Возможно, мы не вернем наши силы в Пустоте, но наша пара родилась в этом царстве. У нее больше шансов, чем у нас, вернуть свою магию. Ей нужен… Пакстон. Мы должны полностью поддержать ее любым возможным способом.
Осознание поразило Акселя.
— Ты хочешь, чтобы они сделали это здесь, на глазах у подонков? — Спросил он, сузив глаза на Зака.
— Фу! — Зашипела я, эта идея немного охладила мой пыл. — Мы не можем быть настолько отчаянными, ребята.
— Конечно, нет. Никто, кроме нас, не увидит твою прелестную задницу, — сказал Аксель, в его янтарных глазах одновременно вспыхнули жар и убийственный огонек. — Мы убьем любого, кто попытается. — Он бросил быстрый, полный отвращения взгляд в угол, занятый Люцифером и Аресом. — Возможно, нам следует выгнать их под дождь.
— Ввязываться в еще одну битву до того, как мы полностью восстановимся, неразумно, — вздохнул Зак. — Иди, займи место Пакстона, пожалуйста. Просто не вставай у него на пути, пока он такой раздраженный. Мы позволим ему недолго поцеловать Бутончик, чтобы утолить жажду. Пакстон слишком долго сдерживался, и, как вы можете видеть, он на пределе. Он перестанет быть самим собой, если ты бросишь ему вызов.
Аксель снова прищурился.
— Тогда почему бы тебе не занять место мальчика-плавца, а я останусь здесь с ними?
Мой ошеломленный взгляд следовал за Заком и Акселем, пока они спорили. Я думала, что между ними все наладилось и теперь все пойдет так же хорошо и гладко, как по маслу. Но они по-прежнему были абсолютными альфа-самцами и всегда ими будут. Они никогда не утратят свою доминирующую черту, поскольку она заложена у них в крови.
Они становились единым фронтом только тогда, когда сталкивались с нашими врагами. Может быть, этого было достаточно?
Они часто вели себя как большие мальчики, когда были рядом со мной, или спорили обо мне. Гектор однажды сказал мне, что благодаря мне он снова почувствовал себя молодым.
Зак закатил свои голубые глаза, глядя на Акселя.
— Признай это, Аксель, — сказал он. — Я самый спокойный и справедливый Полубог. Я лучше, чем ты или кто-либо другой, способен контролировать ситуацию между вами и моим Бутончиком. Я могу остановить их, если они зайдут слишком далеко. Ты, с другой стороны, горячая голова. Ты облажаешься.
— Я не облажаюсь, — сказал Аксель. — Как далеко они могут зайти, когда наши враги наблюдают за нами, как гребаные стервятники по всей пещере?
Зарычав, Пакстон оттащил меня от Акселя и прижал к своей груди. В его фиалковых глазах блеснул намек на безумие.
Аксель бросил на Пакстона один взгляд, покачал головой и поднялся на ноги.
— В любом случае, никто не хочет спорить с сумасшедшим, — сказал он. — Отлично. Ты следишь за ними, Зак. Позови меня, если не сможешь с этим справиться. — Он послал Пакстону мрачный, предупреждающий взгляд и направился к Гектору.
— Я не могу поверить, что эта компашка когда-то были моими грозными генералами, — Арес стиснул зубы. — Они превратились в варваров после того, как встретили эту чертовку. Чертовски невероятно! Как долго я должен их терпеть?
— Они думают, что влюблены, — сказал Люцифер. — Я был на их месте, когда впервые увидел Лилит. Такая страсть опьяняющая, всепоглощающая, и она бывает только раз в жизни. Тебе не понять, Арес. Как Богу Войны, любовь никогда не была тебе по душе. Ты сторонник жестоких сражений и кровавых бань. Ты живешь и дышишь на поле боя и преуспеваешь в конфликтах. В основном, ты можешь понять только похоть. Твой роман с Афродитой подтвердил то, кто ты есть.
— Почему все продолжают вспоминать эту старую историю? — Арес сжал губы в тонкую линию. — Это случилось вечность назад. Сейчас я даже не помню подробностей. Я трахнул ее всего дюжину раз.
— Дело не в цифрах, Арес, — сказал Люцифер. — Ты просто не понимаешь этого.
— Как будто твое понимание тебе чем то помогло, ты попался в ловушку Селесты, — хихикнул Арес. — Я наблюдал с другой стороны и все это видел.
— Тогда ты должен был предупредить меня! — Прорычал Люцифер.
— Почему я должен? — Злорадствовал Арес. — Эта маленькая шалунья была довольно хороша в образе Лилит. Я должен отдать ей должное. Она обманула Короля Обманщиков. А ты, Дьявол Обмана и Лжи, был такой жалкий перед своей старой пассией. — Он изменил свой голос, подражая Люциферу. — Я никогда не переставал любить тебя, Лилит. Теперь, когда ты пришла ко мне, любовь моя, я не могу тебя отпустить. Я не могу отказаться от тебя. Только не снова. Никогда больше. Я буду служить тебе и согревать твою постель…
Люцифер ударил кулаком в лицо Ареса, и Бог Войны пустил в ход свои собственные кулаки. Мясистые удары, мерзкое рычание и треск костей наполнили воздух, пока они дрались.
Затем Пакстон привлек мое внимание, когда его горячий, чувственный рот проследовал вверх по моей шее к линии подбородка, затем к губам.
Я прижалась всем телом к его твердому телу и крепко обвила руками его шею. Он усмехнулся мне в губы, ему понравилось, как я поймала его в ловушку.
— Мой Лютик такая же собственница, как и я, — одобрительно сказал он.
Он был собственником, даже когда я думала, что он ненавидит меня, еще в Академии Полукровок, когда он ворвался в мою спальню, вытащил меня из постели и заставил идти на занятия.
Он не смог скрыть жар в своих глазах, когда они блуждали по моей наготе, и все же он притворился незаинтересованным, насмехаясь надо мной.
— Что у тебя есть такого, что может заинтересовать Полубога, смертная?
Только я не смертная. Никогда не была смертной. Но тогда я не знала о своем истинном происхождении.
Все мои Полубоги любили и принимали меня безоговорочно. Им было наплевать, что я полудемоница. Моя неуверенность принесла мне только горе и страдание. Отчасти это была моя вина, что мы все оказались в Пустоте. Но если бы я им это сказала, мои пары обвинили бы во всем Ареса и Люцифера, и я бы не стала с ними спорить по этому поводу.
Прямо сейчас тепло тела Пакстона проникало в меня, разжигая жидкий огонь в моей нежной
