Он елозит пальцем туда-сюда. Другим пальцем касается клитора. Хочет сделать мне приятно, но я ничего не чувствую, кроме пальца внутри. Немного больно, однако я не решаюсь даже заикнуться об этом.
Ризван вытаскивает из меня палец, располагается между моих ног, и я ощущаю, как во вход упирается что-то большое и влажное. Давит и медленно проталкивается вовнутрь. Острой боли, как рассказывала Лиза, нет. Только неприятное ощущение сильного распирания, будто внутри всё натянуто и вот-вот разорвётся. Бахрамов наваливается на меня и входит до упора. Распирание становится невыносимым. Внутри жжёт, будто натирают наждаком. Он двигается взад-вперёд и глухо постанывает при этом, бормоча что-то на своём языке.
Лежу с закрытыми глазами, беззвучно плачу. Мне больно, хоть и не так, как я ожидала. Страшно. И невыносимо обидно, что всё происходит вот так.
Бахрамов ускоряется, рычит, затем замирает, не выходя из меня. Дышит тяжело, будто пробежал стометровку. Приоткрываю один глаз. На его лбу проступил пот. Он рассматривает меня. Злости во взгляде уже нет, он доволен и расслаблен.
- Девочка моя, как же долго я этого ждал! Прости, что так накинулся на тебя.
Ризван касается ртом моих губ, проталкивает свой язык и начинает поглаживать им меня изнутри. Не противлюсь, отвечаю на поцелуй. Только что он лишил меня девственности и стал моим первым мужчиной, моим мужем. Несмотря на грубость вначале, во время близости он старался быть аккуратным и не причинить мне боль. Всё не так ужасно. Нужно просто смириться и надеяться, что постепенно всё наладится и я привыкну к нему.
Он выскальзывает из меня и перекатывается в сторону. Наконец я могу сделать полный вдох и расслабиться! Дышу, пытаясь принять новую реальность.
- Что за чёрт?
Распахиваю глаза. Прошла всего секунда или две, а выражение лица Бахрамова резко меняется. Он снова зол. Нет, даже не так – он в ярости!
- Где кровь, дрянь? – вскакивает с кровати и смотрит на постель.
Сажусь, опускаю глаза на белоснежные простыни. Крови, действительно, нет! Даже на внутренней стороне бёдер ни капли.
- Я н-не знаю, – начинаю испуганно заикаться, предвидя что-то ужасное. – Н-не п-понимаю, п-почему её н-нет.
Я в растерянности. Не представляю, что говорить и как доказать свою правоту. А Бахрамов заводится всё сильнее. Сейчас он мало похож на человека – скорее на вулкан, способный завалить лавой и испепелить всё вокруг. Тот мерзкий визит к гинекологу был ещё цветочками. Теперь я вижу, что мой муж – безумный человек, серьёзно помешавшийся на девственности.
- Шлюха! Вы с папашей решили меня кинуть? Справочку слепили? Как вам удалось подкупить моего врача? А? Или охранник не углядел, и ты после осмотра успела раздвинуть ноги перед своим сопляком?
- Нет, Ризван, это какая-то ошибка! У меня никого не было! Клянусь, чем угодно, что вы – первый!
- Врёшь, гадина! Если бы ты была целкой, то после того, как я тебя трахнул, была бы хоть капля крови. А ничего нет. Ни-че-го! Ты хоть представляешь, в какое положение меня поставила перед родственниками? Что я им утром скажу, когда они захотят взглянуть на простыни?
Это какой-то абсурд! Зачем кому-то смотреть на простыни? Какое им дело до того, была кровь или нет? Какие-то средневековые бредни! Неужели он сейчас орёт на меня так всего лишь из-за того, что кто-то обо мне что-то не то подумает? Да плевать на них всех!
Но как донести это до взбешённого ревнивца?
Я не понимаю, почему так. Клянусь вам, у меня никого не было!
- Закрой рот!
- Пожалуйста, поверьте мне. У меня не было никого! Я не понимаю, в чём дело. Но ведь такое бывает, что нет крови! В конце концов, зайдите в интернет и почитайте!
- Про "не бывает крови" придумали шлюхи, чтобы как-то оправдать свой грех. Не надо мне лапшу на уши вешать!
- Да это врачи говорят!
- Слушай сюда, дрянь. Завтра я верну тебя твоему папаше. Все наши договорённости аннулируются.
