— Конан из Киммерии,— ответил варвар, усаживаясь на деревянную лавку.— Я не хотел нарушать твое одиночество, но, уж поверь, без тебя мне не обойтись…
— Да-да,— быстро сказал отшельник.— Боюсь, сложившиеся обстоятельства весьма и весьма скверные. Рассказывай же… Хотя нет, что это я? Ты долго был в пути, устал. Сейчас я приготовлю что-нибудь поесть…
— Не надо,— остановил его Конан.— Я принес с собой еду, которую тебе обычно оставлял в дупле старого дуба мальчик по имени Стагир… Он погиб сегодня.
Моакст промолчал. Конан достал из сумы хлеб, голову сыра, мясо, кувшин легкого вина. Отшельник, небрежно сдвинув рукописи в сторону (некоторые упали на пол, но он не стал их подбирать), освободил место для трапезы. Конан нарезал сыр, разломил хлеб, налил вина в глиняные кружки, и оба с аппетитом пообедали. Киммериец был голоден, но старался есть поменьше, чтобы не отнимать кусок хлеба у бедного затворника… Хотя, откровенно говоря, бедным Моакст никак не выглядел.
За едой Конан рассказал свою историю. Выслушав киммерийца, Моакст тяжело вздохнул и проговорил:
— Плохие новости ты принес, Конан. Хотелось бы мне ошибиться, но факты весьма красноречиво и недвусмысленно говорят об обратном. Тебе — да и не только тебе, нам — грозит смертельная опасность… Значит, амулет исчез?
— Да.
— Жаль. Хотелось бы посмотреть на него собственными глазами и убедиться, что мои подозрения верны.
— Так тебе знаком этот символ — клубок золотых змей с рубиновыми глазами? Ты сумеешь помочь мне?
— Ответ на первый вопрос — да. На второй — нет. Против тебя действует сила, равной которой трудно сыскать в наших краях.
— Так, значит, опять темное колдовство,— вздохнул Конан.
— И еще какое!..
— Знаешь, Моакст, подчас мне кажется, что черных колдунов в мире гораздо больше, чем нормальных людей. И всем им от меня что-то надо… Ну, и какому мерзавцу на этот раз жить расхотелось?
Отшельник не торопясь допил вино из кружки, отер рукавом бороду и тихо спросил:
— Слышал ли ты когда-нибудь о двух братьях-волшебниках, что жили в этих местах семьсот лет назад?
— Увы, нет. Я чужак в ваших краях…
Моакст невесело усмехнулся.
— Нынче даже старожилы не помнят преданий о них… А ведь именно братья-волшебники в свое время спасли людей от колдуна Даргорда, вознамерившегося завоевать всю страну. Великий Митра, что это была за битва! Братья собрали войско и бросили его против орды порождений ада, которой командовал Даргорд. Земля стонала, когда сшиблись две армии, воздух полнился криками умирающих, радужное сияние висело над полем брани, ибо в ход шло не только оружие, но и всевозможные чары — и белые, и черные… В конце концов братьям удалось пленить Даргорда.
Все его слуги были убиты. Колдуна же они с помощью древних заклинаний ввергли в самое глубокое и темное место Ада… Однако, когда схлынуло упоение победой, братья поняли, сколько невинных людей полегло на этой войне… Они ужаснулись содеянному и поклялись даже для самых светлых дел больше никогда не пользоваться своей страшной силой — магией. Один из них, Тагаран, погрузил себя в вечный сон и по сей день спит в своем замке. Другой — Моакст — стал отшельником, затворником, схимником…
Выходит, мы с братом не довели дело до конца… Судя по всему, Даргорд нашел дорогу назад, в мир людей, и теперь набирает былую силу… Клубок змей — это его знак, его символ. Я тоже видел гигантских тварей — несколько дней назад, совсем рядом с домом. Однако им не удалось проникнуть внутрь начертанного мною защитного круга.
Некоторое время оба молчали. Потом Конан тихо спросил:
— Но при чем тут я?
Моакст пожал плечами.
— Не знаю, варвар. Я очень давно не вмешивался в дела людей и не ведаю, что творится в мире. Одно я скажу тебе точно: сила, которой обладал и, наверное, вновь обладает Даргорд, чудовищна. Простому смертному с ней не справиться. Тебе нужна помощь.
— Это я уже понял,— заметил Конан.
— Но, увы, я не смогу ее тебе оказать. Я забыл почти все заклинания… Я уже не тот, что был семьсот лет назад. Я уже не маг. Однако мой брат, Тагаран, наверняка сумеет справиться с опасностью — ведь Даргорд еще не восстановил былую силу, и вернуть его обратно в Преисподнюю будет значительно легче.
— Но ведь ты говорил, что он спит беспробудно, что он :ам себя заколдовал, а это все равно что умер… Моакст улыбнулся.
— Нет, варвар. Брат подозревал, что в один прекрасный день Даргорд может вернуться, поэтому, если разбить гроб, в котором он лежит, Тагаран очнется. Он помнит все, что было в те черные времена, и наверняка знает, как избавиться от Даргорда и выручить тебя из беды. А я, уж извини, совсем бессилен.
Комар под потолком неожиданно замахал крыльями — раздался низкий гул, от которого заныли зубы,— и вновь замер. Моакст вздрогнул, испуганно посмотрел на чучело и побледнел. Конан так глубоко задумался, что ничего не заметил.
— И где находится этот гроб?
— Совсем недалеко отсюда,— ответил Моакст, с опаской косясь на комара.— Иди на запад, вдоль берега ручья, пока не достигнешь скалистого холма. У его подножия начинается тропа, ведущая к северу. Она выведет тебя прямо к замку Тагарана… И если ты отправишься туда немедленно, то к вечеру попадешь в замок. Каждая минута дорога, Конан, Даргорд набирает силу, и, возможно, вскорости тебе уже не удастся спастись от него.
Конан мрачно кивнул.
— Понимаю… Но ты уверен, что именно Даргорд ставит мне палки в колеса? И что Тагаран поможет мне?
Моакст пожал плечами.
— В первом уверен, а во втором… По крайней мере, на сегодняшний день мой брат единственный, кто знает Даргорда и знает, как его победить. Я же для этого слишком стар и немощен… Не смотри столь недоверчиво на это тело, Конан. Оболочка зачастую выглядит совсем иначе, нежели то, что под ней скрывается.
— Ладно,— решился Конан и встал.— Я отыщу твоего брата. Но если и он не сможет помочь мне… Тогда не знаю, что и делать. Спасибо за приют, отшельник. Спасибо за совет.
— Передавай Тагарану привет,— ответил тот.
* * *
Когда Конан ушел, Моакст выждал некоторое время — не вернется ли варвар — и медленно достал из-за пазухи золотой амулет, на котором были изображены сплетенные в клубок змеи с рубиновыми глазами, мерцающими мрачным багровым огнем.
— Я выполнил твой приказ,— сказал он.— Конан идет к замку.
— Спасибо,— донесся из бесконечности тихий, надтреснутый женский голос.— А вот и обещанная тебе награда…
Из амулета золотистой молнией вылетела крошечная змейка и, прежде чем человек успел отшатнуться или даже испугаться, вонзилась ему в горло. Захлебываясь кровью и хрипя, отшельник повалился навзничь и замер.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
