А он не изменился. Ни капельки. Лишние килограммы, в отличие от меня, он не набрал, по-прежнему мощный, поджарый, и поступь плавная, как у пантеры – нет лишних рванных движений. От него веяло спокойствием и неким равнодушием. И ощущения, которые испытывала в его присутствии, остались неизменными – нервничала, хотя понимала, что повода нет. Я не совершила ничего плохого…
Ох! А не совершила ли?
Мои чувства максимально обострены, не только из-за излишней эмоциональности, но и из-за выпитого бокала шампанского. Постаралась взять себя в руки и успокоиться хотя бы для того, чтобы мой голос не дрожал от переизбытка эмоций, когда мы поздороваемся. А это, к сожалению, неизбежно. Раствориться в толпе или слиться со стеной у меня вряд ли получится.
– Какая неожиданная встреча, Влад, – в унисон пропели подруги, подставляя для поцелуя гладкие, исколотые филлерами щёки.
– Ольга, Агата… Вы, как всегда, превосходны.
Услышав глубокий голос, в котором по-прежнему простреливала волнующая хрипотца, вновь почувствовала необходимость сделать глоток шампанского.
Я почти не дышала, затаившись за высокой скульптурой, и, конечно, понимала, что поведение моё глупое и наше «знакомство» неизбежно. Но я ничего не могла с собой поделать и крайне нуждалась в дополнительной минуте, чтобы прийти в себя.
– Знал бы Лёнчик, что ты здесь окажешься, он бы тоже составил мне компанию.
– Не уверен, Агата. Он ни за что не променяет спокойный вечер перед телевизором и банкой пива на выставку, – он глянул на ближайшие скульптуры, – посвящённую коротконогим цаплям и слонам, у которых вместо хобота курительная трубка. Прости, Петра.
– К сожалению, ты прав. Но, в отличие от меня, Петре повезло намного больше, и, несмотря на свою позицию, ты здесь, рядом со своей невестой. Я правильно понимаю? Вас можно поздравить?
– Даже нужно, – в разговор вступила и Ольга Васильевна. – Мы с Агатой уже успели обсудить твоё кольцо, Петра. Оно потрясающе.
– Влад очень щедр, – мягко произнесла Петра.
– Бесспорно, и не только к тебе. Влад, мы очень благодарны за ежемесячные перечисления в наш фонд и …
Пинг-понг любезностями продолжался ещё некоторое время, а я тем временем осушила второй бокал шампанского.
Алкоголь вредит вашему здоровью. Ага. А ещё вызывает странные порывы. Например, спрятаться за металлической конструкцией, которая как минимум в два раза тебя меньше.
– О-о, а вот и Настя. Настя, подойди, пожалуйста, я познакомлю тебя с Владом.
Эх!
– Добрый вечер, – с вежливой улыбкой поздоровалась, выходя из-за скульптуры. Старалась идти прямо, сфокусировав взгляд на высоком мужчине, который скользнул по моему лицу равнодушным взглядом, затем уставился на пустой бокал в моей руке.
– Знакомься, дорогой. Это – моя помощница Настя.
– Рад знакомству, Настя, – снисходительно кивнул. – Петра многое о вас рассказывала.
Притворился, что впервые видит? Или не узнал? Скорее, второй вариант.
«И это к лучшему», – убеждала себя с облегчением. Ведь на безымянном пальце моей начальницы сияло три карата прозрачного бриллианта – наглядное доказательство их скорой свадьбы. Вряд ли напоминание в моём лице о ночи, проведенной четыре года назад с непримечательной незнакомкой, приведёт к чему-то хорошему.
– Надеюсь, только хорошее, – пробормотала под нос.
– Простите?
– Надеюсь, только хорошее, говорю, – сказала чуть громче. – Вы же не конкретизировали, в каком ключе Петра обо мне отзывалась, поэтому я и решила уточнить.
Участвующие в дискуссии молча уставились на меня: женщины с недоумениями, мужчина … не могу определить… просто смотрел.
Рядом засмеялась Петра, пытаясь сгладить неловкий момент.
– О тебе всегда отзываюсь только в хорошем ключе. Ты же знаешь, я бы никогда не взяла в помощники человека, которому бы не доверяла или к которому относилась плохо.
