Читаем без скачивания Жизнь после Тайлы - Белла Джуэл

Мое сердце разбивается от того, что я вижу и слышу. Это разрывает его на чертовы кусочки.

— Папочка сейчас здесь, милая, — говорю я мягко и нежно. — Теперь я могу приготовить что-нибудь по-настоящему вкусное на ужин. Не волнуйся.

Она доверчиво кивает и бросает нож обратно в раковину. Я наконец-то могу выдохнуть, беру ее на руки и крепко обнимаю, зарываясь носом в ее мягкие волосы, вдыхая родной запах.

— Детка, иди и посмотри мультики. Я скажу мамочке, что мы будем готовить ужин, хорошо?

— Хорошо, папочка!

Я отпускаю свою малышку, она бежит в гостиную, а я разворачиваюсь и иду по коридору, злой, мои кулаки трясутся от ярости. Я вхожу в спальню, где Лена растянувшись, безмятежно спит на кровати. Я подхожу к ней, чтобы как следует объяснить ей, как нужно вести себя с детьми, хочется сорваться и накричать, но я замираю в оцепенении. Она пьяна, я могу почувствовать разящий от неё запах алкоголя. Я преодолеваю последние несколько шагов до кровати, наклоняюсь к ней и трясу ее за плечо. Она стонет, переворачиваясь и моргая, открывает заспанные глаза.

Она внимательно смотрит на меня покрасневшими от всего выпитого глазами.

— Что ты, твою мать, вытворяешь? — зло рычу я.

— Какие проблемы, Нейт?— она зевает.— Я спала.

— Чёрт, есть проблемы, — говорю я шипящим и срывающимся от напряжения голосом. — Наша дочь была на кухне у раковины, одна. С долбанным ножом в руке, пыталась приготовить дурацкий ужин, потому что ты здесь хрен знает, чем занимаешься.

— Я просто дремала, что ты шумишь, — она садится, хмурясь.

— Ты мертвецки пьяна, чёрт бы тебя побрал! — гневно рычу я.

— Я выпила с другом, давай просто покончим с этим, нет причин для ссор. Мейси смотрела мультики.

— Ты слышишь меня? У неё в руке был чертов нож!

— О, Господи, Нейт. Ты всегда будешь так со мной обращаться? Я делаю все возможное, я стараюсь.

Я сжимаю и разжимаю свои кулаки.

— Я сейчас отведу ее поужинать. И когда я вернусь, тебе лучше бы оторвать свою задницу от этой долбанной кровати и начать себя вести, как примерная и образцовая мать!

Я резко разворачиваюсь и направляюсь к двери.

— Захватите и мне что-нибудь, — бормочет она мне вслед, ложась обратно на кровать.

Взбешенный, я разворачиваюсь, в одно мгновение подбегаю к ней, наклоняюсь и хватаю ее за плечи, поднимая ее вверх. Я вытаскиваю ее из кровати и ставлю на ноги, оказываясь с ней на одном уровне, наши лица напротив друг друга.

И я почти задыхаюсь от едкого алкогольного дыхания, исходящего от неё.

— Я.СКАЗАЛ.БЫСТРО.ВЫМЕТАЙСЯ.ИЗ.КРОВАТИ. К.ЧЕРТОВОЙ.МАТЕРИ!

Она начинает плакать, но только в этот раз это совсем не работает. Я не поддамся на ее уловки.

Она допустила огромную ошибку — напилась, не напилась, это не имеет значения. Моя дочь значит для меня все, она — единственная причина, почему я ещё борюсь за этот тонущий корабль, под названием «наш брак». Если что-то случится с ней… Нет. Этого ни за что не случится. Я не позволю этому случиться.

— Клянусь Богом, тебе лучше протрезветь, к тому времени, как мы вернемся.

Я выбегаю из комнаты и захожу в гостиную.

