— Моя секретарша нашла себе другую работу несколько месяцев назад, а я еще не подыскал никого, кто бы смог ее заменить. У меня также нет никаких клерков и менеджеров. Ко всему прочему я никогда не мог подобрать себе достаточно надежных служащих, которым можно было бы довериться полностью.
— Это даже не смешно.
— Я уже сказал вам, что не шучу.
— Предположим, сейчас вы говорите правду. Почему же тогда вы скрыли от меня, что являетесь владельцем пристани?
— Еще много лет назад я научился никогда не начинать деловые переговоры первым. Чистые весенние воды бесхитростного ведения дел и откровенных разговоров слишком часто приводят к ошибкам и свидетельствуют скорее о слабости, поэтому меня учили побуждать других обращаться ко мне.
Чарити остановилась перед прилавком.
— Если я правильно поняла вас, сказанное означает, что вы привыкли иметь одностороннее преимущество при ведении дел. Однако я в отличие от вас никогда не посещала никаких дорогих семинаров, на которых учат, как правильно заключать и разрывать сделки или как вести дела по законам Дао. Я предпочитаю заниматься бизнесом проверенными, старыми методами, мистер винтере. Значит, вы владеете пристанью Чокнутого Отиса?
— Да. — Илиас смотрел в ее огромные карие глаза и удивлялся той предельной осторожности, которая скрывалась под маской гнева. Он вспомнил слухи о хаосе, который был вызван несостоявшимся объединением корпорации Трута и компании по производству атлетических тренажеров Лофтуса. Причиной этой неразберихи послужила внезапная отставка президента корпорации в связи с ее нервным расстройством, Но тогда Илиас не проявил большого интереса к этому событию, поскольку ни корпорация Трута, ни компания Лофтуса не вели торговых операций на побережье.
— Это точно?
— Хейден Стоун оставил мне не только «Обаяние и достоинство», — проговорил Илиас. — Он оставил мне и всю пристань.
— И вдобавок коттедж на утесе. — Чарити прищурилась. — Но это же целое состояние! Что подвигло его на такой поступок?
Немного помолчав, Илиас ответил, тщательно подбирая слова:
— Как я уже говорил, Хейден был моим другом и учителем, именно он помог мне создать корпорацию «Дальние моря».
— Понимаю. А чем же занимается ваша корпорация?
— Это консалтинговая фирма.
Чарити скрестила руки на груди и спросила:
— Какие же услуги вы предлагаете?
— Я обеспечиваю знакомства, связи и просто даю советы деловым людям, которые торгуют на побережье океана, — ответил он, подумав при этом, что ответ нужно было бы давать уже в прошедшем времени. Илиас сам бы очень удивился, если бы когда-нибудь снова занялся прежней работой. «Дальние моря», да и не только они, остались для него в прошлой жизни, с которой его уже ничего не связывало.
— Но Бухта Шепчущих Вод не является маяком бизнеса на побережье.
Илиас чуть заметно улыбнулся:
— Нет, разумеется.
— Что же вы тогда здесь делаете?
— Вы слишком подозрительная женщина, Чарити.
— Думаю, я вправе подозревать вас. Совсем недавно я сделала ошибку, предположив, что вы из нашего круга здесь, на пристани, и мы все вместе будем бороться против «Дальних морей».
— Я предупреждал вас, говоря, что когда кто-то пытается изучить своего врага по отражению в воде, он должен позаботиться о ее кристальной чистоте.
— Да-да, я это уже слышала, поэтому перестаньте, пожалуйста, говорить шарадами. Если я захочу познакомиться с философией, то обращусь к Теду.
— К какому Теду?
— Теду Дженнеру. Он содержит небольшой магазинчик около карусели под названием «Философия футболок Теда». Вы, наверное, его уже заметили?
Илиас вспомнил лавчонку на семи ветрах в самом конце пристани, где висело множество футболок, украшенных всевозможными призывами и лозунгами, от довольно остроумных до откровенно грубых. Футболки постоянно раздувались легким бризом с бухты.
— Да, я обратил внимание на этот магазин.
— Надеюсь, что хотя бы это соответствует действительности, ведь вы проходите мимо него каждый день. При желании вы могли бы по пути завернуть туда и познакомиться с вашими соседями и коллегами.
— Но я уже познакомился с вами, — возразил Илиас.
Чарити брезгливо взглянула на потолок.
— Впрочем, это не важно. Вернемся к насущным делам. Что вы скажете в свое оправдание относительно вашего отказа сообщить мне правду о себе, прежде чем я начала рассказывать вам о положении дел с арендой на пристани?
— Но вы об этом меня и не спрашивали.
Она раздраженно махнула рукой:
— А как, по-вашему, я могла догадаться, что вы владелец корпорации «Дальние моря»?
— Увидев свое отражение в воде, никто никогда не задается вопросом, чиста ли эта вода.
Чарити окинула его уничтожающим взглядом.
— Не лучше ли оставить вашу философию мумбо-юмбо и разобраться в этом вопросе окончательно? Если вы тот, за кого себя выдаете, то скажите мне наконец, что вы собираетесь предпринять по поводу аренды пристани?
— Возобновить контракты в сентябре на старых условиях.
От неожиданности Чарити даже открыла рот, показывая свои очаровательные, белые зубы. Впрочем, она быстро пришла в себя.
— Но почему вы собираетесь сделать это, после того как я сообщила вам о планах городского совета использовать пристань Чокнутого Отиса в качестве основной достопримечательности обновленной и улучшенной Бухты Шепчущих Вод?
— Право, не знаю.
— Прошу прощения, но я ничего не понимаю.
Илиас пожал плечами:
— Просто сейчас у меня нет ответа на ваш вопрос. Одной из причин, по которой я поселился здесь, в Бухте Шепчущих Вод, является желание найти ответы на некоторые интересующие меня вопросы.
Чтобы получить ясный ответ, человек должен правильно поставить вопрос, а он в большинстве случаев этого сделать не может. Поэтому когда смотрят в воду и пытаются увидеть свое собственное лицо, то часто видят всего лишь его искаженное отражение.
Илиас тренировался с помощью последней серии древних упражнений, которым обучил его Хейден Стоун. Из обманчиво легких перемещений формировался тонкий узор системы под названием Тэл Кик Чара. Она заключала в себе физическое выражение той старинной философии, которая стала основой жизни Хейдена. Система Тэл Кик Чары — это состояние организма, когда ум и тело человека соединены в едином потоке энергии, который для более простого понимания мысленно заменяется водой.
Скрученный кожаный ремень на запястье Илиаса олицетворял собой философию этой системы, принципы которой можно было использовать и как оружие, и как основу для своего жизненного пути.
Когда Илиас заканчивал последнее упражнение, кожаный ремень резко раскрутился и стал как бы продолжением его руки. Он мгновенно обернулся вокруг ветки соседнего дерева с точно рассчитанным усилием, достаточным для прочного зацепления, но в то же время не таким мощным, чтобы разломить сук пополам. Способность управлять силой рассчитанного удара заключалась в принципах Тэл Кик Чары.
