Платон. – А выводы такие. Проблемы будем решать по мере их возникновения. Работаем по намеченному плану, но вносим небольшое дополнение. Необходимо срочно сфотографировать всех убитых муров, а ещё лучше снять их на видео. Боцман! Возьми двоих курсантов и займись этим. Тогда после допроса пленных точно будем знать, всех ли муров мы в этой колонне выбили. Все остальные обдирают трупы, загружают грузовики и формируют колонну. Как только закончим, сразу же уезжаем отсюда. Гость! Зиту и Гиту на крыши наших рейдовых грузовиков. Кузова у них специально укреплены, так что квазов выдержат. Твои подружки – снайперы. Им и винтовки в руки. Яри с Карин размести на крышах рефрижераторов. Только оборудуйте всем упоры, чтобы их в дороге не снесло. Остальных на крыши грузовиков муров и к пулемётам внедорожников. Нас слишком мало, чтобы мы ещё и машины водили.
Глава 4
Следующие двое суток иначе как дурдомом назвать было нельзя. Несмотря на то что рейдовые и патрульные группы стаба Сосновый периодически чистили дороги вокруг стаба от неиммунных, небольшие стаи изменённых постоянно нападали на их колонну.
Сначала отряд Лучника почти сутки простоял в поле на том самом месте, где ожидал перезагрузки городского кластера. Забирали спрятанные грузовики и внедорожники, комплектовали колонну, объясняли иммунным «свежакам» реальности нового для них мира, отвечали на бесконечные вопросы, гасили истерики и попытки вернуться в город. Впрочем, попыток было всего две, и обе закончились вполне закономерно.
Первые двое, молодой парень с красивой девушкой, попросту сбежали в то самое время, когда они якобы пошли в туалет. Кнопка засекла их, быстро удаляющихся в сторону леса, но Платон запретил преследовать беглецов. Потом до машин донёсся отдалённый крик, полный ужаса и боли, и всё стихло.
Во второй раз шестеро городских жителей, ведомые истерически настроенной женщиной, в трёхстах метрах от грузовиков нарвались на стаю лотерейщиков и бегунов.
Если честно, Лучник отпустил эту группу на гибель осознанно. Кнопка многочисленные, но разрозненные стайки неиммунных, пробирающихся в город, видела, исправно докладывала, но никакие аргументы не помогали. Даже валяющиеся на небольшом удалении от колонны бегуны и редкие лотерейщики, хорошо видимые без биноклей, эту группу не остановили. Кнопку вместе с Боцманом и Лучником просто послали – Гость от уговоров «свежаков» самоустранился. И как показало дальнейшее, оказался прав на все сто процентов.
Этих шестерых, двух женщин и четверых мужчин, порвали очень быстро. Оружия ведь у них не было, да если бы и было, результат оказался бы таким же. Но нет худа без добра. Все остальные сразу после показательной демонстрации новых для них реальностей резко притихли. Приблизительно на двенадцать часов.
Впрочем, самые жалостливые продолжали капать Лучнику на мозги, требуя освободить тех, кто скоро должен переродиться, и никакие слова на них не действовали. И наконец-то уговорили. Правда, не Лучника, а Гостя.
Внешне спокойный и даже флегматичный знахарь приказал Сенсею освободить трёх молоденьких девчонок, взятых мурами в городе, вероятнее всего, для плотских утех, но расположить их рядом с инициаторами освобождения. С понятным для всех понимающих нюансы проживания в мире Стикса людей результатом – через те самые двенадцать часов девчонки и все остальные прикованные люди переродились.
В машинах всё прошло без особых проблем, а вот освобождённые накинулись на своих благодетелей, напугав их до детских неприятностей коричневого и жёлтого цветов. Впрочем, только напугав. Подождав некоторое время, достаточное, чтобы «жалостливые» осознали, насколько они неправы, Сенсей со Стрелком решили возникшую проблему.
* * *
Надо сказать, что расстояние от города до стаба Минутка многократно увеличившаяся колонна отряда прошла достаточно быстро – приблизительно за полтора дня и почти без проблем. Всё же огневая мощь единовременного залпа и исправно работающая радаром Кнопка – это неоспоримые преимущества.
Было ещё одно ключевое обстоятельство – между стабом Минутка и городом Катёны не имелось крупных населённых пунктов. Соответственно, большого количества неиммунных в них можно не ждать. Небольшие стаи лотерейщиков, бегунов и спидеров, усиленные редкими топтунами и кусачами, которые встретились им в полутора десятках деревень, не в счёт. Они как раз дали невольным спутникам команды Лучника понимание того, что в хорошо знакомом им мире жизнь кардинально поменялась. Да и две двухметровых говорящих обезьяны, непринуждённо бродящие среди людей и вооружённые футуристическим огнестрельным оружием, одним своим видом убеждали даже закоренелых скептиков.
Водителей и медсестёр из толпы освобождённых тоже набрали без проблем. Особенно тогда, когда Кнопка засветила перед всеми ящиком с банковским золотом. Всё же психология обывателей, а главное, предыдущий житейский опыт большинства – дело не последнее.
Ну что такое двести километров на машине в обычном мире? Три часа неспешного времяпровождения. В колонне четыре. Столько же обратно на попутке или за пару-тройку тысяч рублей на такси, а двести граммов банковского золота – это стратегический запас любой небогатой семьи. В обычном мире разница ощутима, а в мире Стикса пара патронов дороже этого куска никому не нужного металла.
Конечно же, новоприбывшим «свежакам» объясняли новые для них реальности, но хватательный рефлекс оказался сильнее здравого смысла и того, что эти люди совсем недавно видели собственными глазами. Впрочем, большую часть бывших пленников из фургонов так и не выпускали, но узкие бойницы, прорезанные в кузовах грузовиков и закрытые решётками из толстых металлических прутьев, давали полную картину происходящего за вроде надёжными стенами.
На привал они остановились опять в поле, отгородив машинами небольшое пространство. С кормёжкой почти трёхсот освобождённых людей (или пленников по мнению большинства сидевших в фургонах горожан) проблем не было никаких. Два двадцатитонных рефрижератора с копчёными деликатесами никуда не делись, а воды и хлеба они набрали в сельском магазине в одной из деревень. Для справления естественных надобностей выкопали несколько неглубоких ям да занавесили их брезентом, который упёрли в том же магазине. Понятно, что и водки набрали, и пластиковой тары для разведения и хранения живца. Их отрядный хомяк – Боцман – как всегда, оказался предусмотрителен донельзя.
Пока занимались насущными проблемами, наступила ночь, и хотя до Минутки оставалось всего километров тридцать неплохой просёлочной дороги, Лучник решил остаться здесь на ночь. Тем более что сладко спящих муров они ещё не допрашивали. Впрочем, немного поразмыслив, Платон решил с допросом повременить. Все пленники находились в глубокой отключке и пока не доставляли проблем, а вот освобождённые люди постоянно что-то требовали, и им уделялось слишком много времени и сил. И так проблем хватало. К примеру, с той же семьёй Шофёра.
Жена и дочь их городского помощника предсказуемо переродились. Находились они всё это время рядом с плавающей в спеково-наркотическом состоянии Катёной,
