Вишня Остап
Под парусом (сборник)
Остап ВИШНЯ
ПОД ПАРУСОМ
Немного природоведения, географии, этнографии и
курортологии. Дорожные очерки и "Крымские усмешки"
СОДЕРЖАНИЕ
Степями Таврическими. /Перевод И. Собчука.
Бердянск. /Перевод И. Собчука.
Симферополь -- Ялта. /Перевод А. и З. Островских.
"Природа и люди". /Перевод А. и З. Островских.
Море. /Перевод А. и З. Островских.
Горы. /Перевод А. и З. Островских.
Там, где царь пешком ходил. /Перевод А. и З. Островских.
Алупка. /Перевод А. и З. Островских.
Гурзуф. /Перевод А. и З. Островских.
Ялта. /Перевод А. и З. Островских.
Туристы. /Перевод А. и З. Островских.
Под парусом. /Перевод А. и З. Островских.
Бережком!.. Бережком!.. /Перевод А. и З. Островских.
"Дева" и "Монах". /Перевод А. и З. Островских.
Крымская ночь. /Перевод А. и З. Островских.
Крымское солнце. /Перевод А. и З. Островских.
Пляж. /Перевод А. и З. Островских. ______________________________________________________________________
Степями таврическими
(Путешествие)
Таврические степи...
Кто из люда нашего не знает их?..
Степями этими безмежными когда-то запорожские казаки-всадники скакали, потом чумацкие возы степными шляхами скрипели, за солью да за таранью гейкая, а потом...
Потом залились степи пшеницей буйною, расцвели селами да хуторами, табунами коней, отарами овец, стадами скота рогатого...
И не скачут уже теперь по ним казаки запорожские, не скрипят возы чумацкие...
Трактор тарахтит в степях в таврических, электричество мигает, пробегают авто, сусликов да орлов степных распугивая...
МЕЛИТОПОЛЬЩИНА
Ровно... Так ровно, как на ладони... Так ровно, что не обо что взгляду вашему удариться, и летит этот взгляд на десятки верст -- и вперед, и назад, и вправо, и влево -- и только изредка наткнется в голубой мгле на крест церковный и задержится там...
Там-там, где тот крест торчит...
-- А сколько же верст вон до того креста? До церкви?
-- Да верст, вероятно, двадцать!..
На двадцать верст взор ваш степные просторы охватывает...
Ровно...
Стол перед вами, зеленый пшеничной скатертью застланный...
Тарахтит арба-мажара, рысцой качаются кони, рассыпает битое стекло песни жаворонок, плавает в голубизне орел-степовик, шарахаются в норы суслики перепуганные...
Ищешь где-то над дорогой хотя бы кустик спорыша нашего... Нет...
Вдоль шляха не спорыш, а синец степной бледненькой синькой с листа брызжет...
А вокруг пшеница зеленеет...
Растет труд крестьянский, хозяйское око радуя...
И нет деревца тебе нигде, нигде ни кустика...
Степь... . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
* * *
Село Покровка... Ново-Троицкий район на Мелитопольщине...
Как всюду в степных селах, глина да изредка только черепица...
Как везде и всюду, голо: нет деревьев...
Хаты, а за хатами -- стога из соломы огромные...
Сельский клуб... А на нем афиша... И на сельском Совете афиша... А на афише той кто-то кого-то на кресте распинает.
ВЫСТУПЛЕНИЕ ИЗВЕСТНОГО ГИПНОТИЗЕРА
ГНЕЗДИЛОВА
Будет демонстрироваться
Распятие на кресте
Это Покровка развлекается.
"Распятием" политико-воспитательную работу в сельском клубе проводят.
Кого тот "известный" Гнездилов будет распинать, неведомо...
Было бы хорошо, если бы в самом деле распять заведующего тем клубом, а вместе с ним и культурно-просветительную комиссию...
Испытали бы они, каково это на кресте висеть, возможно, тогда и отыскали бы развлечения поумнее для "уверенного им населения"...
А то получилось, как раз на пасху...
Очевидно, так и приспособлено это "распятие" к такому подходящему дню.
Только что миновала "страстная неделя", когда господа нашего Иисуса Христа, сына божьего, Анно-Кайяфа распял, а теперь, мол, полюбуйтесь, как это в натуре выглядит...
Очень хотелось посмотреть, как вот оно там, в Покровке, распинают, но некогда было... Ехать дальше нужно...
* * *
На Чурюк!
И катится мажара дальше степью, тарахтит по шляху синцом расцвеченным...
Чурюк -- остров на юге Мелитопольщины... Там, за Чурюком, через небольшую протоку, уже советский Крым вытыкается...
Сиваш, Гнилое море, тот остров охватывает...
А Гнилым морем называется северная часть Черного моря, заливы, что в Мелитопольщину соленой водой врезаются...
И гнилое оно потому, что соленое без предела, и нет в нем ни рыбы, ничего... Ничто не выживает в этой воде, кроме рачков крошечных каких-то, которые мириадами кишат в зеленоватой воде...
