столом всегда представлял находящийся ныне в отпуске генерал Бессонов. Поэтому полковник старался произвести самое наилучшее впечатление на хозяина области. Настолько, насколько это было возможно. Ибо, как известно, второй раз первого впечатления уже не произвести.
- Ну и отлично! – оживился Игнатов. На его лице даже появилось что-то похожее на улыбку. – Тогда вы, Владимир Александрович, и решите данный вопрос вместо товарища Данкова! – не преминул он уколоть начальника областного КГБ.
- Завтра с утра этого Корнеева в городе быть не должно! И сделайте это так, чтобы до конца работы московских товарищей на нашей земле, он с ними не встретился! Вы меня достаточно хорошо поняли, полковник?
- Так точно, понял! – по-уставному, но уже не так бодро ответил гэбист и, обернувшись, беспомощно обратил свой взор на милицейского генерала. Который, всё еще по-прежнему и без фанатизма пытался переглядеть каменные буркалы Ленина, что-то в них сосредоточенно высматривая.
- Я чего-то не понимаю? – не укрылась от Игнатова внезапно и на ровном месте возникшая нерешительность чекиста Мартынова. – В чем дело, полковник?
Теперь уже и генерал Данков сменил равнодушную отрешенность на искреннюю заинтересованность. Потеряв интерес к шароголовому идолу, он всё своё внимание обратил на чекиста. Наконец-то настало время, чтобы хоть что-то прояснить для себя в непонятной и какой-то тревожащей связи Корнеева с соседним ведомством.
- Да как бы это сказать, Евгений Фёдорович, – стараясь выглядеть уверенным, сбился на невнятное мычание полковник, – Следователь Корнеев и в самом деле очень неординарная личность! Владимир Алексеевич прав в части, касающейся этого лейтенанта. Не прост он!
Мартынов просящее обратил свой взгляд на Данкова. Очень желая, чтобы тот вступил в разговор. И сделал бы это, желательно, со всей имеющейся у него аргументацией. Этот просительный взгляд также не укрылся от Игнатова.
Но начальник УВД тоже умел играть в аппаратные игры. И вовсе не факт, что умел хуже гэбиста. Он резонно и совершенно справедливо не хотел быть бесплатным громоотводом для хитрожопого полковника. Свою роль мальчика для битья он уже честно отыграл и теперь ему было намного комфортнее находиться в зрительном зале. Пусть и стоя. Оттуда он и наблюдал за полковником Мартыновым, который крутился сейчас, как глист на сковородке. Пытаясь заодно с этим увлекательным занятием съесть и рыбку.
Схарчивший не одну стаю собак на подобных межведомственных игрищах, Первый секретарь махнув рукой на сникшего чекиста, взялся за государственного советника.
- Анатолий Евсеевич, насколько я помню, прокуратура уже работает с этим паршивцем? – Игнатов барственно отмахнулся в сторону областного прокурора, разрешая тому не вставать, – Я надеюсь, что вверенная вам прокуратура способна как-то справиться с милицейским лейтенантом? – взяв со стола очки и нацепив их на нос, партлидер пристально уставился на Фролова.
По тому, как тучный прокурор вскочил, не воспользовавшись поблажкой, товарищ Игнатов понял, что и с этой стороны его ждёт разочарование. Однако, на всякий случай, улыбнулся он члену бюро обкома Фролову ободряюще.
- Скользкий он, этот Корнеев, Евгений Фёдорович! – глядя на Первого преданными глазами, начал свои пояснения прокурор, – Дело мы на него возбудили и даже в ИВС его поместили! – обернулся он к Данкову. – Вот, Владимир Алексеевич подтвердит, что его подчинённые из городского Управления с этим Корнеевым начали уже работать! Так ведь, Владимир Алексеевич? – теперь и Фролов попытался втянуть в свои оправдания генерала Данкова.
В отличие от комитетчика, у него это получилось.
- Верно, Анатолий Евсеевич! – едва заметно усмехнулся Данков, – Задержали вы лейтенанта и дело возбудили, всё так! Только вы почему-то не сочли нужным согласовать со мной проведение внутрикамерной разработки с Корнеевым! Взяли вы его из моего кабинета, а все дальнейшие мероприятия вы производили вместе с полковником Дубянским! Как я должен всё это понимать? – скулы генерала заострились, а взгляд заледенел.
Фролов, бросив быстрый взгляд в сторону Первого секретаря, неодобрительно покачал головой.
- Вы это таким тоном говорите, генерал, как будто мы с вашим Дубянским что-то незаконное совершили у вас за спиной! – неодобрительно попенял прокурор, – Вы же не первый год служите и понимаете, что не всегда есть возможность согласовать оперативные действия. Вас просто не сочли нужным отвлекать по мелочам, Владимир Алексеевич!
Областной прокурор снова обернулся к Игнатову, ища его поддержки.
- Мы были поставлены в жесткие временные рамки, Евгений Фёдорович! – пояснил он, отвечая на еще незаданный тем вопрос, – Дело обычное и всё решалось в рабочем порядке с привлечением оперативных ресурсов городского Управления.
- Вы, Анатолий Евсеевич, не поставив меня в известность, наворотили таких дел, что без последствий и оргвыводов они уже вряд ли останутся! – не сдержался от всплеска эмоций начальник областной милиции, – В результате вашей с полковником Дубянским авантюры, все мы имеем два трупа! С Дубянского будет отдельный спрос, можете не сомневаться, но скажите мне, как теперь списывать этих покойников? И с какой стати я должен отвечать за ваши с Дубянским выкрутасы?
Не ожидавший наезда со стороны поднадзорного ему ведомства прокурор Фролов, растерянно повернулся к Игнатову.
- Я не понимаю, Евгений Фёдорович! – нахохлился он обиженно, – Мне была поставлена задача и я её выполнил! В отношении лейтенанта Корнеева было возбуждено дело и он был помещен в ИВС! В том, что подчинённые товарища Данкова не смогли реализовать в отношении него свои мероприятия, вины прокуратуры нет!
- О каких трупах идёт речь? – оставив без внимания спич прокурора, нахмурился Первый секретарь обкома, – При чем тут какие-то трупы, генерал? – удивлённо выкатил он глаза на милицейского начальника.
Данков, поморщившись, словно он надкусил лимон, дерзко поднял глаза на партийную совесть области. И неожиданно для всех, и, прежде всего, для самого себя нагло, да, именно, что нагло, ухмыльнулся. Глядя в глаза Первого.
- Обыкновенные трупы, товарищ Игнатов! – Анатолий Евсеевич и полковник Дубянский, не посчитав нужным известить меня, решили с помощью двух уголовников расспросить следователя Корнеева. Насколько я понимаю, о том, чьи неофициальные указания он выполнял, расследуя уголовное дело по ликёро-водочному заводу. Для этого они, нарушив закон и все инструкции МВД, поместили лейтенанта в одну камеру с этими уголовниками. В результате, насколько мне известно, новых знаний по интересующим вопросам, от Корнеева получено не было. Зато мы имеем двух мёртвых жуликов!
- Еще раз, Анатолий Евсеевич, позвольте вас спросить, как мы этих жмуров списывать станем? – играя желваками, сквозь зубы поинтересовался Данков у прокурора, –
