Он склонился над ней, и его губы коснулись ее лица. Дженет почувствовала, как внутри у нее все тает от удовольствия. Это был скорее дружеский поцелуй, но ей хотелось чего-то большего. Она вплела свои тонкие пальцы в его густые волосы. Ее губы жаждали поцелуев. Она была готова отдаться его пьянящим ласкам. Хотелось еще и еще ощутить его тепло, энергию, силу. Она никогда не подозревала, что ее тело способно так желать кого-либо.
Луис посмотрел на нее сверху вниз, но наступившие сумерки не давали ей возможности рассмотреть выражение его лица.
— Дженет, ты должна забыть мужчину, с которым встречаешься. — Его голос стал суровым.
— Если бы все было так просто… — тихо ответила она.
Резкий телефонный звонок прервал их беседу.
Луис со вздохом выпустил ее из своих объятий и взял трубку.
— Да. — Голос звучал резко и неприятно. — Ясно…
Он протянул руку и включил настольную лампу. Мягкий свет выхватил из полумрака его лицо. Дженет с удивлением отметила, что он выглядит усталым.
— Хорошо… этому уже нельзя помочь. Утром буду. — Трубка легла на место. — Прости, Дженет, но я не смогу проводить тебя. Завтра я должен вылететь в Голландию. Я покупаю там фабрику, и, судя по всему, с этим возникли некоторые проблемы.
Горькое разочарование захлестнуло ее.
4
В течение следующих нескольких дней Дженет преследовали мысли о Луисе. Она вспоминала его поцелуи, приглашение в Париж. Ее состояние можно было описать в двух словах: полное замешательство. С одной стороны, она готова все бросить и лететь куда угодно по первому зову Луиса, с другой — она не в силах забыть о Россе. То, что она не могла прийти к определенному решению, приводило ее в отчаяние.
Еще больше она расстроилась после телефонного разговора с Россом. Первым делом он осведомился, обедала ли она с Луисом. В его голосе слышалась нескрываемая тревога.
— Ведь ты не сказала ему ничего лишнего? Ведь нет, Джен? Я имею в виду о нас…
— Нет, не волнуйся. Не сказала и никогда не скажу ему о нас с тобой.
Похоже, он немного успокоился, узнав, что их отношения остались в тайне.
— Ты еще не подумала о том, чтобы вернуться ко мне на работу? — сменил тему разговора Росс.
— Думала, но не знаю… Я еще ничего не решила, — чувствовалось, что она нервничает.
— Ну хорошо, хорошо. Мы обсудим это подробнее, когда будем праздновать твой день рождения. Я заеду за тобой к полудню в субботу, — решительно заявил он.
Дженет часами ломала голову, пытаясь понять, что же ей все-таки надо и как лучше выйти из создавшейся ситуации. Может, вернуться работать к Россу? Ей очень хотелось лучше узнать своего отца, хотелось, чтобы он всегда был рядом. В то же время в ее мыслях постоянно возникал образ Луиса. Воспоминания о том, как он обнимал ее, о том, какие чувства испытывала она в его доме, не давали ей покоя. Вспоминала она и обратную дорогу в аэропорт.
Всю дорогу Луис молчал и бесстрастно смотрел на дорогу, пока лимузин ехал сквозь темноту. Он проводил ее до аэровокзала, но они больше так и не приблизились друг к другу. Сердце Дженет разрывалось от боли, когда они прощались.
— Помни, что я тебе сказал, Дженет. Жизнь может стать для тебя очень сладкой.
Эти слова звучали у нее в голове всю дорогу домой. Не давало покоя то, что он не поцеловал ее на прощание, а только чуть коснулся ее щеки и как-то странно посмотрел при этом.
С тех пор прошло уже четыре дня, а от него не было вестей. Дженет попыталась освободиться от тягостных размышлений. Чего ради так истязать себя?
Она начала разбирать коробки с вещами, которые перевезла из дома матери. Мэри Ирвинг жила в большом добротном доме. Теперь перед ее дочерью стояла довольно сложная задача. Она должна была подготовить его для продажи. Согласно завещанию, дом должен быть продан. Часть денег предназначалась на исследование раковых заболеваний. Эта проблема волновала Мэри с тех пор, как от рака умерла ее сестра. Оставшаяся часть обеспечивала безбедную жизнь в обозримом будущем Дженет.
Если бы Дженет могла выбирать, то не стала бы продавать дом, по крайней мере в ближайшее время. Очень трудно было расставаться с тем, что когда-то принадлежало ее матери.
Звонок телефона оторвал ее от этой не слишком приятной работы, вызывавшей тяжелые воспоминания.
— Алло, — непривычно глухо произнесла она.
— Дженет, все в порядке? — От бодрого голоса Луиса в душе ее потеплело.
— Луис? Какой сюрприз. — Ее голос стал мелодичным и легким.
— Ты ждала звонка от кого-то другого?
— Нет… что ты имеешь в виду?
— Ничего.
Воцарилась тишина.
— Спасибо тебе еще раз за прекрасную поездку, — неловко сказала она, чтобы прервать тягостную паузу.
— Ты подумала над моим предложением?
Его властный тон несколько озадачил ее.
— Ну… — Она сделала паузу. — Сейчас не слишком подходящее время для переезда в другой город. — Она смотрела на раскрытые коробки вокруг себя.
Не надо торопиться. У нее еще много дел здесь. И еще неизвестно мнение Росса об этом. Она понимала, что переезжать не следует, но ее сердце рвалось к Луису.
Луис не сразу ответил ей, но, когда заговорил, голос его звучал довольно жестко.
— Подумай хорошенько, прежде чем отказываться. Я поговорю с тобой позже. — И, не прощаясь, повесил трубку.
С тяжелым сердцем Дженет все убрала и пошла в ванную. Теплая душистая вода помогла ей расслабиться. Укутавшись в пушистый махровый халат, она пошла на кухню перекусить перед сном.
Она подогревала себе молоко, когда в дверь позвонили. Часы показывали половину одиннадцатого. Кто мог так поздно прийти? — с неудовольствием подумала она.
Обеспокоенная, она закрепила цепочку, прежде чем открыть дверь.
— Джен, это Луис. — Знакомый голос поверг ее в панику. Ей совсем не хотелось встречаться с ним сейчас, когда она не одета. — Я очень прошу тебя, открой дверь. — Голос звучал почти повелительно.
Без особого желания она подчинилась.
— Что ты делаешь здесь так поздно? — Она пыталась говорить спокойно, с трудом отрывая взгляд от его статной фигуры.
Луис был в теплом пальто с поднятым воротником. От него веяло холодным ночным воздухом, и выглядел он усталым.
— Если ты впустишь меня, я все объясню, — скорее проскрежетал, чем сказал он раздраженно.
В замешательстве Дженет отступила, позволив ему войти. Она была вне себя от счастья, но и напугана.
Он снял пальто и небрежно бросил его на кресло. Луис был необыкновенно привлекателен: его темные волосы были слегка взъерошены ночным ветром, несколько дождевых капель блестели на смуглом лице.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
