Читаем без скачивания Смуглый венецианец - Кэролайн Флеминг

- Ах ты, хитрая распутница! - воскликнула Селеста. - Конечно, я тебя не спрашивала. Я была уверена, что ты ходила по магазинам.

- Ну, и что из этого? - спросила Эмма устало. - В любом случае, в этом нет ничего особенного, граф покатал меня на своей моторной лодке, мы съездили в лагуну, вот и все. Он был очень вежливым, очень любезным, и конечно же, мы не делали ничего такого, чего можно было бы стыдиться.

Селеста слегка успокоилась.

- Тем не менее, ты больше никогда не сделаешь ничего подобного, поняла? И если граф пригласит тебя прогуляться с ним, неважно, какой бы невинной не была ваша прогулка, ты откажешься. Слышишь?

- Я вижу, что ты - злая и ревнивая женщина! - выкрикнула Эмма, глаза ее блестели. - Ну почему ты не разрешаешь мне уехать домой, в Англию? Здесь от меня никакой пользы. Отпусти меня. Пожалуйста!

- От тебя много пользы, - возразила Селеста, к ней вернулся ее обычный самодовольный вид. - Граф сказал мне, что графине ты понравилась. Как я поняла, она учит тебя разбираться в искусстве.

- Да, в живописи. Здесь много работ Тинторетто и Каналетто. Графиня рассказывает мне о них. - Эмма вздохнула, - но я все равно хотела бы вернуться домой.

- Я сообщу тебе, когда ты сможешь уехать. - А теперь можешь идти. Я хочу отдохнуть.

6

В тот вечер граф Чезаре отправился с Селестой на обед. Их пригласили на бал, который проходил в палаццо, принадлежащем другу графа Чезаре. На Селесте было сверкающее серебристое парчовое бальное платье. Целое состояние в виде бриллиантов украшало ее шею и запястья, и Эмма видела из окна своей спальни, как они сели в огромную гондолу. Граф казался еще более смуглым и убийственно привлекательным в вечернем костюме. Эмма задумалась над тем, не приснилась ли ей та мгновенная реакция, которую она вызвала у него, когда он прижал ее к себе. В течение двух последних дней он не проявлял к ней ни малейшего интереса и обращался с вежливым безразличием, хотя они ни разу не оставались наедине. Такое отношение было ей неприятно, потому что она не могла так легко забыть то, что произошло, и каждый раз, когда он проходил мимо, вспоминала тепло его тела.

На следующее утро Селеста завтракала в своей комнате. Со времени переезда в Палаццо, она всегда поднималась к столу в гостиной, как думала Эмма, только для того, чтобы увидеть графа Чезаре. Но сегодня Анна объявила, что после бала у синьоры болит голова, и что она хотела бы остаться в постели.

- Ну, конечно, - мягко проговорила графиня и добавила Анне, пожалуйста, передай синьоре мои искренние сожаления.

- Si, si, графиня, - кивнула Анна и пошла выполнять поручение, а когда вернулась, обратилась к графу Чезаре, который лениво потягивал кофе и рассматривал журнал.

- Signore, корзина для пикника, которую вы просили собрать, теперь она не нужна?

Чезаре поднял глаза и пристально посмотрела на Эмму.

- Si, - ответил он, кивая. - Она нужна. Синьорина Эмма и я воспользуемся ею, не так ли?

Графиня посмотрела на своего внука странным взглядом.

- Ты собирался с Селестой на пикник?

- Да, графиня. Но как вы только что слышали, она не может поехать.

Графиня прикусила губу.

- И теперь ты намерен взять... Эмму?

Эмма задрожала, несмотря на утреннюю жару. Слова графа Чезаре одновременно наполнили ее радостью и напугали, и она была уверена, что лицо выдало ее чувства.

Чезаре сделал беспокойное движение.

- Если Эмма хочет поехать. А ты ведь хочешь поехать, Эмма?

Эмма тяжело глотнула.

- Куда вы едете?

- В лагуну. На один из маленьких пустынных островков, о которых я тебе говорил. Там есть маленький домик, где можно переодеться, а пляж просто идеален для купания. Вода теплая, и у нас будет много времени, чтобы позагорать и поплавать.

Графиня протянула руку и прикоснулась к плечу внука.

- Чезаре, ты уверен... - она не закончила фразу. - Я понимаю, что Эмме трудно отказаться, даже если бы она хотела. - Графиня с тревогой посмотрела на девушку. - Эмма, ты уверена, что хочешь поехать?

Видимо, графиня все же надеялась, что она откажется. Но почему? Неужели она знала, что ее внук является опасным спутником для впечатлительной молодой девушки?

Эмма понимала, что должна была бы отказаться, хотя бы потому, что создает ужасно неловкую ситуацию. Но она хотела поехать, провести несколько часов наедине с Видалом Чезаре, и в тот момент не особенно заботилась, что может сказать или сделать Селеста после их возвращения.

- Я очень хочу поехать, - произнесла она, не глядя на Чезаре... - В том случае, если вы не возражаете, графиня.

Графиня откинулась назад и убрала руку с плеча внука.

- Конечно, у меня нет возражений, почему я должна возражать? - Вид у нее был какой-то побежденный.

Чезаре посмотрел через стол на Эмму.

- У тебя есть купальник?

- Да.

