Читаем без скачивания Смуглый венецианец - Кэролайн Флеминг

Он как-то странно улыбнулся и произнес:

- Я полагал, что падчерица Селесты ребенок, едва ли не школьница.

Щеки Эммы вспыхнули.

- Мне девятнадцать, - сказала она. - Через несколько месяцев будет двадцать.

- Действительно?

Эмма пожала плечами.

- Ну... Пойдем в гостиную?

- Если хотите. - В нем была особая уверенность мужчины, сознающего свою власть над женщинами. Эмма почувствовала раздражение от того, что хоть на мгновение, но поддалась его обаянию.

4

Когда они вошли, Селесты в гостиной не было, а графиня, увидев их, улыбнулась и сказала:

- А, вижу вы уже познакомились. Чезаре, не пора ли переодеться к столу?

На графе были свободные темные брюки и белая шелковая рубашка, расстегнутый воротник которой открывал темные волосы на груди. Он выглядел весьма привлекательно.

- Как скажете, графиня - пробормотал граф Чезаре, его глаза еще раз задумчиво скользнули по Эмме. Она покраснела и сказала:

- Полагаю, мне тоже надо переодеться. Боюсь я напрасно теряю время.

- Что вы делали, дитя мое? - ласково спросила ее графиня.

- Я осматривала дворец, - ответила Эмма с готовностью, она была рада стряхнуть то угнетенное настроение, которое начинало овладевать ею. - Мне кажется, когда-то это было замечательное место. - Она смутилась, поняв скрытый смысл своих слов. - То есть... в те дни, когда роскошная жизнь считалась само собой разумеющейся.

- Я вас поняла, дитя мое, - мягко ответила графиня. - Не бойтесь сказать мне, что Палаццо скоро рухнет нам на голову из-за того, что за ним не следят. Мой внук мало беспокоится о прошлом, он живет настоящим.

Эмма посмотрела на графа. Тот стоял, совершенно спокойно слушая их разговор, и казалось, его абсолютно не беспокоит бестактность, проявленная бабушкой. По-видимому, его это даже забавляло.

- Моя бабушка очень хочет, чтобы Палаццо восстановили, - заметил он. - Для нее вещи важнее людей. А я считаю, что человеку необходимо место, где бы он мог жить, пища, которую он мог бы есть, и яркое солнце, чтобы не замерзнуть. - Он засмеялся, тихим приятным смехом, который разозлил его бабушку.

- А деньги? - спросила она. - Как же насчет денег, Чезаре? Ты вряд ли мог бы обойтись без них!

Чезаре пожал плечами.

- Графиня, вы действительно меня слишком плохо знаете. Люди, как вам известно, меняются, становятся более взрослыми, более зрелыми, набираются опыта.

- Ха! - графиня разразилась потоком итальянских слов, которые, как подумала Эмма, были не очень приятными, и, пятясь, она выскользнула из комнаты и пошла к себе в спальню.

Ленч подали на террасе, выходящей на канал. Сидя под лучами теплого солнца и вдыхая восхитительные запахи, идущие из кухни, Эмма почувствовала, что расслабляется. Она переоделась в темно-синее платье из тонкой шерсти, которое очень шло ей, и тщательно расчесала свои прямые волосы. Но все равно, какой незначительной она была рядом с ослепительной, яркой красотой своей мачехи, сидевшей слева от графини во главе стола. На Селесте было блестящее желтое узкое платье с большим стоячим воротником, придававшим коричневатый оттенок ее золотисто-рыжим волосам. В ушах сверкали бриллиантовые сережки, гармонировавшие с бриллиантовым кулоном.

Эмма подумала, что граф Чезаре, сидевший напротив нее, не мог сопротивляться притяжению этой искрящейся побрякушки в алебастрово-белой оправе, и нехотя ковыряла рисовый пудинг, лежавший у нее на тарелке. Ей никогда еще не приходилось бороться с чувствами, подобными тем, которые вызвал у нее граф Чезаре, и она объясняла это только довольно необычной обстановкой в сочетании с тем фактом, что он был первым итальянским графом, которого она встретила. Все это временно повергло ее в летаргическое состояние. В конце концов, убеждала себя Эмма, она не так уж наивна. В течение последних трех лет у нее было много знакомых ребят, с которыми она довольно легко флиртовала, не принимая близко к сердцу их отношения, что устраивало обе стороны. Она подумала, что, наверное, романтическая атмосфера Венеции заставляет всех непрерывно думать о любви и влюбленных.

Но как бы она не старалась, как не убеждала себя, глаза помимо ее воли, устремлялись к графу Чезаре; Эмма изучала его так пристально, что, должно быть, он это заметил, потому что неожиданно повернулся и посмотрел в ее сторону. Она поспешно наклонила голову и подхватила вилкой остатки грибов и риса.