— Папина малышка, ты готова идти? — говорю я, прилагая все усилия, чтобы мой голос звучал спокойно.

Она подскакивает на ноги и хватает меня за руку.

— Папочка, мы можем пойти в МакДональдс?

— Все, что ты захочешь, детка!

***

Эйвери

Я открываю входную дверь в квартиру и захожу домой. И, первое, что бросается мне в глаза — это Джейкоб, который стоит, прислонившись к кухонному белому столу, и смотрит в свой телефон.

Он смотрит на меня, улыбаясь, когда я кладу на пол свою сумку для танцев.

— А, вот и ты. Я проходил мимо студии и заглянул туда, но тебя там не оказалось.

Я пожимаю плечами, подходя и целуя его в щеку.

— Танцы отменили, и я решила прогуляться. Я проходила мимо, где проводились мотогонки, и решила остановиться и посмотреть.

Он отрывается от своего телефона и поднимает на меня взгляд, смотрит в упор, приподняв брови в удивлении.

— Ты ходила на мотогонки?

Я отмахиваюсь, настолько небрежно, как только могла это делать.

— Я просто проходила мимо. Я не хотела идти домой, поэтому и остановилась немного посмотреть.

Он кивает, возвращаясь опять к своему телефону.

— Может, выйдем поужинать куда-нибудь?

Я смотрю на него, а затем киваю с нежной улыбкой.

— Конечно, это было бы просто замечательно.

— Прими душ, освежись немного, и мы пойдём.

— Может, прогуляемся? — спросила я.— Сегодня чудесный вечер.

Он кивает мне, делая взмах рукой, который говорит о его согласии.

— Конечно, детка, все, что захочешь. Тогда сначала нам нужно зайти домой к твоему отцу.

Я вздыхаю, но все-таки спрашиваю.

— Зачем, Джейкоб?

— Он хочет тебя увидеть.

— Я ему звонила три дня назад.

Он смотрит на меня «что-ты-такое-говоришь» осуждающим взглядом.

— Прекрати быть такой эгоисткой. Он старый человек и он одинок.

— Я это знаю, — отвечаю я отрывисто. — Смотри сам, как хочешь. Мы зайдем, и это все, хорошо?

Он разглядывает меня, с явным желанием ответить мне что-нибудь едкое, но я не даю ему возможности сделать это. Вместо этого я поворачиваюсь и ухожу в душ. Я принимаю душ размеренно и не спеша, давая тёплой воде омыть моё тело, и уж тем более не тороплюсь, когда выбираю, что надеть, одеваясь и делая макияж. В конце концов, я останавливаю свой выбор на узких, обтягивающих джинсах и насыщенной изумрудно-зеленной кофте с высоким и большим воротом, застегиваю чёрные туфли с ремешками на щиколотке, и собираю свои волосы, закрепляя их заколкой. Тяжело вздыхаю, выхожу и встречаюсь с Джейкобом на кухне. Он берет своё пальто, даже не взглянув на меня, и мы вместе выходим из квартиры.

Мой отец живёт совсем не далеко, двумя кварталами ниже по улице, за углом. Это достаточно близко, чтобы пройтись и зайти в гости, но все же из нас двоих, я единственная, кто прикладывает усилия для встреч и общения. Мой отец никогда не приходил ко мне. Джейкоб подталкивает меня ко всему этому — к общению, встречам, как будто это моя вина, что он одинок, но он никогда, ни разу не старался ради меня, так почему я должна? Джейкоб и я идем в тишине, он даже не держит меня за руку. Он все также весь, словно приклеился, в своём дурацком телефоне.

— Как прошёл твой день? — спрашиваю я, делая попытку заговорить и начать разговор.

— Отлично, — бормочет он, быстро набирая сообщение.

Я печально вздыхаю.

Мы подходим к огромному дому моего отца, и я нажимаю на кнопку вызова на домофоне, который встроен со стороны улицы на больших железных автоматических воротах.