С запозданием поняла, что повела себя крайне глупо. На Влада больше не смотрела. Не особо хотелось видеть в глазах мужчины открытую насмешку. К счастью, появился повод покинуть компанию – несколько приглашённых изъявили желание приобрести скульптуры известного мастера. Напоследок исподтишка взглянула на Влада. Не удержалась всё-таки. Ошиблась я. В его взгляде не было ни капли насмешки, ему было абсолютно всё равно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Глава 11
– Алиса ждала тебя до последнего, так и заснула на диване.
– Извини, Ксюш, пришлось задержаться, – виновато пробормотала.
Известный скульптор от русской кухни нос, может, и воротил, зато водку с солёным огурчиком очень даже заценил. Перед закрытием выставки от выпитого алкоголя настроение у колумбийца поднялось до верхних слоев атмосферы, он затребовал медведей, играющих на балалайке, и продолжение банкета. Пришлось настойчиво напомнить, что мы находимся не в цирке, а на его личной выставке. К счастью, стереотип о горячих и вспыльчивых латиносах с бурлящей южной кровью оказался не таким уж правдивым, Альмадо не сразу, но всё-таки взял себя в руки. Не обошлось и без помощи Влада, он помог усадить пошатывающегося скульптора в такси и даже лично того сопроводил до гостиницы.
– Не волнуйся. Мы с Алисой прекрасно провели время. Да, кстати, я успела её искупать перед сном.
– Спасибо, Ксюш. Что бы я без тебя делала. – С благодарностью посмотрела на соседку.
Присела на тумбу для обуви и с облегчением сняла туфли на высоком каблуке. Чуть не застонала в голос, когда ноги коснулись прохладного пола.
– На ужин поели суп, – тем временем отчитывалась Ксюша, надевая обувь. – Мама сегодня как раз приготовила и нам заодно принесла. Алиска слопала целую тарелку.
– Ну как ты это делаешь? – обречённо спросила. – Поделись секретом. Со мной она даже попробовать его не хочет.
– У меня разговор короткий – никаких мультиков, пока всё не съест.
А у меня наоборот – мультики во время еды. Это единственный способ впихнуть хотя бы несколько ложек. Ставить перед Алисой ультиматумы нет смысла – она у меня мадам с характером. В три года манипулирует мной с лёгкостью, не особо прикладывая к этому усилия. Хотя, признаться, сама в этом виновата.
Алиса была ещё крохой, когда поняла, что любой плач немедленно сопровождается потаканием любым её требованиям.
Работать начала, когда дочке исполнилось три месяца. В те времена я занималась копирайтингом, и, слава богу, такой вид деятельности позволял всегда быть рядом с ней и зарабатывать деньги прямо дома. Со временем работы стало много, и, чтобы справляться с заказами в срок, была вынуждена идти на поводу у маленького манипулятора. Главное, чтобы у меня была возможность работать в тишине и чётко следовать техническому заданию. Я, к сожалению, из тех людей, которым тяжело на чём-то сконцентрироваться, если вокруг шум или присутствуют отвлекающие моменты. А малышка, естественно, требовала к себе много внимания, поэтому любое желание было сию же секунду удовлетворено, лишь бы создавались соответствующие для работы условия. Не успела оглянуться, как сама попала в капкан своих же ошибок. Долгое время занималась самобичеванием. И только совсем недавно обострённое чувство вины перестало быть всепоглощающим. Понимание, что мне удалось обеспечить Алисе безоблачное и безбедное детство, придавало уверенности, что я поступала правильно. Конечно, червячок сомнения всё-таки ковырял настойчиво совесть, ведь я по-прежнему не уделяла воспитанию дочери должного времени.
Мы возвращались домой поздно, из-за детского сада, который находился далеко от дома. Выбор пал на него исключительно из-за дополнительных занятий, которые велись в течение дня. У Алисы была возможность несколько раз в неделю заниматься плаванием и гимнастикой. Благо детсад был оснащён бассейном и оборудованным спортзалом. К тому же лекции вели квалифицированные тренера.
Так вот, возвращались домой мы поздно, сил после изнурённого дня хватало лишь на то, чтобы приготовить ужин на быструю руку, покормить и искупать Алису. Ни о каких играх, естественно, и речи не шло. Ах да, иногда уделяла пять минут на прочтение сказки перед сном.
