леденящие душу. Риз тайком приходил ко мне, когда я не могла заснуть от страха. Он спал под окном и повторял, что мне ничто не угрожает.
Сейчас я понимала, что мальчишка едва ли мог спасти меня, если бы настоящий монстр пробрался в мою комнату, но тогда он для меня был подобен рыцарю, закалённому в боях.
Теперь пришёл мой черёд стоять на страже у окна.
Я заметила в отражении окна тёмный силуэт принца, возникший позади меня, но не спешила поворачиваться.
Когда он коснулся моей косы, я замерла, затаив дыхание.
― Какого цвета твои волосы? ― тихо спросил он. ― Я не вижу при свете свечей.
― Рыжие, ― ответила я. ― Тёмно-рыжие.
Моё сердцебиение участилось, сонные бабочки запорхали в животе. Возникло такое чувство, будто я оказалась в чужом теле и это не моя жизнь, но даже если это неправильно, я ведь могла хотя бы недолго насладиться мужским вниманием?
― А глаза?
― Зелёные, ― прошептала я.
Принц обнял меня за талию, притягивая к своей груди, и положил подбородок на моё плечо.
Мне следовало отстраниться… но я этого не сделала.
― Почему я не помню о тебе ничего, кроме голоса? ― в его интонации было столько мучения, что моё сердце заныло.
Сжалившись над ним, я высвободилась из его объятий и развернулась к нему лицом. Его взгляд был направлен в пол, а светлые волосы спадали на лоб, отбрасывая тень на лицо. На меня нахлынуло необъяснимое желание убрать пряди, чтобы посмотреть на него.
― Мы не знакомы, ― мягко произнесла я, обхватив себя за талию. ― По сути, мы не были представлены друг другу.
Внезапно он поднял глаза на меня и, наморщив лоб, попытался разглядеть мои черты.
Я медленно втянула воздух, впервые по-настоящему увидев Бритона. В неверном свете от свечей принц был похож на зарисовку с пергамента ― лишь светлые пятна и тёмные линии. Его чёрные ресницы обрамляли глаза, которые жадно искали ответы. У него было такое лицо, которое всегда цепляет взгляд. Узкое, но не жёсткое. Нос идеально прямой, верхняя губа красиво изогнута. Веснушки на скулах и переносице придавали ему почти мальчишеский вид.
Всё, что было в нём ― сплошные контрасты: мужественные, но в то же время бесконечно мягкие черты.
Совершенно неожиданно.
― Но я знаю тебя, ― тихо возразил он, средний тембр голоса идеально подходил лицу.
― Это всё болезнь, ― объяснила я, пытаясь справиться со своим дыханием. ― Как только ты придёшь в чувства, то даже не вспомнишь наши встречи. Я останусь для тебя просто девочкой, приносившей еду, пока ты был заразен.
Его брови сошлись на переносице.
― Я больше не увижу тебя?
Поджав губы, я покачала головой. Бритон осторожно поднял ладонь к моей щеке. Мои ресницы затрепетали.
― Тогда я не хочу выздоравливать, ― пробормотал он. ― Если только так можно продлить мгновение, пока ты рядом, в свете свечи, с этим отвратительным супом.
Я выдавила слабый смешок, чувствуя, как подгибались колени.
Бритон прищурил глаза, долго и внимательно изучая меня.
― Кассия… ты же настоящая?
― Да вроде бы.
А может, это всё было сном ― я бы не стала отрицать такую вероятность.
Он нахмурился, взгляд стал пристальнее.
― Я мог бы поклясться, что выдумал тебя.
Вот он ― проблеск здравого смысла. Я оказалась права, лихорадка идёт на спад. Скоро галлюцинации закончатся, и всё это… что бы это ни было… останется в прошлом.
― Дай взгляну на твою руку, ― и взяла её, не дожидаясь разрешения. Отодвинула грязный рукав и нахмурилась, обнаружив крошечный порез, через который и случилось заражение.
Почти зажил.
― Тебе нужно поесть, ― сказала я ему, стараясь не выказывать своего разочарования. ― И вернуться в постель. Утром, думаю, тебе уже станет намного лучше.
― Ну нет, ― он ухмыльнулся одним уголком губ. ― Ты только что сказала мне, что исчезнешь, как только я пойду на поправку. С чего бы мне этого хотеть?
Я позволила себе насладиться моментом, побывать в роли, прежде мне незнакомой. Я была не готова отказаться от всего этого.
― Тогда, может быть… ― оборвала себя на полуслове.
Моё сердце забилось слишком быстро, я забыла как дышать.
― Может быть?.. ― принц ждал, что я договорю. Он приблизился ещё немного.
Кассия, что ты творишь?
Я встретилась с ним взглядом, чувствуя себя загипнотизированной. Может, всему виной тусклый свет свечи. А может, я просто не осознавала, насколько была одинока.
И пока не растеряла остатки смелости, выпалила:
― Может быть, нам стоит воспользоваться тем временем, что у нас осталось?
Кривая улыбка принца стала шире, он понизил голос до заговорщического шёпота:
― Не зная тебя, я бы подумал, что ты намекаешь на поцелуй.
― Ты ужасно опережаешь события, ― пробормотала я.
Опустив глаза, Бритон засмеялся, от чего моё сердце наполнилось теплом и радостью. Как вдруг он снова посмотрел на меня.
У меня во рту пересохло, стоило нашим взглядам снова встретиться. Я прикусила губу, представив, как…
Он проследил это маленькое движение, и его улыбка тут же испарилась, а выражение лица стало задумчивым.
Я стояла неподвижно, пытаясь восстановить дыхание ― не хотела, чтобы он заметил, как я взволнована. Мои руки ничем не были заняты, просто свисали по бокам, поэтому я сжала их в кулаки.
Бритон шагнул ко мне. Я вздрогнула, когда он взял меня за руку. Тихий смешок ― не грубый, не полный самодовольства. Напротив, он успокоил меня. По этому смешку я поняла, что он тоже слегка волновался.
По правде говоря, действия принца казались слишком осмысленными. Жар и галлюцинации сходили на нет ― я не знала, осознавал ли он это.
А я… не могла так поступить.
