— Он местным рэкетом промышляет? Э-э… грабитель, вымогатель? — поправилась я.
— Вроде того, Асфирель, но правитель Волтуар послужит нам прикрытием до столицы. Осталось совсем немного.
Глава 4. Обитель гильдий
Высокие, толстые стены исчезающего в горизонте города я оценила еще в тот момент, когда мы стояли на возвышенности скал. Они грозно нависали над деревьями и маленькими домиками, делая их совсем игрушечными. Когда мы пересекали реку по крохотному, но широкому мосту, Елрех сообщила, что регион Больших мостов официально покинут именно на этой черте.
Поселения начинались далеко от городских стен, напоминая деревенские постройки. Я глазела по сторонам, не выпуская руку своей спутницы. Широкая разъезженная телегами дорога тянулась прямо среди ухоженных фруктовых деревьев и частых палисадников у домов. Пахло цветами и сеном, но эти запахи часто перебивал медовый аромат спелых груш. Курицы кудахтали в удалении от дороги, где-то лаяли собаки, в мило обустроенном дворике широкоплечий мужик выгонял стадо овец, но они упорно следовали за козой. Она удерживала свое предводительство громким «ме-е-е», заглушая отвечающих хором овец, и упорно отводила подопечных от открытой настежь калитки. Местные люди, казались мне, гораздо выше наших. Изредка встречались невысокие, но и те выглядели сильными. Эльфов я просто не могла пропустить мимо, жадно разглядывая каждого.
— Почему их уши иногда дергаются? — шепотом поинтересовалась я у Елрех.
— От твоего назойливого внимания.
— А-а-а… Но это же не страшно? Потерпят? Ну, а еще ты кажешься сильнее их… Если кто-то проявит агрессию, ты же встанешь на мою защиту? — она мне не ответила, поэтому я вкрадчиво напомнила: — Ты говорила, что благодарна мне.
В ответ Елрех только тяжело вздохнула, чем выдала мне негласное разрешение пялиться на окружающих дальше. Эльфы были замечательны тем, что оправдали мои ожидания: длинноухие, длинноволосые и длинноногие. А вот потом нам на пути повстречались эльфиоры, в прошлом эльфы, отказавшиеся от жизни в лесу и первыми вышедшие к цивилизации. Они были значительно выше и шире в плечах, а уши и глаза — заметно меньше. Но даже не они восхитили меня…
Я замерла, выпустив Елрех и едва не уронила мешок.
— Двуногая, крылатая кошка, — пробормотала я, а затем потерла глаза, опасаясь, что кошак исчезнет, но он остался.
Вполне человеческие руки, просто покрытые мелкой белоснежной шерстью, отсчитывали серебряные прямоугольники из кошеля. Женщина в длинном платье и бордовом переднике вытащила из корзины булку и вручила ему в руки. Она улыбнулась ему, а он ощерился, но, судя по ее реакции, эта была улыбка.
— Асфирель! — заставил подпрыгнуть меня голос Елрех, — Чего застыла?
Я помчалась за ней и почти поравнялась, но услышала позади приятный голос с рычащими нотками.
— Асфирель, обождите.
Мы с Елрех обернулись одновременно: она нахмурилась, а я едва не вскрикнула от восторга. Он еще и говорящий! Мне приходилось поднимать голову, чтобы рассмотреть его морду: высокий, почти с человеческой фигурой, а шикарные ушки с темными кисточками.
— Прелесть какая, — не сдержалась я.
— Простите, она… не в себе, — заявила Елрех, потянув меня за плечо.
— Заметил, — ощерился он — его по-летнему теплые зеленые глаза словили солнечный блик, — Вы морите ее голодом?
Он отломал половину булки, протягивая мне. Он что думает, я на него из-за булки так глазела? Вот же добрейшая душа!
— А нос потрогать можно?
— Нет! — возмутилась Елрех, как будто я у нее спросила.
— Я скоро домой вернусь, а у нас такой прелести не водится! — ответила я ей, — Он же крылатый! Высокий волосатый мужчина с головой снежного барса и обалденными крыльями! Красавец… Почему я телефон в халат не положила? Селфи вышло бы превосходным…
— Есть места, где не встречаются рассаты?
