Для Керри это прозвучало, скорее, утверждением, предполагающим полную уверенность в ее радостном согласии и вызвавшим в ней неожиданную волну неприязни.
— Почему бы нам не обсудить это после твоего возвращения? ― спросила она. В конце концов, перед уикендом может неожиданно появиться еще что-то.
— Это что-то должно быть действительно безотлагательным, чтобы заставить меня изменить решение, — возразил он. Не отводя взгляда от ее глаз, он нежно провел кончиком пальца вниз по щеке, отбросил зацепившийся каштановый локон. — До пятницы.
Его техника безупречна, неохотно согласилась Керри. Каждое его движение казалось совершенно естественным. Ей было интересно, подсчитал ли он, сколько времени в среднем требуется ему, чтобы уложить женщину к себе в постель.
В течение нескольких минут после того, как за ним закрылась дверь, она не двигалась, чувствуя настоятельную потребность отказаться от этой затеи. Принимая во внимание ответное чувство, которое он вызвал в ней только что, едва ли разумно было продолжать эту игру.
Во вторник утром Эстелла была все в том же настроении. После двух часов безрезультатных попыток она сдалась.
— Не будет никакого толку, — заявила она. — Мы никуда не движемся. Может быть, за это и не стоило браться? Ну кому захочется читать историю моей жизни!
— Да почти каждому, кто когда-либо видел вас на сцене или в кино, — заверила ее Керри. — Публика вообще жаждет получать информацию о частной жизни знаменитостей. Зачем бы тогда прессе пускаться на всякие ухищрения, чтобы выудить какие-то личные детали? Мне очень хочется продолжить нашу работу, потому что, если вы забросите этот проект, я никогда не узнаю, какой была ваша жизнь в Голливуде.
— В таком случае давайте продолжим. Эстелла тоже улыбнулась. — Вы закаляете мой характер. — И снова вытянувшись на диване, она добавила между прочим: — Насколько я знаю, Ли пригласил вас на вечер к Латтимерам в субботу?
Слишком удивленная, чтобы притворяться, Керри выпалила:
— Я ничего не слышала об этом.
Эстелла повернулась, чтобы взглянуть на нее.
— Но он сказал, что обо всем договорился! Может быть, он собирался пригласить вас, но у него не хватило времени сделать это перед отъездом. — Эстелла была искренне озадачена. — Вы знаете, что он уехал до пятницы?
— Да. — В данный момент Керри считала, что ему лучше бы там и оставаться. Она приложила некоторое усилие, чтобы смягчить и выражение лица, и голос. — Так или иначе, кто эти Латтимеры?
— Филип его старый друг. Они были вместе в Кембридже. В начале этого года он унаследовал семейное поместье и некоторое время спустя женился на Ренате. Они устраивают множество всяких развлечений. Я уверена, вам понравится этот вечер.
— Думаю, у Ли не могло быть проблем с партнершами, чтобы пойти туда.
— Я тоже не думаю, чтобы у него могли возникнуть проблемы, но вы, очевидно, единственная, с кем он хотел пойти туда, даже если он и забыл сказать вам об этом.
— А вы сами не возражаете? — Керри не отводила глаз от страницы перед собой.
— С какой стати мне возражать? — Эстелла усмехнулась. — Могу себе представить его реакцию, если бы я попыталась диктовать ему, кем он должен или не должен интересоваться! Большую часть своей жизни он идет своей собственной дорогой. — Она устроилась поудобнее. — Ну так давайте начнем снова. Только говорите мне, если я буду вдаваться в слишком скучные подробности.
Неделя пролетела быстро, но не только из-за того, что Эстелла, казалось, снова взялась за мемуары с энтузиазмом. Керри продолжала пользоваться поездками на такси каждый вечер, потому что было глупо отказываться от них, и ей пришлось признать, что это выгодно. Джейн даже позавидовала ей.
Ли появился в пятницу к вечеру. Работая на компьютере в кабинете, Керри обнаружила его присутствие, только почувствовав, как его губы коснулись ее затылка; это так ее испугало, что ей показалось — сердце вот-вот выскочит из груди.
— Я увидел неожиданно пробор, — сказал он мягко. — Такое искушение.
— А ты, конечно, никогда не можешь удержаться от искушения!
— Только когда оно так восхитительно на вид. — Высокий, стройный, в серебристо-сером костюме, он рассматривал ее запрокинутое лицо с таким выражением глаз, что не было никаких сомнений в его желании. — Ты не шла у меня из головы последние несколько дней. Настоящее сумасшествие!
— Сомневаюсь, что все уж так серьезно, — ответила она.
— Но это так. Ты оказалась моей проблемой последние две недели. — Его голос — сама ласка, изгиб его губ — напоминание об их прикосновениях. — Один взгляд твоих глаз — и я убит!
— Сражен в расцвете лет, — посочувствовала Керри.
— Есть ли время лучше? — Он помолчал. — Что касается уикенда…
— Твоя мать уже доверительно сообщила мне, что ты собираешься пригласить меня на какой-то вечер, — она намеренно прервала его.
Если он и смутился, то не показал этого.
— Она спросила меня, чем я собираюсь заниматься в выходные дни. У меня не было причины не ответить ей. Если тебе не нравится эта мысль, мы можем заняться чем-нибудь другим.
Керри чувствовала, что ее спокойствие исчезает, пока она смотрела на него. Его близость возбуждала ее, зажигая медленный огонь глубоко внутри. Она, казалось, потеряла способность двигаться.
Ли провел обеими руками по ее рукам, притянул к себе ближе, каждый его палец был отдельным источником жара, воспламеняющего ее сквозь тонкую ткань блузки. Как и прежде, его поцелуй был легок: губы едва касались, увлекали, рождали ответ, который она не могла, да и не хотела контролировать. Она потерялась в мире абсолютного чувственного наслаждения, все связные мысли исчезли.
Когда он провел рукой по ткани блузки, она не стала сопротивляться, желая его прикосновений везде, вся ее плоть трепетала под его ласкающими пальцами.
И только когда эти пальцы задвигались снова и начали расстегивать блузку, какой-то отблеск здравого смысла проснулся в ней. Хватит, этого достаточно, сказала она себе с усилием. Ей необходимо контролировать себя, если она хочет выиграть эту игру. Она положила свою руку поверх его руки, останавливая ее и изо всех сил стараясь успокоить свое колотящееся сердце.
— Твоя мать может войти, — еле выговорила она.
— Я сомневаюсь, чтобы это ее шокировало, — спокойно сказал он, — но ты, вероятно, права. Сейчас не время и не место. — Он посмотрел на нее минуту, потом неожиданно протянул руку и убрал ее растрепанные волосы с лица. — Ты все еще не ответила мне насчет уикенда.
— Вечер — звучит великолепно, — согласилась она. — Но очень бы хотелось, чтобы мне сообщали, куда я собираюсь, прежде чем спрашивали.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
