обратно — ответил музыкант
— А что случается с новым?
— Он просто исчезает — произнес Лиан, но тут же резко перевёл тему — Не мучай голову, тебе напоминает это Солончак Уюни, ты про него делала доклад в школе. Такой длинный… почти весь класс уснул.
— Точно! Уюни! Но все же мой доклад был намного интересней, чем твои шуточки — возразила Элиз — Ты только представь, целых двенадцать тысяч квадратных километров соли, это же удивительно.
— Так, Уюпи, соберись и улыбайся, вот идет наш первый герой — произнес Лиан, посмотрев вперёд, где стали уже видны очертания человека, окруженные неким свечением.
— Уюни!
— До фени, одно и тоже.
Перед Элиз и Лианом уже стоял высокий парень, может чуть старше Лиана. Он был блондин и весь одет во все золотое: золотой цилиндр, украшенный свисающими цепочками, на концах которых отблескивали маленькие звездочки; костюм, украшенный прозрачными бриллиантами и мелкими стразами; туфли, на которых красовались бляшки в виде месяцев.
От незнакомца невозможно было оторвать глаз, но эту проблему легко решало яркое свечение, исходящее от него, поэтому Элиз все время щурила глаза, пока не привыкла к нему.
— Элизабет, дорогая, как я скучал, наконец-таки ты вернулась! — не сдерживая радости воскликнул сияющий незнакомец.
"Где-то я уже это слышала, слово в слово" — подумала девочка, что её немного привело в тревогу.
— Ты как всегда вырядился, мог одеть прошлый наряд, все равно из раза в раз она ничего не помнит — съерничал Лиан, но незнакомец не обратил на это никакого внимания, а просто улыбнулся ему в знак приветствия.
Элиз наблюдала за этим со стороны и не знала что делать.
— Ты солнце? — спросила она, в последний раз пытаясь хоть ненадолго остановить на нём взгляд.
— О-о-о нет, до него мне далековато будет, я Месяц, но ты можешь просто звать меня Айташ — ответил он — Ну что ж поторопимся, мы должны познакомить тебя со всеми до начала выступления.
— До начала выступления? — удивившись, переспросила Элиз и посмотрела на Лиана.
Тот уже где-то успел раздобыть гармошку и внимательно изучал её строение. Когда прозвучал вопрос, он, видимо, понял, что своими делами сильно не займешься и откинул её в сторону, где облака, словно воронки, засосали её.
— Каждый раз с приходом нового вероятного создателя наступает полнолуние и на небесах его приход сопровождается особым танцем — пояснил музыкант.
В это время они уже подошли к месту, которое очень напоминало гримерную, только, так сказать, под открытым небом.
В разброс стояли столы с зеркалами, вешалки, кругом бегали девушки, которые тоже были яркие, но не до такой степени как Айташ.
Все они были с ярко-рыжими волосами, в платьях, состоящих из туго затянутого корсета, украшенного золотыми лентами на месте швов, и пышной юбки, на которой красовались, как и на костюме Месяца, в виде капель прозрачные брюлики.
Одна из них подошла к нашей компании и, улыбаясь притворной улыбкой, сказала Месяцу:
— Мы уже почти все готовы.
— Отлично! Осталось дождаться Ай — ответил тот и с лица девушки сошла улыбка.
Она посмотрела на Элиз и Лиана, фыркнула и отправилась обратно к остальным.
Подойдя к остальным девушкам поближе, Элизабет заметила, что они были все на одно лицо, абсолютные близняшки.
— Звездочки такие ревнивые, хуже туч, каждый раз мне приходится краснеть, представляя их — произнес Айташ.
— Звезды… я представляла их совершенно отличающимися друг от друга — протянула Элиз и продолжила рассматривать их, пытаясь найти различия.
— Они и отличаются, у каждой своя так сказать изюминка — возразил Месяц — а так же и имя, например вон там стоит Пласкетта (он указал на девушку, которая репетировала свои движения в выступлении), а та, что красится Цефея, а вон там… вон там (он стал сильно-сильно вытягивать руку) в группке стоят Денеб, Альбирео, Дельта…
— А кто такая Ай? — вспомнила про его ответ звезде Элизабет.
— Ай — моя жена — с нежностью ответил он, но в реальность его вернула одна из звёзд, сидевшая за зеркалом и поправлявшая свои огненные кудри:
— Хорошая жена, которая появляется раз в цикл.
— Алиот, ты же знаешь, что это не её выбор — ответил месяц.
Та только фыркнула и продолжила своё занятие.
— Не её выбор? — переспросила Элизабет.
— Да, в начале мы с Ай всегда были вместе и танцевали с создателем и её другом, собирались на выступления, да даже просто приятно проводили время за разговорами, но в один день, тот самый друг создателя разбил ей сердце и она решила, что в этом мире не будет любви. Однако, благодаря нашим мольбам и бывалой дружбе, она смягчилась и разрешила нам видеться с Ай раз в цикл — начал рассказ Айташ, но тут же взглянул на часы — время почти пришло, скорее пойдёмте.
Компания вышла на пустую площадку, которая напоминала танцпол. В его середине начал постепенно загораться свет, который с наступлением нужного часа стал таким же ярким, как в портале, когда перемещалась Элиз.
Из него вышла девушка с длинными пепельными волосами, на её голове красовалась серебряная диадема, а одета она была в платье для танго, только не в привычной его красной расцветке, а серебряной.
Ай тут же побежала в объятия Айташ. Когда же они наконец решили обратить внимание на окружающих, взгляд девушки упал на Элиз. Было видно как в нём сразу же отразилась грусть, но Ай тут же попыталась это скрыть и с улыбкой пошла знакомится с гостями.
— Здравствуй, создательница — произнесла Ай и немного поклонилась.
Элизабет растерялась:
— Не нужно так официально, я тут просто гость.
— Просто гость, который может снова запретить им видеться ближайшие сто лет — нашел случай подколоть Элиз музыкант.
Все это время он искал, чем себя занять, ему было скучно слушать эти истории. Развеял напряжённую атмосферу Месяц:
— Все подготовлено — произнес Айташ, смотря в глаза Ай влюбленным взглядом, от которого все звездочки покраснели от зависти — Лиан, не окажешь услугу своим талантом?
— Без проблем — ответил музыкант и сел за рояль.
Все вокруг потемнело, свет исходил только в том месте, где были Ай и Айташ, так же подсветка была на Лиане.
Понеслись мотивы танго. Звезды окружили Ай с Айташ в круг и прокрутив несколько раз, что — то наподобие хоровода, разбежались, оставив их одних. Пара была настолько красива и завораживающая, что никто даже и не заметил, если бы музыка прекратилась. Их движения были утонченные, плавные, что через некоторое время казалось, будто они слились воедино, и
