги. На этих глиняных книгах-плитках были начертаны законы, описаны исторические события, военные походы. Писали ассирийцы палочкой на сырых глиняных плитках, потом их высушивали или обжигали, как сейчас обжигают кирпичи. Поэтому они так хорошо сохранились и дошли до нашего времени. Но каждая такая плитка весила около килограмма. Представьте же себе целую книжку, написанную на таких табличках. Ее не смог бы поднять ни один мальчик, каким бы сильным он ни был. Дворец другого ассирийского царя, Навуходоносора, в городе Сидоне, был построен из "писем", полученных им по случаю восшествия на престол.