- Пожалуйста, не надо! Я клянусь вам, – рыдаю. – Ну почему вы мне не верите? Как я могу вам доказать, что не обманываю?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Бахрамов настолько зол, что вот-вот накинется на меня с кулаками или вовсе убьёт. Мне страшно так, как не было ещё никогда.
- Заткнись. Если услышу от тебя ещё хоть один звук до того, как вы свалите отсюда, я отдам тебя охране, будешь обслуживать мужиков, пока не надоешь им. По кругу пойдёшь, как и подобает продажной девке!
Хватает меня за волосы и тянет, чтобы подняла голову и посмотрела на него.
- Поняла меня?
Киваю. Не знаю, на что он способен, но интуитивно понимаю, что лучше его не злить.
Во дворе начинается какая-то возня. Кричат мужчины, голосят женщины. Бахрамов спешно одевается и выходит из комнаты, громко хлопнув дверью.
Глава 7
Мысли мечутся в панике. Что значит "договорённости аннулируются"? Он отменит свадьбу? Не станет помогать отцу отмазаться от обвинения? Получается, всё это было зря?
Меня трясет в истерике. Достаю телефон, чтобы позвонить папе, но вспоминаю, что роуминг не активирован. Можно подключиться к интернету и позвонить через мессенджер, но я не знаю пароль от вай-фая. Что же делать?
Встаю с кровати. Между ног противно мокро и немного саднит. Мозг отказывается принимать случившееся. Выглядываю в окно, но ничего не видно. Направляюсь в душ, чтобы смыть с себя следы этого чудовища.
Слышу приближающийся звук сирены. Полиция? Пожарная? Скорая помощь? Что там случилось? Кому-то плохо? Не нахожу себе места. Во дворе по-прежнему что-то происходит, но уже не кричат. Через некоторое время машина с сиреной уезжает и всё стихает.
Стоя под струями тёплой воды, стараюсь не думать о том, что меня ждёт завтра. Хочу верить, что папа сможет меня отстоять и защитить. Или Бахрамов одумается. Если он так давно хотел на мне жениться и долго ждал, то неужели откажется от меня из-за такой ерунды? Пусть проконсультируется с врачами, обязательно ли в первый раз бывает кровь!
Долго стою под душем, но полностью расслабиться не удаётся. Сердце стучит, словно взбесилось. Мозг отказывается воспринимать случившееся. Поведение Бахрамова кажется нелепой, абсурдной блажью. Ему тридцать шесть, он – взрослый рассудительный мужчина, образованный, современный, успешный бизнесмен. Дикие нападки и обвинения совершенно не вяжутся с его образом. Но интуиция подсказывает, что он не играет. Это вовсе не спектакль для устрашения и укрощения строптивой жены, ему и вправду важна эта чёртова кровь.
Не хочется участвовать в этой средневековой дикости, но сейчас нужно думать, как выбраться из сложившейся ситуации с наименьшими потерями. Я должна помочь отцу во что бы то ни стало. Слишком многим я уже пожертвовала для этого. Нужно плюнуть на свою гордость и предложить Бахрамову сводить меня к врачу – пусть ему подтвердят, что у меня никого не было. Надеюсь, после этого ему станет стыдно за его неадекватное поведение, и он наконец успокоится.
Накидываю халат и выхожу из душа в комнату. Нужно сказать Ризвану об осмотре – уверена, он сможет устроить его прямо сегодня. Сколько времени прошло с тех пор, как он ушёл? Вернётся сейчас или только утром? Не терпится расставить все точки над Ё.
Поднимаю с пола одеяло. Оно уже грязное – как им теперь укрываться? Складываю на стуле покрывало. Нахожу свой бюстгальтер и собираюсь его застирать – не люблю надевать бельё, которое падало на пол. Дверь открывается, сразу становится тяжело дышать.
- Пошли, – Бахрамов грубо хватает меня за руку и тянет к выходу.
- Постойте. Я хочу…
- Я же сказал тебе заткнуться! Не терпится раздвинуть ноги перед охраной?
Он по-прежнему зол, ничуть не успокоился. Но я полна решимости добиться правды.
- Я хочу, чтобы меня осмотрел врач и подтвердил…
- Заткнись!
Решимость испаряется. На её месте снова вырастает паника. Я не знаю, как себя вести! Стоит ли настаивать на своей правоте? Чем это может для меня обернуться? Или подчиниться, замолчать и не перечить Бахрамову? Но если я не докажу ему, что он ошибается, то из-за меня может пострадать отец!
