- Искусству можно учиться и в музеях, копируя работы больших мастеров. Когда человек копирует не механически, а задумываясь над тем, как и почему художник провел линию, нанес краску, он тоже постигает законы рисования. Но главное - это натура, и лучше, если ты будешь рисовать настоящие предметы. Попробуй нарисовать будильник, портфель, телефон, стул. Поставь эти вещи перед собой так, чтобы они смотрели на тебя одной своей стороной и чтобы ты мог охватить их взглядом, тогда будет легче рисовать. Если хочешь, то можешь потренировать свою зрительную память. Когда нарисуешь какой-нибудь предмет, больше не смотри на него и повтори рисунок на чистом листе. А еще лучше, если сначала предмет не рисовать, а только рассматривать: минут пять смотреть на него, изучать, потом спрятать или закрыть и затем по памяти рисовать.
- Так труднее.
- Зато интересней.
- Можно, я нарисую кошку?
- Можно, но у тебя ничего не получится.
- Почему?
- Во-первых, у тебя для этого нет опыта, а во-вторых, кошка не будет сидеть и ждать, пока ты нарисуешь ее портрет. Начинать нужно с натюрмортов.
- С чего?
- С натюрмортов. С неживых предметов. "Натюр" - это "природа", "морт" "мертвый". Картины, изображающие неживые предметы, называются натюрмортами.
- Ладно, - сказал Димка и принялся за работу.
ИСТОРИЯ О ТОМ, КАК У АЛЬБОМА ЛОПНУЛО ТЕРПЕНИЕ
Всем известно, что альбомы для рисования не разговаривают. И этот альбом, наверное, тоже бы молчал, как и все сто тысяч его братьев, сделанных на Каунасской бумажной фабрике, если бы не Димка.
Димка так усердно трудился, что через час в альбоме уже не было ни одного чистого листа.
- На сегодня хватит! - решил он, откладывая карандаш.
Димка встал, еще раз взглянул на свой последний рисунок, небрежно захлопнул альбом и, сунув его на книжную полку, направился во двор.
- Постой-ка, - сказал я. - Ты ничего не слышал?
- Нет, - удивленно ответил Димка.
- А мне показалось, что альбом что-то сказал.
- Ну и пусть себе говорит, - в тон мне ответил Димка и махнул рукой.
- Если бы ты слышал, что он сказал, то так легкомысленно не отмахивался бы.
- А что он сказал? - спросил Димка, делая вид, что это не очень его интересует.
- Он сказал, что у него лопнуло терпение и что наконец-то бумагомаратель оставил его в покое.
- Это я бумагомаратель?
- Ты. Альбом возмущен тобою. Он считает, что нельзя мазать карандашом как попало и думать, что бумага все стерпит.
- Его и сделали для того, чтобы в нем рисовать.
- Тебе хорошо рассуждать, а думаешь приятно, когда тебя без конца трут резинкой и ты должен все безропотно сносить?
Я взял с полки альбом и положил его на стол. Он устало зашуршал и раскрылся на последнем Димкином натюрморте, который изображал чайник и подстаканник.
- Скажи, пожалуйста, где это видано, чтобы подстаканник был больше чайника? Если предметы стоят рядом, то они должны быть нарисованы соразмерно друг другу. Или взгляни на этот рисунок бутылки.
- Обыкновенная бутылка. Я ее правильно нарисовал.
- Бутылка нарисована правильно, но размещена на листе неверно. Бутылка узкая и высокая, а нарисована она на горизонтально лежащем листе. Такие предметы нужно размещать на листе, лежащем вертикально, тогда не будет оставаться столько пустого места на бумаге. Это мешает рассматривать рисунок.
Если предмет невысокий и широкий, то его лучше рисовать на листе, вытянутом в ширину.
- По-моему, можно нарисовать как угодно, а потом чистые куски бумаги обрезать, - сказал Димка.
- Так поступать нельзя. Художник сразу должен выбрать нужный ему формат бумаги и холста. Иначе он не будет видеть, находятся ли все части рисунка в равновесии или нет.
- Папа, ты говоришь так, как будто предметы на рисунке что-то весят.
- Как ни странно, но они действительно что-то весят. Это очень легко доказать. Вот перед нами чистая страничка альбома, только в правом нижнем углу нарисован черный квадратик. Посмотри на лист внимательно, и ты заметишь, что этот угол кажется тяжелее.
Теперь мы добавим какую-нибудь фигурку, но поместим ее в противоположном верхнем углу. Все уравновесится.
- А что будет, если фигурку нарисовать слева внизу?
- Тогда вся нижняя часть листа станет казаться тяжелее. Когда художник рисует, например, пейзаж, на котором изображено поле и с одной стороны дерево, он должен с другой стороны добавить в рисунок кусочек поля, нарисовать куст или какую-нибудь постройку.
