Нахмурившись, Чарити положила свою папку на прилавок.
— Извините мне мою воинственность. Решение оставить компанию Трута прошлым летом далось мне с большим трудом.
— Догадываюсь.
Чарити внимательно следила за выражением лица Илиаса, но не могла понять, дошел ли до него слух о ее несостоявшейся помолвке и нервном расстройстве. Поскольку он не проявил никаких признаков любопытства, она решила, что ему ничего не известно. Правда, Илиас вообще не выказывает своих чувств. Тем не менее Чарити решила довести свое дело до конца.
— Несмотря на то что пристань, конечно, частная собственность, — сказала она, — мы должны стремиться сохранить за собой наши магазины.
— Шестое чувство подсказывает мне, что вам повезет в переговорах о возобновлении аренды.
— Спасибо на добром слове. — Чарити взглянула на Чокнутого Отиса. — Если мне не повезет, то всем нам скоро придется искать новые места. Это касается и тебя, Отис.
— Кхе-кхе-кхе… — Отис прошел вдоль ветки и перебрался с ее конца на плечо нового хозяина.
Чарити при этом слегка поморщилась, вспоминая, как когда-то Отис поднимался по ее руке. Илиас же, кажется, вообще не обращал внимания на острые когти птицы, цеплявшиеся за его темно-зеленый пуловер.
— Еще чаю? — предложил он.
— Нет, благодарю вас. — Чарити посмотрела на свои часы. — Я еще собиралась в полдень позвонить в корпорацию «Дальние моря». Хотелось бы прямо сегодня и начать переговоры об аренде. Пожелайте мне удачи в этом деле.
— Я не верю в удачу. — Илиас задумался. — Ручьи всегда впадают в реку, а затем в море. Вода может принимать различные состояния в природе, но тем не менее остается все той же водой.
Ньюлин был прав, подумала Чарити, Илиас Уинтерс действительно довольно странный человек. Она вежливо улыбнулась:
— Спасибо вам за гостеприимство. Пожелайте мне что-нибудь на счастье и запомните, что мы все должны непременно держаться вместе. Если я не смогу договориться, то никому на этой пристани не избежать неприятностей.
— Я уверен, что сможете.
— Вашими бы устами да мед пить. — Чарити повернулась, чтобы уйти, но вдруг вспомнила еще об одном вопросе, который она собиралась обсудить с Уинтерсом:
— Ох, я почти забыла. Мы обычно устраиваем пикник здесь, на пристани, вечером в понедельник, после окончания рабочего дня. Приглашаю вас принять в нем участие.
— Благодарю за приглашение.
— Так вы придете?
— Обязательно.
— Вот и прекрасно. Хейден никогда не посещал наши пикники. — Чарити взглянула на записи в своей папке. — Для пикника нам еще не хватает горячих блюд. Вы умеете готовить энтрей?
— Как никто другой, но только в нем не будет мяса.
Чарити засмеялась:
— А я как раз собиралась предупредить вас, что двое из приглашенных — вегетарианцы. Надеюсь также, что вы будете отлично выглядеть в понедельник.
— Это может закончиться любовным романом, — сказал Илиас.
Чарити решила оставить без внимания его последнюю фразу, не желая выслушивать прозрачные намеки. Ее последнее пожелание было всего лишь вежливым экспромтом, правда, вряд ли Илиас позволил бы себе подобные высказывания. У Чарити было такое чувство, что любая его фраза заключала в себе несколько смысловых уровней, причем каждый из них имел определенное значение. Такое же ощущение возникало у нее всякий раз, когда она разговаривала и с Хейденом Стоуном, поэтому с ним было совершенно невозможно просто поболтать о всяких пустяках.
Чарити испытала чувство огромного облегчения, когда вышла на солнечный свет из мрачного помещения «Обаяния и достоинства». Она поспешила вниз по широкому проходу между магазинчиками и переступила порог своего собственного, красивого и светлого «Шепота».
Ньюлин Одел оторвался от стопки еженедельников новостей, которые он раскладывал по полкам. На его лице было такое выражение, словно он недавно вернулся с похорон, хотя, справедливости ради, следует заметить, что оно как бы приросло к своему обладателю.
Одел был худосочным молодым человеком двадцати четырех лет, Его узкое лицо внизу заканчивалось неряшливой козлиной бороденкой, а на глазах были очки в простенькой проволочной оправе. Чарити была почти уверена в том, что он сам подстригал свои длинные волосы, о чем свидетельствовали беспорядочные лохмы, спускающиеся на уши.
— Как прошло? — спросил Ньюлин, выражаясь в своей обычной туповатой и немногословной манере.
Чарити остановилась на пороге своего небольшого кабинета, в который раз посочувствовав Ньюлину. Она наняла его месяц назад, когда он тщетно пытался найти работу. В Бухту Шепчущих Вод Ньюлин прибыл вместе со своей подругой, молодой женщиной по имени Арлин Фентон, вступившей в секту вояджеров. Еще не работая в «Шепоте», он пытался убедить Арлин в абсурдности культа космических пришельцев, но только напрасно тратил время.
Постоянно терпя неудачи в попытках пробудить у нее чувство здравого смысла, Ньюлин твердо решил дождаться своего часа. Он надеялся, что пятнадцатого августа Арлин наконец поймет, как жестоко ее обманули.
Чарити тоже искренне желала, чтобы Ньюлин оказался прав, поскольку убедилась, что он безмерно предан своей подруге сердцем и душой, как настоящий донкихот. Тем не менее ее подспудно беспокоила мысль о том, что Арлин так и не сможет освободиться от влияния вояджеров. Провозившись пару месяцев с больным попугаем, она так и не выбрала минутку поговорить о своем опасении с убитым горем Ньюлином.
— Вы были правы, Ньюлин, — сказала Чарити, — Илиас Уинтерс довольно странный человек. Он был другом Хейдена Стоуна, и это говорит само за себя. Но тем не менее хорошей новостью для нас является то, что Уинтерс согласился присоединиться к нашему союзу для ведения переговоров о возобновлении аренды.
— Вы собираетесь позвонить в корпорацию «Дальние моря»?
— Да, прямо сейчас, так что перекреститесь.
— По-моему, это будет больше чем просто удача, если вы сумеете уговорить «Дальние моря» перезаключить договор об аренде. Особенно в том случае, если Питт или городской совет уже обращались к ним и сумели убедить, что пристань является весьма ценным недвижимым имуществом.
— Не будьте таким пессимистом, Ньюлин. Могу поспорить, что наш городской совет еще не знает, кто владеет пристанью Чокнутого Отиса, ведь мы сами выяснили это только две недели назад. Поэтому я предупредила всех на пристани, чтобы они сохраняли все в тайне.
— А что, если кто-нибудь из них уже проболтался?
— Надеюсь, что этого не произошло. — Чарити распахнула дверь кабинета, прошла внутрь и освободила себе место за столом, передвинув сложенные на нем стопками книги.