— Она из другого мира и… булку верни, голодная! — вырвала она ее у меня из рук и всучила кошаку, — Пойдем возвращать тебя домой. Надоела.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я оглядывалась на кота, пока он не скрылся в толпе эльфов. А большие мыши тут есть? Скривилась, понимая, что их не особо хотелось бы встретить. А кого хотелось бы? После восхитительного рассата, эльфы больше не привлекали меня, как и реже встречающиеся шан’ниэрды.
Город встречал нас распахнутыми настежь крепкими воротами. Сразу от входа шум и гам оглушали, а суматоха бурлящей жизни вводила в растерянность. Теперь Елрех сама вцепилась в меня, видимо, мечтая доставить к мудрецам и уговорить их вышвырнуть надоевшую землянку из Фадрагоса. Я шумно втягивала запахи, желая уловить что-нибудь знакомое: жареное мясо, скошенная трава, вроде бы запах дыни, но слаще, вонь рыбы и тухлятины, а затем сырости и чужого резкого пота, и снова цветочный аромат, свежая выпечка… Бесконечный калейдоскоп. Мы свернули на одну из улиц, врезаясь в еще более бурный поток — рынок. Люди толпились между прилавков, кричали в спорах и торгах, но Елрех целенаправленно двигалась вперед, напоминая мне бронированный вездеход. Часто я слышала незнакомые слова, а то и целые фразы, оглядывалась, желая рассмотреть каждого поподробнее.
— Елрех, смотри! Это же как маленький сонный великан! — ткнула я пальцем в его сторону, — Высокий каменный человек.
— Их зовут гелдовы, и они много лучше людей, — рыкнула она, дернув меня за руку и вынуждая идти дальше.
Мы приостановились у прилавка с какими-то порошками или специями, где Елрех залепетала на незнакомом языке с торговцем. Мужчина фангра, отвечавший ей, обладал такими же густыми волосами, но темными. Я рассматривала его недолго, пока легкий ветер не донес до меня запах испорченного мяса. От вони тухлятины в горле раздражающе защекотало. Я оглянулась и моментально нашла источник. На деревянном прилавке была расстелена холщовая ткань, а поверх кучей громоздились вырезки. Брезент над прилавком зиял дырами, пропуская солнечные лучи. Под прилавком растекалась бурая лужа, смешиваясь с грязью, соломой и каким-то пухом. В нем копошились жирные черви.
— Не кривись так и держи содержимое живота в себе, — сказала Елрех, ухватив меня под руку и потащив дальше, — Я покупаю провизию не на рынках.
— А зачем мы тут?
— Купить тебе шмотье.
— А тебе? — прищурилась я, когда мы вышли из тени.
— Ты что же, считаешь меня бездомной?
— Я увижу твой дом? — обрадовалась я, — Ты же не оставишь меня за его стенами? Обещаю нигде не рыться без твоего ведома.
Она покачала головой, бормоча что-то себе под нос, а затем спросила:
— Асфирель, как быстро ты соскучишься по мне, когда вернешься в свой мир? Будешь также плакать, как плакала ночами из-за родных?
Настроение мое стремительно опускалось, а ответа она так и не дождалась. Сколько времени мы провели совместно? Просто навскидку, прошло точно больше двух недель, а то и все три. Я уже не боялась Елрех, как было при первой встрече. Вспомнила Светку, с который дружила с первого курса в универе, она точно мне ближе, чем Елрех. За три недели не становятся близкими друзьями, но все же… Я вынужденно доверилась неизвестной женщине или девушке, даже не человеку. За короткий срок я увидела в ней свой маленький островок безопасности, запросто подставляла ей спину и всячески полагалась на нее. Сейчас, когда она задала простейший вопрос, у меня на секунду сбилось дыхание, а сердце чуточку сжалось. Время совсем ни при чем. Близкими становятся быстрее, если одиноких, нуждающихся в поддержке сталкивают и постоянно испытывают давлением извне.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Елрех, — потянула я ее.
Дождалась, когда она остановилась и взглянула на меня, вопросительно вскинув брови. Ее серые глаза отражали солнечный мир вокруг, а белая прядка челки упала на переносицу. Она нахмурилась, когда я протянула руку к ее лицу, но позволила отвести прядь и заправить, запутав в густых волосах.
— Мне нужно убраться отсюда, как можно скорее, — твердо произнесла я, оглядываясь, на обходящих нас стороной людей и нелюдей, — Кажется, я начинаю привыкать к тебе. Мне нельзя оставаться надолго в Фадрагосе.
