дело отнять его у проходимца Калдора, а другое дело у капитана обученной и хорошо вооруженной стражи. Да и не понятно, догадался ли Нахиор что это такое, или вообще мамелюки выбросили сумку где-то в пустыне. А если там вовсе и не сердце, и все приложенные силы ушли в пустоту…
– Что же делать… – ветеран схватился за голову.
– Охотиться на дракона! – раздался басистый голос за спиной.
Железнобокий твердо стоял на ногах. Казалось, что недавние раны совершенно пропали. Его наручи, поврежденные ящером, сидели на прежнем месте, все еще демонстрируя места укусов. Он надел на себя южный халат зеленого цвета, но обрезал рукава. Светлая коса свисала на грудь, а виски оказались начисто выбриты.
– Сменил прическу?
– Нордварцы бреют часть головы, когда одерживают верх над избранным врагом. Это знак воинской доблести.
– Быстро же ты пришел в себя. Местный лекарь давал тебе не меньше двух недель.
– Местные через чур хилые. Они бы и месяца не протянули в суровых заснеженных краях Нордвара, – северянин усмехнулся, уперев руки в пояс. – Слышал, что какой-то сопляк умертвил Калдора?
– Угу, – Эфит качнул головой, – говорит, что тот украл ящера у его дяди. Не похоже, что врет, но проблема теперь в том, что сумка попала к мамелюкам.
– Знаю, пока лежал в лазарете слышал, как двое стражников говорили, дескать, Нахиор держит вещи дрессировщика при себе и даже усилил охрану шатра.
– Хм… – ветеран потирал лоб, размазывая капельки пота. – Надо как-то добраться до сумки.
– Просто потребуем ее назад. А после отправимся за драконом.
– Да подожди ты со своим драконом! – Эфит вскипел. – Чертов волшебник дышит мне в спину, сердце у мамелюков, а тебя волнует только трофей. Ты уже получил один, не послушав при этом моего наставления. К чему это в итоге привело?!
– Благодарю, что не бросил в пустыне. Теперь я твой должник и сделаю то, что скажешь, – Варвар виновато опустил взгляд.
Страж вольного города осмотрелся и подошел ближе к союзнику.
– Раз ты выздоровел, то караван отправится дальше. Через несколько дней мы попадем в Муфтарак. Уверен, что Нахиор не будет круглосуточно сидеть в окружении своих черных солдат. А колдун не сможет постоянно следить за нами, – Эфит улыбнулся. – Есть пара мыслей… – он поманил северянина в шатер и, еще раз проверив округу, закрыл за собой полог.
Как и предполагал ветеран, караван выдвинулся на следующий день. Оставаться дальше в оазисе не имело смысла. Рабы окрепли и откормились. Мамелюки восстановили силы и привели в порядок животных, а раненные встали на ноги. Нахиор двинул людей на юг, держа курс прямо на приграничный сулифский город.
Пришлось усилить дозоры. Граница Сулифы как раз начиналась после оазиса Слеза Харамы, а значит – бродячие мертвецы могли встретиться совсем неожиданно. Черные стражи верхом на верблюдах уходили в пески подальше от караванной тропы и следили за округой. К тому же, Пустынные скорпионы все еще могли замышлять нападение.
Путь до Муфтарака занял десять дней. К великому сожалению Эразма в дороге ничего не произошло. Ему не терпелось испытать магические способности Шахриет в бою.
Ворон так и не вернулся к волшебнику, чем породил несметное количество догадок и предположений, которые в полголоса высказывались за спиной Брюзгливого.
Джубал подружился с Ослябей и Шахриет. Он подробно рассказывал о здешних местах и обычаях, варил вкуснейшие ужины, которые ценил даже лорд Пифарей, хоть и недолюбливал назойливого парнишку. С Эфитом и Варваром у него тоже получалось ладить. Он ходил с ними на охоту за тушканами на ночных остановках, с удовольствием слушал рассказы северянина о суровых снежных краях, а в свою очередь делился сказками местного фольклора, вроде неуловимого А́сада, призрака-льва, что наводил ужас на бедуинов. Конечно железнобокий тут же захотел умертвить опасную тварь, чтобы завладеть головой, но Эфит напомнил, что это всего лишь сказка для детей.
Что до Шалилуна, так он неотступно следовал за Варваром и вел себя, на удивление спокойно, иногда даже выдавал вполне разумные мысли. Эразм не обращал на орка внимания, а как только тот стал тихим, так вообще забыл о его существовании. Впрочем, если бы читатель спросил у лорда Пифарей мнение относительно внезапного спокойствия зеленоватого, то волшебник справедливо предположил бы, что нынешний штиль – всего лишь затишье перед бурей, но обо всем по порядку.
Муфтарак встречал облупленными побелевшими стенами. Твердый камень, из которого сложили городские укрепления, строители обложили известняковым кирпичом. После последней осады, стены не восстановили, а потому местами кирпич обвалился. Вытянутые круглые башенки располагались через каждые тридцать метров. Слишком тонкие для создания полноценных бойниц, они позволяли лишь осуществлять наблюдение за округой и вести с вершины редкий обстрел подступающих к стенам. Башни, практически через одну, оказались разбиты и обрушены.
– Что за огромный змей? – Ослябя завороженно пялился на каменные развалины, тянувшиеся в сторону гор. Он даже замедлил верблюда, чтобы получше всмотреться в горизонт. Кое-где еще виднелись полуразрушенные арочные своды.
– Бывший акведук, – волшебник зевнул, – разрушен после землетрясения в 1000 году, а раз Империю из этих мест изгнали окончательно, то восстановить ничего не смогли. В городе вроде бы сохранилась канализация.
– Ого, а откуда ты эт знаешь, дедушка? – паломник подъехал ближе к верблюду Эразма.
– «Путеводитель по Сулифскому Халифату», – лорд достал из седельной сумки потрепанную книгу. – На, почитаешь на досуге.
– Хорошо… – парень неуверенно принял подарок. – А что за акведук и эта кан…н…а…за...ция?
– Не морочь мне голову! – Эразм отвернулся. Картина канувшего в лету гениального строения удручала. Внешнее состояние города не особо располагало к его посещению. Устав от долгого похода, старик надеялся хотя бы дать достойный отдых измученному телу.
Нахиор остановил караван за милю от главных ворот. В сопровождении стражника он подъехал к «хвосту». Капитан снял маску и довольно улыбался. Послышался гомон среди рабов. Кто-то благодарил богов за то, что смог добраться до города живым, кто-то стенал о скором участии в торгах, а некоторые просто облегченно болтали, пытаясь забыть тяжесть собственного положения.
– Успокойте товар, – Нахиор раздраженно бросил через плечо сопровождавшему, и мамелюк, подняв над головой плеть, повел пустынного коня к колонне невольников.
– Не хорошо это… – пробурчал паломник, косясь на Эразма, – людей да плетьми стегать.
– Вот мы и прибыли в Муфтарак, –