Когда ленч был закончен, Селеста объявила, что собирается предаться сиесте, и так как графиня поддерживала ее, Эмма подумала, что у нее есть время отправиться за покупками, совершенно забыв, что между часом и четырьмя все магазины закрыты.

Она взяла кожаную сумку, сменила туфли на каблуках на более удобные сандалии и, сказав Анне, что на некоторое время выйдет, спустилась в нижний зал. Эмма очень удивилась, когда из тени под лестницей появилась фигура, и произнесла голосом графа:

- Ну, и куда это вы идете?

Эмма задрожала.

- Я иду за покупками, синьор граф. И мне бы хотелось, чтобы вы не пугали меня так каждый раз.

Он улыбнулся и легко прикоснулся к ее руке.

- Магазины закрыты, а на улицах слишком жарко для прогулки, так что предлагаю вам пойти со мной, я покажу вам некоторые прелести лагуны.

Глаза Эммы расширились.

- Вы! Я хотела сказать... Почему?

- Потому что я так хочу, а я всегда делаю то, что хочу.

- Действительно, - Эмма смотрела на него с легким раздражением.

Восхищаться им можно на расстоянии, но находиться вот так рядом было выше ее сил. Она боялась исходящего от него магнетизма. Рядом с ним она не была уверена в себе и кроме того, знала, что Селеста этого бы не одобрила.

Граф Чезаре погладил прядь светлых волос и произнес:

- Ты хочешь пойти, так почему бы этого не сделать? Если волнуешься насчет своей мачехи, то я ей не скажу.

Эмма почувствовала себя оскорбленной.

- Другими словами, вы хотите тайно встречаться со мной между страстными свиданиями с Селестой!

Он улыбнулся и потащил ее к двери. Эмма позволила увлечь себя, было трудно сопротивляться, когда так отчаянно хотелось уступить.

Оказавшись на улице под солнечными лучами, он констатировал:

- Какое ты... как вы это говорите... старомодное существо, со своими тайными встречами и свиданиями. Какое нам может быть до этого дело, cara mia, в этот восхитительнейший из дней? Идем, ты ведь не собираешься мне отказать, не так ли? В конце концов, мисс Эмма Максвелл, мы познакомились вчера вечером, не правда ли, и сегодня я зашел к тебе в гостиницу, чтобы снова принести свои извинения и предложить себя в качестве сопровождающего, если ты вдруг захочешь пройтись по городу.

Эмма была поражена.

- Я вам не верю, - воскликнула она импульсивно. - Почему вы это сделали?

Он пожал плечами, и они пересекли внешний двор и подошли к ступенькам.

- Я сам начинаю удивляться, - мягко пробормотал он, и она посмотрела вверх на него и улыбнулась, не в состоянии сопротивляться его небрежному тону. Он был высоким, и Эмма, привыкшая к мужчинам не намного выше ее, подумала, как приятно смотреть на него снизу вверх. У ступенек была пришвартована моторная лодка, и он сказал:

- Это моя. Не возражаешь, если мы воспользуемся ею вместо гондолы? Я предпочитаю сам сидеть за рулем, не опасаясь, что кто-то подслушает мой разговор.

Эмма почувствовала соблазн сделать какое-нибудь замечание, но сдержалась. Она просто позволила ему помочь ей сесть в маленькую лодку и ждала, пока он запрыгнул и сел рядом с ней. Потом она стояла возле него в маленькой кабине, поглощенная постоянно меняющимся многообразием окружающих их достопримечательностей, убеждаясь, что он хорошо знает историю города, чтобы там не говорила о нем его бабушка. Граф Чезаре знал названия почти всех дворцов, мимо которых они проплывали, а Эмма и не представляла себе, что их так много, только смотрела и смотрела, сжимая руки от восторга. Они проплыли под мостом Риальто, и девушка увидела все магазины, расположенные вдоль него, и товары, выставленные в витринах.

- Лучше пройти по мосту пешком, - сказал Чезаре. - В магазинчиках продается много интересных вещей: муранское стекло, венецианские кружева и украшения, игрушки и всевозможные сувениры.

Эмма кивнула.

- Я уверена, что лучше. Но должна признаться, что это не очень привлекает меня. Я бы предпочла что-то менее... коммерческое.

- Хорошо, - граф улыбнулся. - Если ты мне доверяешь, сделаем, как я предложил вначале, я покажу тебе лагуну.

- Доверяю вам? - Эмма нахмурилась. - Я не понимаю.

Чезаре резко повернул лодку, и они проплыли между темными каменными стенами домов, выходящих прямо на канал. Обвитые вьющимися растениями арки вели во внутренние дворики, кованые железные решетки которых казались воротами в подводные сады. Маленькие лодочки были привязаны к шестам или небольшим колоннам.

- Я имею в виду, что многие островки лагуны сейчас пустынны, там никого нет, понимаешь? Конечно, есть Мурано, Бурано и Торчелло, но думаю, мы прибережем их на потом, хорошо?