- Тогда возьми его и мы отправимся. Прежде чем кто-нибудь придумает какую-то причину, чтобы задержать нас. Корзина для пикника готова, Анна?

- О, si, signore, как вы сказали, - Анна кивнула.

- Bene. Неси ее Анна. Эмма! Вы закончили завтракать?

Эмме не пришлось заходить в комнату к Селесте, так как Анна сообщила ей, что мачеха снова отдыхает и лучше было бы ее не беспокоить. Эмма была уверена, что Анна правильно оценила ситуацию и хотела избавить ее от прощальных нравоучений.

Живописный утренний пейзаж избавил Эмму от необходимости поддерживать вежливый разговор с графом, который направлял моторную лодку по узким каналам и протокам, ведущим от Палаццо Чезаре к водам лагуны. Она сделала вид, что поглощена окружающим и не обращает на него особого внимания, в то время как на самом деле ее бросило в дрожь от осознания его близости, от вида красивых загорелых рук, лениво покоящихся на руле, от гибкой силы его тела и загадочных взглядов, которые он иногда бросал в ее сторону. Она сменила платье на широкие ярко-желтые штаны и свободную яркую блузу, придававшую бледным щекам теплоту и привлекательность, волосы ее, гладкие и шелковистые, свободно падали на плечи. Наконец, когда они отъехали достаточно далеко, Эмма почувствовала, что должна что-то сказать и, повернувшись к Чезаре, произнесла:

- Извините, что я навязываюсь вам таким образом.

В глазах графа появилась насмешка.

- Милая Эмма, не начинай все сначала. Я думал, что в прошлый раз, мы договорились, что будем друзьями. А теперь я хотел бы узнать тебя получше. Выяснить, что тебя интересует...

- Меня все интересует, - заметила Эмма, намеренно прерывая его. - А что интересует вас?

Чезаре улыбнулся.

- Многое! Как и ты, я открыт для предложений.

- Перестаньте смеяться надо мной, - сказала девушка с легким раздражением. Она не привыкла вести разговор в такой наступательно-оборонительной манере.

- С чего бы это? Ты так легко попадаешься на крючок. Эмма, почему ты не можешь принимать вещи такими, каковы они есть? Почему непрерывно пытаешься найти какой-то подвох? Если я решил взять тебя на пикник, в этом нет ничего страшного, не так ли? У тебя была возможность отказаться.

- Я думаю, вы пытаетесь заставить Селесту ревновать, - наконец ответила Эмма. - А может быть, вам забавно мучить меня.

Какое-то мгновение Чезаре пристально смотрел на нее, потом расхохотался и покачал головой.

- О, Эмма, тебе нравится быть упрямой, не так ли? - Он немного успокоился. - Наверное, тебе будет интересно узнать, что, несмотря на разницу в возрасте, мне нравится твоя компания, и поверь, у меня нет ни малейшего желания вызывать гнев твоей мачехи. Напротив, моя бабушка многого ждет от нашей дружбы.

- Я слышала, - ответила Эмма и повернулась к нему спиной.

Он достал сигареты и предложил ей. Эмма взяла сигарету, надеясь успокоить нервы, но неожиданно рывком отодвинулась от него, так что он сердито выругался, потому что уже протянул ей зажигалку.

- Лучше сделай это сама, - холодно произнес он. Ты, очевидно, не можешь избавиться от чувства тревоги в моем присутствии. - Он усмехнулся.

Эмма неловко щелкнула зажигалкой, едва не уронив ее в воду, и Чезаре, наблюдавший за нею, вздохнул.

- Дай ее мне, - сказал он нетерпеливо, и взяв зажигалку, легко зажег ее и протянул к сигарете девушки. Эмма придержала его руку кончиками пальцев и задрожала от прикосновения. Его кожа была прохладной и упругой, и когда она взглянула вверх, то встретилась с его пронзительным взглядом.

Эмма курила, глядя вниз на крошечную каюту. Две койки, разделенные полированным деревянным столом, рядом с которым находились маленькая плита и раковина, шкафчики для посуды, книжные полки - все это придавало каюте жилой и уютный вид. Чезаре некоторое время наблюдал за ней, потом сказал:

- Пойди приготовь кофе. Ты найдешь все необходимое в шкафчиках.

Обрадовавшись, что у нее появилось какое-то занятие, Эмма поспешила вниз. Было приятно играть роль стюарда на этом маленьком катере. Пока молоко грелось на плите, она взглянула на корешки книг, которые, к сожалению, были все на итальянском языке, открыла дверцы шкафчика, чтобы познакомиться с его содержимым. Это был шкафчик со всевозможными напитками, и посудой из цветного стекла и фарфора, и настоящим столовым серебром. Эмма состроила презрительную гримасу, подумав, насколько все эти вещи важны для графа Чезаре. Его бабушка считала, что все средства хороши для восстановления богатства семьи Чезаре, но неужели графу действительно безразлично, что он продает себя за такую цену? Эмма вздохнула и покачала головой. Мысль об этом была ей отвратительна. Она наклонилась и открыла шкафчик под маленькой раковиной, удивляясь, почему Чезаре ее так интересует. С Селестой все было просто, понять ее эгоистичную натуру было легко. Но граф - совершенно другой и Эмма, как бы пыталась оправдать его поведение.