Лиза собралась и стала у двери, глядя на Нестора, а тот сидел и не решался подойти, ведь все уже было кончено.
- Ну вот, я и собралась. Ну, что, как говорится, желаю тебе личного счастья. Пойми Нестор, на мне жизнь клином не сошлась, не оставайся одиноким, не грусти... Найди себе кого-нибудь....
Он молчал, опустив взгляд в пол, а она сказала решительно и резко после паузы:
- Прости и прощай!
И закрыла за собой дверь.
Шуршание автомобильных колес – и она пропала! Дверь открылась – вошел Жорфе, который помогал относить Лизины вещи. Он на своем привычном языке жестов показал, что Лиза – «красивая плохая», а Нестор – «грустный хороший». Он стал утешать Нестора, а потом, чтобы сделать что-то полезное, стал прибираться.
Нестор с трудом встал. Сегодня работа никак не клеилась. Он открыл шкаф и достал бутылку. Но содержимого было всего лишь на донышке.
Плюнув, он оделся, грустно посмотрел на спущенную шину велосипеда. Через пару минут он отчаянно шагал улице, не давая себе труда переступать через лужи и дождевые ручьи.
Было свежо и сыро... Ветерок продувал насквозь парусиновую куртку, но Нестор этого не замечал.
На улице Трех монахов он зашел в бар, не заметив того, что за ним не спеша шел прогулочным шагом молодой человек, худой и сутулый. На голову его был наброшен капюшон. В бар молодой человек не зашел, а пошел далее по дороге, как бы что-то решив для себя.
В зале разливалась музыка, и сидело несколько молодых людей. Заказав бутылку бренди, Нестор сел за матовый столик в углу. Он медленно цедил напиток, и комната плавала перед его глазами. У стойки разговаривала с барменом роскошная брюнетка с малахитовыми глазами. Ее волосы были красиво собраны в пучок, открывая выразительное лицо. Она сунула сигарету в уголок напомаженных губ. Бармен щелкнул зажигалкой, еще ярче осветив ее накрашенное лицо.
Она затянулась, выпустила дым, осмотрела зал, скользнув взглядом по Нестору. Взгляд ее побежал дальше, остановившись на медных блестящих инструментах - золото заплясало в ее глазах. Вероятно, в них отразился и усатый музыкант средних лет. Он подмигнул женщине, она улыбнулась ему. Он, оставив свою трубу на стуле, что-то шепнул гитаристу и скрылся с женщиной внутри бара.
Нестор почувствовал, что его привлекла эта красотка. Он стал с нетерпением ждать ее нового появления. Алкоголь подогревал его желание. Женщина не показывалась, исчезнув в коридорных поворотах заведения.
Нестор поднялся и пошел той же дорогой. Зашел в первую попавшуюся дверь, заметив знакомый белый костюм музыканта. Комната была ярко освещена, но брюнетки здесь не было.
Музыкант склонился над чем-то, что-то перебирая. Нестор из любопытства заглянул ему через плечо. На столике были разложены деньги, которые музыкант аккуратно упаковывал в пачки. Нестор никогда не видел такой большой суммы денег – у себя в театрике за свои куклы, он получал не так уж много.
Скрипнула половица, и музыкант, вздрогнув, оглянулся.
Он всмотрелся в Нестора. Вид абсолютно лысого худого, как спичка, человека, с движениями автомата, вызвал у него дрожание рук.
- В-вы-ы кто такой? Что в-вам здесь надо? – спросил музыкант испуганным голосом.
Нестор и сам был изумлен, комната слегка вращалась в его глазах.
- Я к Валентине, - коротко и абсолютно наугад сказал он.
- Ее здесь нет. Она вышла, - быстро промолвил музыкант. – А зачем вам она?
- По делу, - неопределенно ответил Нестор, думая, угадал ли он с именем, ведь не одна же женщина работает здесь. – По делу я..Где она?
- Она? – спросил музыкант, усы его задрожали. – Только что вышла...
- Куда?
- Как обычно, через боковой ход. У нее сегодня всё...
Нестор решил идти напролом.
- Телефон ее дай, - нарочито грубо попросил он.
Музыкант, волнуясь, пожевал губами.
- Но она не очень одобряет.
Нестор небрежно ответил:
- Меня – одобрит...