Чайки скулят над морем, свистят кулики, да поблескивают на солнце над водой тучи снежно-белых мартынов...
Село Чурюк прижалось над заливом... Небольшое, дворов, может, с полсотни, а может, и в сотню... Такое село, как все степные села.
Дальше плотина через залив из глины да из соломы...
А за плотиной за той село Петровка... Последнее уже село... Дальше остров, частично распаханный, частично под целиной...
А дальше проток и Крым...
* * *
-- Тр-р-р! Здравствуйте!
-- Здравствуйте!
-- Как живете-можете?
-- Помаленьку!
Останавливаюсь у хозяина... Середняком называется...
Большое подворье. Большая хата с пристроенной к ней конюшней. Пара коней... Четыре коровы...
-- Ну, как живете?
-- Да ничего...
-- Растет? Родит?
-- Да понемногу...
В сенях сепаратор. Во дворе жнейка.
-- А сколько земельки?
-- Да слабовато... По три десятины на душу... Маловато земельки...
-- А "душ" сколько?
-- Батько старый да мать... Да я, да жена... Да брат... Да деточек трое... Вот и все...
-- Слава тебе, господи...
-- Да так... Да только стеснение насчет земли. Своей маловато, приходится из фонда подарендовывать....
-- А сколько же из госфонда подарендовываете?
-- Да сколько поднять можем...
"Ничего себе, -- думаю, -- стеснение..."
Народ румяный, ветрами обвеянный, соленой водой оплесканный. Соленый народ... Степной...
-- Больше за скотом ходим... Масло продаем... Скот... За лето выпестуем на выпасах, а осенью продаем... Потом снова покупаем запущенный, выпасем и продаем... Народ мы бедный...
-- Дай, господи, всем такими бедными быть...
-- Да оно так...
-- Да так уж... Так...
* * *
Подымается на ноги земля степная, советская... Пшеницей звенит, травами степными шелестит, молоком пахнет...
Засека украинская -- Мелитопольщина...
* * *
Эх, степи таврические!
Степи советские!
Цветите цветом буйным, крестьян и рабочих радуя!
1926 ______________________________________________________________________
Бердянск
Такой себе маленький, такой себе чистенький, такой себе Бердянск. Город... Притулился себе на бережку Азовского моря и сидит. Спереди у него море, сзади у него небольшие горы -- бывший крутоватый берег моря Суражского, а он между морем и горами днем зелеными кудряшками акаций шелестит, ночью электричеством блестит. Тихий такой, невеличкий...
Вот такой. А лет ему уже сто... Целый век Бердянск провековал. Уже и моря Суражского нет, уже вместо него Азовское, а Бердянск как был, так и есть.
Текла себе (и сейчас течет) речушка Берда в море Суражское. А рыбы в море было пропасть. Рыбаки халуп понастроили, основали поселок, и рос он помаленечку, а в 1826 году его заметили, окрестили Бердянском и на карте черную точку поставили... А оно -- море, а оно -- гавань, а оно -- земля вокруг черная, степная, что соками буйными пшеницу преотлично поит. И росло селение и выросло вскоре...
Тогда в календарях записали:
"1826 года стараниями князя Воронцова возник Бердянск..."
Рыбаки халупы строили, переселенцы переселялись, а "старался", выходит, князь Воронцов...
Вот так и родился Бердянск.
До того, как на речке Берде рыбаки халуп понастроили, тут скифы были, так как скифские могильники около Бердянска есть. Были и ногайцы...
Давно ушли скифы. Ногайцы тоже ушли двумя "исходами" -- в 1812 и 1855 годах. А вместо них пришли на места бердянские куряне, орловцы, полтавцы да черниговцы, отаборились здесь и наплодили, дай им боже здоровья, население края Бердянского.
И не увидишь уже здесь даже вот такусенького ногайца... Нету!..
Есть здесь особый тип населения берлинского, который, говорят, от ногайцев пошел. Называются эти потомки ногайские "шахаями". В Харькове они называются "раклами", в Киеве -- "босяками", а вообще в УССР -"жуликами"... Никто здесь их историческое прошлое не изучает, а печется о них бердянская милиция, и то больше всего в области дактилоскопической.
Вообще же население смешанное: украинцы, русские, евреи, немцы, болгары, греки.
Азовская рыбка и степная пшеница -- вещи интернациональные и привлекали и привлекают сюда человечество разной национальности и различного вероисповедания.
Итак, значит, в 1826 году Бердянск родился, а уже в 1835 году его окрестили городом. В 1842 году Бердянск уже был уездным городом. Карьера, как видите, блистательная... И пошел после этого Бердянск расти да развиваться. И торговля заграничная, и порт, и финансы, и консулы держав всяких -- все было в Бердянске... Выросли колонии, выросли рыбацкие селения, пошли заводы, гимназии, банки, экспортные конторы, магазины, проспекты, театры и прочие атрибуты культурного центра, у которого деньжата в кармане побрякивают. Приплывали в порт корабли, забирали пшеницу, привозили товары. Так вот Бердянск и рос. Так и вырос...
