– Называй как хочешь, – вздохнул он. – Богатство – это большая ответственность и порой тяжкое бремя. И, как мы знаем на примере Джереми, им можно неправильно распорядиться. Я хочу, чтобы мальчики были готовы ко всему, что уготовила для них жизнь.
– Не забывай только, что Холли – их мать, и ты не можешь принять ни одно решение, не согласовав его с ней.
– Я это прекрасно понимаю.
Конечно, он никогда не станет подрывать ее родительский авторитет, но он знает, как будет лучше для племянников, и сможет убедить в этом Холли.
Глава 5
Холли медленно выплывала из состояния сна. Лежать на ортопедическом матрасе было так удобно, что она могла бы снова погрузиться в глубокий сон, но заставила себя открыть глаза. Мальчики скоро проснутся для кормления, да и самой неплохо бы что-то поесть. Если она еще хоть немного похудеет, то будет выглядеть, как скелет, обтянутый кожей. Холли взяла свой телефон и посмотрела на время: начало девятого. Скорее всего, ужин она проспала, но это не страшно: Фей наверняка что-то для нее оставила.
Холли села на кровати и удивилась, насколько отдохнувшей себя чувствует, проспав всего несколько часов. Она встала и подошла к окну. Вода была чистой и спокойной и…
Стоп! Куда плывут все эти яхты? И почему солнце на той стороне озера? Она снова посмотрела на свой телефон и поняла, что сейчас не вечер. Сейчас утро, и она проспала всю ночь!
Воздух со свистом вырвался из ее легких, словно она получила удар в живот. Она побежала к двери и дернула за ручку, испугав Джейсона, который стоял по ту сторону двери, намереваясь постучать.
– Доброе утро. Фей отправила меня к тебе сказать, что завтрак готов. – Он замолчал, заметив панику на ее лице. – Ты выглядишь так, словно привидение увидела.
– Где дети?
– На кухне, с Фей.
– С ними все в порядке?
– Ну конечно!
Джейсон смотрел на Холли так, словно она спятила. Она испытала такое облегчение, что ей пришлось ухватиться за дверной косяк, чтобы не упасть.
– А ты думала, я продал их на черном рынке на органы?
Проблема в том, что она не думала вообще. Она повиновалась инстинктам.
– Нет, конечно нет. Просто мы не разлучались с тех пор, как выписались из больницы.
– Сделай глубокий вдох. Медленно.
Холли сделала три вдоха, потом еще два, и только тогда почувствовала, что сердцебиение понемногу замедляется, а тугие узлы, сковавшие ее желудок, распускаются. Не так она надеялась начать сегодняшнее утро.
– Тебе лучше? – спросил Джейсон.
Холли неуверенно кивнула.
– Я запаниковала. Прости, не хотела быть грубой. Просто они были такими слабенькими, когда родились. И хотя они уже так же здоровы, как и другие дети их возраста, я все равно подсознательно жду подвоха.
– Холли. – Она подняла взгляд. Холли не могла просто смотреть на него, не попадая под влияние его небесно-голубых глаз. И оттого, как он произносил ее имя, у Холли подгибались колени. Он положил руки ей на плечи и легонько сжал их. – Ты здесь в безопасности. Я не позволю, чтобы что-то случилось с тобой или с мальчиками. Даю слово.
И она ему поверила.
Холли едва знала этого мужчину, но чувствовала, что он готов ответить за каждое сказанное им слово. И его руки на ее плечах принесли ей успокоение. Ей понравилось его прикосновение, и даже слишком.
– Ты в порядке? – спросил он, и его руки скользнули вниз, к ее ладоням.
Холли смутилась. Он стоял так близко, и от него так замечательно пахло… Было бы так просто протянуть руку и коснуться его. Нет, она не должна этого делать!
– Все хорошо. Я просто немного растерялась.
– Ты пропустила ужин. Наверное, умираешь с голоду.
– Это точно.
Джейсон отпустил ее руки, и Холли почувствовала одновременно облегчение и разочарование. Да уж, соображала она явно не очень хорошо.
– Как ты смотришь на то, чтобы прогуляться по окрестностям после завтрака? – спросил Джейсон, пока они спускались по лестнице.
– С удовольствием.
Кухня оказалась просто огромной и была оборудована по последнему слову современной техники, любой профессиональный повар был бы счастлив работать здесь. Фей стояла у плиты и помешивала омлет, Девон удобно расположился на ее бедре, а Маршалл весело повизгивал в автокресле, поставленном на кухонный стол. Холли не стоило волноваться: дети выглядели счастливыми, хотя ей неловко было признаться самой себе в том, что она немного ревнует малышей к Фей. Она привыкла все делать сама.
– Доброе утро, соня, – улыбнулась Фей, увидев Холли.
Мама часто называла Холли соней, и ей было приятно снова услышать это обращение.
– Доброе утро, – сказала Холли и взяла Маршалла на руки.
Она пощекотала его под пухлым подбородочком, и малыш счастливо рассмеялся и схватил ее за волосы влажной ладошкой. Холли внезапно поняла, что не только не причесалась и не почистила зубы, но и не переоделась: она так и вышла в той же одежде, в которой вчера уснула. Она посмотрела на свое отражение в дверце холодильника из нержавеющей стали: хвост покосился, одежда помялась.
У Джейсона зазвонил телефон, и он вытащил мобильник из кармана брюк. Посмотрев на дисплей, Джейсон нахмурился.
– Прошу прощения, я должен ответить.
– Как спала? – спросила Фей у Холли, когда Джейсон ушел.
– Как убитая. – Холли попыталась пригладить волосы, но Маршалл упрямо мешал ей это сделать. – Я даже не слышала, чтобы мальчики просыпались. Если честно, я удивлена, что они проспали всю ночь.
– Они проснулись ближе к ужину и выпили по бутылочке молока, – сказала Фей. – Мы с Джейсоном немного с ними поиграли, они заснули около десяти вечера и проснулись только в два часа ночи.
– Почему вы меня не разбудили?
– Джейсон попросил тебя не будить. Он сказал, что жизнь тебя не баловала, и тебе нужен отдых. Он хороший человек.
Холли подсадила Маршалла на то, что раньше называлось ее бедром, а теперь стало просто выпирающей костью.
– Я заметила.
– После всего, через что ты прошла с Джереми… – Она грустно покачала головой. – Я просто хочу, чтобы ты знала, что Джейсон совсем не такой, как его брат.
– Я это вижу.
– Если бы ты только знала Джереми, когда он был моложе. Он был милейшим мальчиком. Хотела бы я знать, почему он так сильно изменился и стал тем, кем стал. – Фей положила на тарелку жареный бекон и протянула Холли. – Ты, наверное, успела проголодаться.
Холли откусила кусочек и блаженно зажмурилась.
– Очень вкусно, спасибо.
– Ты только посмотри на себя: кожа да кости. Надо тебя откормить.
Холли от природы была худощавой, она лишь набрала двадцать фунтов, когда была беременна близнецами. Но Фей права: она стала чересчур тощей.
