заброшенным, а ржавая дверь выглядит так, словно может развалиться в любой момент. Нерешительно я толкаю её металлическую раму. Она громко воет, звук эхом разносится по пустой дороге. Я съёживаюсь, но нажимаю чуть сильнее, чтобы открыть дверь настолько, чтобы войти внутрь.
К моему удивлению, старое здание не тёмное, как я ожидала, а ярко освещено десятками люминесцентных ламп над головой. Я щурюсь, пытаясь приспособить глаза к яркому свету. После нескольких быстрых морганий мои глаза привыкают, и я чуть не кричу.
У стола стоит мужчина!
Я снова моргаю, моё дыхание участилось.
Я понимаю, что это Дженсен.
— Мишель. Как раз вовремя, — зовёт Дженсен с другого конца открытой комнаты, подзывая меня войти.
Я медленно иду в его направлении, позволяя своим глазам блуждать по большому пространству в поисках чего-нибудь странного. Но, насколько я могу судить, в этом пыльном старом здании только мы с Дженсеном. Здесь пусто, если не считать штабелей ящиков, сложенных аккуратными кубиками на бетонном полу.
— Что это за место? — спрашиваю я.
Я останавливаюсь в паре футов от него, чувствуя тошноту от того, что снова нахожусь в такой близости от этого проныры.
Почему он думает, что одеколон хорошо пахнет?
Сегодня вечером пахнет опрелыми ногами, смешанными с гнилой жимолостью.
— Это заброшенная фабрика. Какие-то хипстеры хотели превратить её в офисное здание. Я купил её в прошлом месяце, так что они будут платить мне за аренду, — Дженсен указывает на стопку бумаг на грязном столе. — У них есть планы по ремонту.
Я чувствую, что начинаю нервничать ещё больше, но заставляю себя сохранять спокойствие.
— Так что я здесь делаю?
Он улыбается, показывая длинные желтоватые зубы.
— Ах да, как всегда, прямо к делу, Мишель. Что ж, как я уже сказал, подыграй мне, и, возможно, ты сохранишь свои права и крышу над головой. — Дженсен злобно ухмыляется, и я вздрагиваю от этого зрелища.
— Ну я же здесь, не так ли? — я хочу сбежать, но продолжаю повторять себе, как сильно мне нужна моя работа.
— Именно так. И, должен сказать, выглядишь сногсшибательно.
Дженсен протягивает руку и проводит пальцем по моей руке. Мурашки пробирают меня изнутри, но я ухитряюсь оставаться неподвижной.
Какого чёрта? Почему он думает, что может так прикасаться ко мне?
— Да, я думаю, всё получится просто замечательно, — удовлетворённо говорит Дженсен, прежде чем отступить назад и провести рукой по своим жирным волосам. — Хорошо, следуй за мной.
С этими словами он разворачивается и начинает идти вглубь склада. Прогулка тёмная и затенённая, что делает её ещё более опасной из-за груды мусора и перевёрнутых строительных конструкций, разбросанных по всему складу. Я следую за Дженсеном через два разных дверных проёма, вверх по лестнице и по каким-то очень шатким камням.
Когда мы доходим до закрытой двери, Дженсен останавливается и поворачивается ко мне лицом.
— Прежде чем мы войдём туда, помни, ты у меня в долгу.
Я тупо смотрю на него, в то время как моё сердце учащённо бьётся от волнения. Но Дженсен больше ничего не говорит, а вместо этого открывает дверь, за которой оказывается ещё одна хорошо освещённая комната. На этот раз в пустом пространстве стоят двое мужчин.
Но не просто мужчины.
Нет, это два самых великолепных представителя мужского пола, которых я когда-либо видела: каждый высокий, широкоплечий, с широкой грудью и бронзовыми чертами лица. Это тот тип мужчин, которые настолько красивы, что даже мои фантазии не смогли бы воздать должное их внешности.
Я остаюсь стоять в дверном проёме, обездвиженная удивлением и влечением. Я наблюдаю, как Дженсен смело входит в комнату, широко шагая, как будто он здесь главный. Но, глядя в проницательные голубые глаза двух незнакомцев, я понимаю, что именно они, а не Дженсен, контролируют то, что сейчас произойдёт.
— Джентльмены, спасибо, что подождали, — голос Дженсена полон фальшивого почтения.
— Конечно, — произносит один из красивых мужчин, его голос резкий и глубокий.
— Как вы можете видеть, я выполнил своё обещание.
Жирный мужчина потирает руки, облизывает губы и переводит взгляд с двух незнакомцев на меня.
— Так и есть, Дженсен, — говорит второй мужчина, его голос глубокий и ровный.
Взгляды обоих мужчин скользят по мне, и сразу становится жарко. Они оценивают мою пышную фигуру, обтянутую синим коктейльным платьем, а затем их глаза опускаются на мои ноги, прежде чем вернуться к моей вздымающейся груди. Я задыхаюсь, едва в состоянии дышать.
— У вас есть…? — Дженсен поднимает брови, и двое незнакомцев обмениваются быстрым взглядом.
— Да.
Один из мужчин протягивает Дженсену портфель. Дженсен открывает кейс и обнаруживает несколько аккуратных пачек наличных, купюры всё ещё перевязаны ремешками для валюты и явно хрустящие, даже на расстоянии.
«Что, чёрт возьми, происходит?» — спрашиваю я себя, наблюдая за разворачивающейся передо мной странной сценой.
— Здесь всё? — спрашивает Дженсен, перебирая стопку купюр, его глаза расширяются от жадности, а изо рта стекает немного слюны.
— Забавно, вы нам не доверяете? После того, как настаивали на том, чтобы мы доверяли вам? — насмехается второй мужчина, его голос глубокий и бархатистый.
Кто эти парни?
Стыдно признаться, но меня невероятно привлекают эти двое мужчин, несмотря на их неприступную внешность. Плюс, тот факт, что они ведут бизнес с Дженсеном, тоже не совсем хороший знак.
Но что я здесь делаю?
Я перевожу взгляд с двух мужчин на Дженсена.
Предполагается, что я просто буду свидетелем Дженсена в чем-то сомнительном?
Я наблюдаю, как мой босс надёжно прячет наличные обратно в портфель. Он слегка взвизгивает, звук эхом разносится по большой пустой комнате. Он достаёт из кармана листок бумаги, что-то пишет на нём и протягивает одному из мужчин.
Как раз в тот момент, когда я задаюсь вопросом, принимаю ли я в этом какое-то участие, Дженсен поворачивается ко мне лицом.
— Иди сюда, Мишель, — рявкает он, и я чуть не выпрыгиваю из своей кожи.
Я прохожу несколько ярдов вглубь комнаты и останавливаюсь так, чтобы не быть