Музыкант волнующимися руками вынул телефон и продиктовал номер, глядя желтым безумным глазом, как Нестор заносит его в телефонную книгу.
Нестор повернулся к выходу, как вдруг музыкант подскочил и схватил одной рукой Нестора за свитер.
Нестор изумленно рванулся – свитер треснул. Но музыкант тут протянул руки к горлу и завизжал:
- Ты... ты все видел!!!
- Ты чего? Чего ты?
Нестор перехватил его руки, отпихнул от себя что есть силы, и музыкант, не удержав равновесия, рухнул рядом с большим креслом, как куль с мукой.
Увидев поверженного противника, Нестор, неожиданно для себя, пнул его ногой и закричал:
- Попробуй теперь двинуться, мерзавец! Ничего я не видел, ясно?! Ясно?! Не видел ничего!
Музыкант застонал, как-то по - бабьи заплакал.
Нестор взял груду денег, небрежно посмотрел и швырнул обратно.
- Что здесь происходит?
От резкого вопроса Нестор повернул голову.
У дверей появились два прекрасных зеленых глаза молодой женщины, которую Нестор так удачно назвал Валентиной.
Валентина подошла ближе, глядя в лицо Нестору, как будто открывая его для себя впервые.
Потом она посмотрела на съежившегося музыканта и на деньги.
- Так вот оно что! Нашими деньгами свои долги покрываешь! А мою долю зажал!
- Нет, Валентайн, нет! - замычал музыкант.
- Дрянь!
Нестор спокойно смотрел в прекрасные глаза Валентины.
Он придвинул ближе чемодан.
- Вот они. Берите, пока не поздно. Берите...
Валентина не отрываясь, пристально смотрела в его глаза. Она словно чувствовала необычную ауру этого необыкновенного человека. Такого она в своей жизни еще не встречала.
***
Через десять минут они мчались на вызванном такси. Над городом висела синяя ласковая ночь.
- Я не хочу домой. Поедемте к вам, - сказала Валентина, положив руку на его ладонь.
- Но... У меня может быть не прибрано. Да и живу я скромно. Скромно живу... - взволнованным голосом сказал Нестор.
Валентина усмехнулась:
- О, не волнуйтесь, это не имеет ровно никакого значения.
До жилища Нестора нужно было еще идти пешком минут десять. Ветер, гуляя по лазоревому ночному городу, вытряхнул изумруды серебряных звезд. Пахло влажной пылью и липами. В бирюзовых сумерках горели огни рекламы, редкие фонари. Тихо шептались деревья под струями ветра. Откуда-то доносилась веселая музыка.
Валентина шла и говорила почти бесконечно о своих проблемах и жизненных невзгодах. А Нестор шел и любовался ею, вслушиваясь в легкую хрипотцу ее голоса.
Наконец Валентина спросила:
- Так вы что - с Петра пришли должок получить?
Нестор усмехнулся:
- Да, что-то вроде этого...
Он сам удивлялся откуда-то появившейся храбрости и вольготности.
Валентина взглянула на него пристально, и серебряные звезды отражались в темном космосе ее глаз.
- Спасибо, вы меня выручили, а то я совсем на мели... А вы храбрый. Настоящий рыцарь!
И она провела ладонью по щеке Нестора.
Тот мягко взял ее руку, поцеловал ее, а потом притянул ее лицо и долго целовал в вишневые губы, погружаясь в них, как в бездну.
С трудом оторвавшись друг от друга, они пошли по переулку, по треснувшему асфальту, из-под которого торчала шелковистая трава.
Перед приземистым продолговатым домом висел единственный фонарь, рассеивающий желтый свет. Нестор оглянулся, чтобы посмотреть на ее лицо. Оно было слегка удивленным.
Когда Нестор повел ее за собою в свое подвальное помещение с полутемными узкими окошками, ей показалось, что она спускается в бездну, в какие-то дантовы круги ада.
- Вы живете здесь, как отшельник? – спросила она. - Послушайте, а кто вы, таинственный незнакомец?
- Я кукольник. Точнее – кукольный мастер, - гордо заявил Нестор.
Валентина не без робости входила в темное полуподвальное жилище Нестора. Пахло здесь клеем, краской и деревом, старым тряпьем и мышами.
Из полумрака неяркий свет выкрадывал кукольные лица на полках и отдельные части – ноги, руки, головы.
