Читаем без скачивания Дао настоящего менеджера - Александр Михайлов

Но, как известно, в нашей стране инициатива наказуема. Красников перенёс это правило и на Китай. Я, в свою очередь, снова запряг Люську и Жулика. Дальше уже пошли технические моменты, консультации и поиски нужных организаций в особой экономической зоне Китая. В итоге, я отправил Красникову список из трёх гонконгских контор, которые были готовы предоставить нам свои услуги по регистрации International Electronics Group ltd. Это такое я придумал название. Шеф естественно выбрал фирму, которая в отличие от двух других, догадалась пообещать ему бесплатное размещение в отеле на время поездки. С одной стороны они поступили мудро, поскольку получили заказ, но с другой стороны, из-за этого впоследствии пострадало слишком много ни в чём не повинных людей.

Чувствительный толчок в бок вернул меня в настоящее. Это был Красников. Мы с ним плыли на чём-то, похожем на маленькую самоходную баржу по спокойным водам бухты Виктория. Стоял полный штиль и гонконгское утро, вода вокруг была совершенно спокойна, что не мешало ей быть одновременно довольно грязной и мутной. Но мой старший компаньон, похоже, этого не замечал, наслаждаясь моментом отдыха. В бок он меня пихнул видимо для того, чтобы и я разделил его ощущения.

— О чём замечтался? — спросил он, и я увидел на его лице довольно редкое выражение. Доброе.

Я зевнул и зябко поёжился, в моей лёгкой курточке утром на воде было довольно прохладно, несмотря на субтропический климат здешних мест.

— Да, думал, как мы деньги будем сюда перегонять из России, — соврал я.

Не буду же я говорить ему о моих планах мести его главбухше Дедушкиной за клевету, и о том, как бы подослать наёмных убийц к Дмитрию Метелицыну, пока он меня первый за свою жену не грохнул.

— Золотой ты наш человек, — вздохнул Красников, — всё о работе и о работе. А вот я только здесь немного от неё отвлёкся. Это же…. Это ведь, — он слегка напрягся, вспоминая нужное слово, — красота Божья, а не экскурсия! Да, ты только посмотри, какой корабль здоровенный вон там стоит!

Так, это надо запомнить. Прогулки по воде успокаивают шефа и поднимают ему настроение. Информация ценная, можно выгодно продать. А я-то думал, нафига он в отеле так рвался на экскурсию по этим «колоритным рыбацким деревушкам». И кстати, где они? А корабль действительно здоровенный. Парусный? Да это же «Крузенштерн»!

Мне показалось даже, что я вижу пару знакомых лиц, среди моряков стоящих у борта и меланхолично поплёвывающих на Гонконг с высоты своей палубы. Наша баржа прошла метрах в тридцати от высоченной чёрной кормы парусника, и вслед нам оттуда раздался крик:

— Как жизнь, Лёха! Решил поплавать? Мы здесь тоже не просыхаем!

Всё-таки узнали. Я робко махнул рукой в ответ и наткнулся на изумлённый взгляд своего патрона. К счастью, «Крузенштерн» стоял на месте, а наше плавсредство бодро топало дальше, к своим «колоритным деревушкам», поэтому беседа с моряками, откуда шеф мог почерпнуть для себя ещё что-нибудь интересное, не состоялась.

— Случайно познакомились, — объяснил я, — у телефона-автомата. У ребят денег не было позвонить. Парусник из России. Кругосветное плавание.

— Когда ты всё успеваешь, — пробормотал всё ещё озадаченный Красников, — он так тебя позвал, будто вы уже неделю вместе бухаете, а не по телефону звоните. И как так можно за один день со всем Гонконгом перезнакомиться, да ещё с нашими морячками пересечься?

«Лучше тебе и не знать», — молча ответил я, а вслух сказал:

— Мы же простые русские люди. Встретились, помогли друг другу. Когда бы я ещё с ними пьянствовал? Мы же сюда работать, а не развлекаться, приехали.

Надо было срочно отвлечь шефа от этой щекотливой темы, где и как могут провести вечер (и полночи) встретившиеся соотечественники. Только-только ведь, привёл его в нормальное состояние после вчерашних утюгов и гладильных досок. И встреча наша деловая прошла успешно утром. Даже не потребовалось полония никому в чай подсыпать. Алексеич только своим внешним видом, (между прочим, в тщательно отутюженном костюме) такой страх навёл на их гонконгский офис, что нам в полчаса и фирму зарегистрировали, и счёт в банке открыли (почему-то в голландском AMRO), да ещё кофе с чаем приносили каждые пять минут. А мне ещё народ раньше жаловался, мол, так ужасно трудно фирму у буржуев открыть. И документов, дескать, гору требуют, и справки все из банков, платёжеспособный ли ты или не очень, и допрос форменный на месте устраивают, а потом ещё возьмут и откажут. Ну, не знаю, мне чтобы всё это преодолеть, пришлось всего лишь показать им мрачного и злобного карлика в дорогом костюме ни слова не понимающего по-английски. И теперь мы респектабельные мистер Alexey Soin и мистер Nikolay Krasnikov владельцы компании International Electronics Group ltd (этот сукин сын мне всего семь процентов уставного капитала выделил), которая вольна инвестировать свои средства, куда ей угодно, в любой бизнес, (естественно кроме оружия наркотиков и торговли людьми), тут с этим строго. Правда, надо сначала сделать так, чтобы эти средства у неё появились. Сумма необходима пока скромная: три-четыре миллионов долларов, грубо говоря, по полмиллиона на каждый этаж.

