рисковали даже приближаться к этим стенам, не то, что входить внутрь. Правда, задавать вопросы охотнику было явно не самым умным поступком. Против ожиданий, Эйнар не разозлился, а спокойно ответил:
– Башня всегда закрывается на ночь. Ночью измененные слышат ее зов и могут прийти сюда.
Мои глаза ошарашенно расширились. За время моей работы в ночную смену я ни разу не запирала двери.
– Но откуда в городе возьмутся измененные?
– Всякое бывает, – неопределенно ответил Эйнар. – По большей части, это простая предосторожность.
Он еще раз оглядел меня и направился к выходу.
– Не забудь передать то, о чем я сказал.
– Но что же будет с Ханной? – снова не удержалась я.
Охотник оглянулся и поднял бровь.
– Я имею в виду, если придут измененные.
– Сегодня не придут, – усмехнулся Эйнар. – Для этого мы и идем на патрулирование.
– Хорошо, ваша милость, – я уставилась в стол, чтобы избежать еще одного пронзительного взгляда и закончить нашу беседу. – Я передам.
Глава 6
Когда я подняла голову, на пороге уже никого не было. Я прислушалась, досадуя на себя, что глубоко задумалась и упустила возможность подслушать беседу охотников. Мне вовсе не улыбалось столкнуться с патрулем сегодня ночью, когда я буду покидать Авейро. Сейчас я была настороже, но ничего полезного услышать не удалось. Вскоре башня опустела.
За окнами уже давно стемнело. Долгий осенний день превратился в вечер. До конца моей смены оставалось совсем немного времени. Стоило попробовать завершить то, от чего меня оторвали в прошлый раз. Я напряженно прислушалась и замерла. К башне снова приближались чьи-то шаги.
Шорох тут же стих, так что я не была уверена, действительно ли этот человек направлялся сюда, или просто выглянул на площадь, чтобы бросить взгляд на башню, и пошел своей дорогой. Ошибиться было нельзя, поэтому я встала со своего места и пошла к выходу.
В кабинете охотников появился третий стол, показывая, что Грейден прибыл сюда надолго. Он стоял в другой части комнаты, словно подчеркивая дистанцию между мужчинами. Поверхности всех трех столов были пустыми. Журналы Свена перекочевали в мусорную корзину вместе с огрызками.
Я вздернула брови. На моей памяти это был первый раз, когда Свен навел порядок у себя на столе. Интересно, что сподвигло его на такое свершение, учитывая, что вновь прибывшего охотника он явно терпеть не мог. Я вспомнила, как здоровяк назвал его полукровкой. Тогда каменная выдержка Грейдена на мгновение дала трещину, а в глазах мелькнула бешеная ярость, но он моментально подавил эмоции. Страсти в этой компании кипели нешуточные.
Я быстро прошла по коридору и оказалась у выхода. Фонари уже зажглись, на площади было светло, и в этом свете я отчетливо увидела фигуру Ханны, бодро шагавшей в мою сторону. Разочарование было таким сильным, что я с трудом удержалась от крепких выражений. Компания мне сейчас была совсем ни к чему.
Сменщица, напротив, казалась слишком радостной для человека, которому предстояло работать в ночную смену. Поникшие утром кудри снова жизнерадостно топорщились. Не к месту я вспомнила, как Свен, не утруждаясь запоминанием имен, называл нас по сменам. Изменение графиков на это не повлияло.
В этом была даже некая поэтичность, потому что Днем звалась вечно сияющая Ханна с облаком светло-рыжих кудряшек, а Ночью – я, со своими темно-каштановыми волосами, вечно собранными в пучок. Да и во всем остальном мы были очень разными, начиная от сложения и заканчивая манерами, но ладили на удивление неплохо.
– Ты чего тут стоишь? Их нет? А я пирожки принесла! – выпалила она на одном дыхании, как только подошла поближе.
Я вздохнула:
– Скажи мне, ради чего ты пришла сюда заранее? Тебе ведь до утра тут куковать.
– Я подумала, что если пойду пораньше, куплю свежие яблочные пирожки! – радостно провозгласила Ханна, проходя внутрь. – Франсин печет новую порцию как раз в шесть часов вечера. А потом уже глупо было идти домой. Так ты будешь? Я и сидр с собой прихватила.
– Буду.
Несмотря на роскошный обед, от всех треволнений сегодняшнего дня снова захотелось есть. Ханна уже успела дойти до кабинета охотников и с любопытством оглядывала изменения.
– Новый стол, – подняла она брови с намеком.
– И новый охотник, – ответила я со вздохом.
Сменщица любила болтать обо всем на свете. Лучше было самой рассказать ей вкратце о событиях дня, чем столкнуться с градом вопросов, когда она начнет выпытывать подробности. Я вспомнила о словах Эйнара.
– Кстати, тебя просили не закрывать башню на ночь. Они ушли в патруль и собирались вернуться сюда.
– А когда они вернутся? – опасливо спросила Ханна. Сидеть с открытой дверью в одиночестве ей явно не хотелось.
– Да кто ж их знает, – я пожала плечами.
Мы добрались до нашего общего кабинета, где сидели по очереди. Ставить еду на кристаллы сменщица благоразумно не стала, мы разместились в углу, усевшись на табуретки. Пирожки были еще горячими, под тонким тестом притаилась начинка из яблок, орехов и изюма. Вкус оказался божественным и почти примирил меня с крушением планов.
– Так что там с новым охотником?
Ханна ухитрялась жевать и одновременно говорить, не чавкая. Натренировалась за годы практики, надо полагать. Я как раз откусила кусок побольше и едва им не подавилась. Попыталась вспомнить, называл ли кто–то при мне Грейдена по имени. Не смогла и решила, что упоминать его не стоило. Я коротко сообщила, что охотник явился под вечер, а больше я ничего не знаю.
Сменщица разобралась с едой раньше меня и принялась выпытывать, как выглядело наше пополнение. Я чуть не подавилась вторым пирожком и заявила в ответ, что не запомнила. Это было наглой ложью.
Наоборот, я никак не могла выкинуть из памяти лицо Грейдена в тот момент, когда Свен обозвал его полукровкой. На мгновение на нем мелькнула гримаса боли. При том, что в Осиновой пади он был абсолютно невозмутим, даже когда вернулся из леса, истекающий кровью.
Ханна была по–настоящему поражена:
– Как это – не помнишь? Ты за весь день видела всего троих человек, не считая меня, и не можешь сказать, как выглядело единственное новое лицо в башне за последние несколько месяцев?
– Мне было не до лиц, – огрызнулась я. – Сегодня пришло шесть сообщений. Весь день бегала туда-сюда, даже на обед не отпустили.
На этом месте