Чтобы рисунок казался зрительно уравновешенным, нельзя забывать и о цвете. Яркие краски смотрятся тяжелее бледных, а темные - тяжелее светлых. Обо всем этом художник помнит. Иначе картина развалится. Будет казаться, что она состоит из разных, не связанных между собой кусков. В лучшем случае, зрители будут видеть несколько картин, нарисованных на одном холсте.
В твоих рисунках, Димка, есть еще один недостаток. Все коробочки, чашки, чайники кажутся висящими в воздухе. Но стоит мне на любом твоем рисунке сзади предмета провести только одну линию, как предмет получит опору. Вот, например, на этом, где изображены кувшин и чашка.
- На чем же предмет стоит?
- На столе, на полу, на доске. Сейчас для нас это неважно. Важно, что мы его опустили с "неба" на "землю". А чтобы он еще тверже стоял на "земле", нужно верхнюю часть листа до линии закрасить. Вот так.
- Здорово! Теперь видно, что кувшин стоит, а сзади стенка.
- Тонкая стенка должна быть в каждом рисунке. Только называется она фоном. "Фон"- слово французское и означает "поверхность", которая находится позади предмета. Кроме устойчивости, фон придает рисунку впечатление глубины, большого пространства.
Фон помогает художнику лучше изобразить предмет. Если темный предмет нарисовать на светлом фоне или наоборот, то предмет от этого только выиграет. Потому что темное на светлом кажется еще темнее, а светлое на темном светлее.
Фон еще помогает сосредоточить внимание. Глаз человека всегда стремится смотреть вдаль. При этом взгляд все время перебегает с предмета на предмет, и очень трудно удержать свое внимание на каком-нибудь отдельном дереве или цветке. Но стоит на пути нашего взгляда, оказаться забору или дому, как глаз сразу обратит внимание на близкие предметы.
В. И. Суриков. Утро стрелецкой казни.
В картине "Утро стрелецкой казни" Василий Иванович Суриков специально на заднем плане разместил собор Василия Блаженного. Собор у художника стал тем фоном, на котором происходит действие в картине. Фон не дает глазу смотреть куда-то вглубь, а заставляет сосредоточить внимание на лицах стрельцов и царя Петра Первого. Они главные в картине. А Илья Ефимович Репин в картине "Не ждали" расположил фон и фигуры так, что, как бы мы ни рассматривали картину, взгляд всегда возвращается к лицу революционера, вернувшегося из ссылки. Таких примеров можно найти много.
Самое важное в своей картине художник ограничивает фоном.
И. Е. Репин. Не ждали.
- Папа, если я рисую чайник и чашку, то зачем мне нужен фон? Все равно всем сразу видно, что это чайник и чашка, и, кроме них, на рисунке больше нечего рассматривать.
Вместо ответа я показал Димке один простой опыт. Вы, ребята, тоже сможете его проделать. Поставьте на стол каких-нибудь два предмета - чернильницу и стакан или кружку и яблоко - и взгляните на них со стороны. Вы сразу увидите, что ваш взгляд не может остановиться на этих двух предметах. Он то и дело будет перескакивать со стола на пол, с пола на стенку.
Попробуем стол придвинуть к стене. Теперь стена будет мешать нашему взгляду уйти от предметов. Он будет как бы отталкиваться от них и снова возвращаться к ним. То же самое получается и на рисунке.
Когда вы прочли эти строчки, вам, конечно, захотелось сразу проверить, как это все получается? Потерпите немного и познакомьтесь еще с одним важным условием. Среди тех предметов, которые вы поставите для рисования, более мелкие нужно располагать впереди крупных.
Теперь можете двигать стол и рисовать. Только будьте внимательны. Иначе может случиться, что и у вашего альбома лопнет терпение.
ИСТОРИЯ О ВЕЛИКОМ ТРУЖЕНИКЕ
- Знаешь, Димка, я, наверное, буду поступать с тобой так, как поступали родители со знаменитом русским художником Карлом Брюлловым. Когда ему было столько лет, сколько сейчас тебе, его учили рисовать. И если он не выполнял положенного ему на день задания, ему не давали есть.
- Он же мог умереть с голоду.
- Карлуше Брюллову совсем не хотелось умирать, и поэтому он делал, в конце концов, то, что ему было задано.
- А почему ты об этом рассказываешь?
- Потому что ты перестал рисовать.
- Мне надоело.
- Что ж, тогда давай бросим это занятие.
- Не хочу бросать. Буду рисовать. Только что-нибудь другое. Машины, дома...
- Никогда ты не сумеешь рисовать ни дома, ни машины. Ты даже простую спичечную коробку как следует не нарисуешь.