В принципе, шеф её почти уже наковырял. За весь последний год поджал оборотку (в смысле, оборотные средства), перестал платить поставщикам, убрал все премии и оставил крепостным крестьянам только оклады (ребята, надо временно затянуть пояса!), взял даже пару кредитов в банке. А двенадцать миллионов рублей вытащил из моего кармана со словами, «ты же акционер, Алексей». Нет, я то уже привык, что все наши доходы вкладываются в призрак коммунизма. К слову, я их (эти доходы) и видел-то вживую довольно редко, но наши ребята, которых оставили с одним окладом, тогда здорово разворчались. Но они-то ладно, расходный материал, подножие пирамиды Маслоу. А вот мне остаётся только надеяться, что когда-то в далёком будущем, когда «Астех» станет транснациональной корпорацией, а я пойду на заслуженную пенсию, то вложенное мной (вернее отобранное у меня), наконец вернётся обратно в виде дивидендов на спокойную старость своему хозяину где-нибудь в Новой Зеландии. Только дожить бы. А кстати, действительно, как мы эти четыре миллиона долларов и двенадцать миллионов рублей туда обратно гонять будем? Там же…

— Да, кстати, а как мы деньги будем сюда перегонять из России?

— А чего тут сложного? — удивился Алексеич, — так же как всегда гоняли, через Москву, а потом через латвийские банки. Плёвое дело, — для наглядности он сплюнул за борт, — главное, что бы было что перегонять. Я же чуть не полысел, пока собрал всё.

— А потом сразу обратно, как инвестиции, что ли?

— Естественно, — уже чуть раздражённо сказал шеф, — а для чего мы эту твою Интершинель вчера полдня регистрировали? Для чего нам ещё в ней деньги отмывать? Для международной наркомафии?

Выдав эту конфиденциальную информацию, он на всякий случай огляделся. Но кроме десятка немецких туристов и местного на руле, кроме нас на барже россиян не было, а «Крузенштерн» остался далеко позади.

— Это всё понятно, — я махнул рукой, — схема сложнейшая и никому не известная. А как потом с отчётностью быть? Нам же отчётность надо будет сдавать в местную налоговую.

Вопрос, в целом, был резонным. Эти банки, похоже, гонят деньги за границу по левым контрактам. Вернее, если честно, вообще хрен знает как. Там какая-то чёрная дыра на границе или телепорт, я не знаю. Просто так ведь, не может отечественная фирма отправить миллион баксов на Каймановы острова. Надо товар, какой приобрести и опять же привезти его. А если не привёз, привет, уголовное дело. Поэтому раньше деньги из России уходили, куда надо, не за товары, а за услуги, например, за воображаемую рекламу. Вот, мол, мы в Америке проплатили кампанию по рекламе моих носков отечественного производства. Ну и что, что мы не собираемся их в Америку экспортировать. Это специальная реклама. Имиджевая. Чтобы весь мир знал про наши носки и пока готовился. А мы их потом экспортировать будем, лет через пятнадцать. Честное пионерское!

Потом, помнится, в моду вошли платежи за программное обеспечение. Дескать, американские очень квалифицированные программисты написали нам программный продукт для автоматизированного учёта носков на складе. Ну и что, что за миллион долларов. Там знаете, какие зарплаты в Америке? А программа вот, пожалуйста, смотрите рабочая и полностью, заметьте, русифицированная, умеют там люди работать, не то, что наши быдлокодеры. Сильно похожа «Microsoft Access» для «Windows ХР»? Ну, так и та тоже американская.

Сейчас, правда, времена изменились, стали более цивилизованными. Теперь таких деятелей, если они ещё к тому же и подписи, где не надо ставят, сразу ведут в тюрьму. В последний раз, когда я интересовался этим вопросом, для крупных перечислений использовались фирмы однодневки с бомжами-директорами. А им, что тюрьма, что колодец в теплотрассе — один хрен, где жить. Пару раз приходилось, кстати, видеть платёжки (вполне серьёзные, от серьёзной фирмы за серьёзное оборудование), а отправитель денег там — какой-нибудь мигрант Василий Алибабаевич. И зачем ему, спрашивается, электрогенератор компании «Сименс» за семьдесят тысяч зелёных? А секретик в том, что у не граждан России, так называемых нерезидентов, нет ограничений на размер отправляемых валютных переводов. Отобрали банкиры у него паспорт (в самом лучшем случае купили), дали ему пинка под зад, а сами пару миллионов долларов якобы от него за несколько раз перечислили куда надо. И концов не найти. Да, приходил господин Алибабаевич, куда-то что-то отправлял. Конечно, имел полное по закону на это право. Нет, больше не появлялся.