Ему повстречался черный внедорожник, и они с трудом разъехались, едва не задев друг друга зеркалами. Мельком взглянул на встречного водителя, Филин подметил, что где-то встречал его. Не придав значения встречи, курьер заехал на территорию базы, припарковав машину ближе к двухэтажному зданию и, выскочив из салона, помахал охраннику, приветствуя, но тот не ответил, не отрывая внимания от телевизора. Филин, не торопясь заходить в здание, выкурил сигарету, с наслаждением оплевывая вокруг себя снег, и, поднявшись на второй этаж, зашел в комнату дежурного, громко, как обычно, обозначив свое присутствие: — Здорово, Петручо, кофе наливай.
— Здоровей тебя видали, — ответил дежурный, не отрываясь от компьютера. — Чего вернулся? Забыл что-то?
— Что значит вернулся? Три дня не виделись. Кофе пожалел, так и скажи. Деньги давай, да я поехал. — Филин слегка обиделся на необычное поведение дежурного, бросив небрежно на стол спортивную сумку.
— Не шути со мной, Филин. Я шуток с деньгами не воспринимаю. Забирай, что забыл, и оставь меня в покое. У меня изжога страшная после вчерашней попойки, и таблетки нет, чтобы загасить.
— Деньги давай, и я поехал. Я тоже шутить деньгами не люблю и плохо понимаю, о каких шутках ты базаришь. — Филин навис над дежурным, терпеливо ожидая денег.
— Ты дурака во мне нашел? Или человеческую речь не понимаешь? Говорят тебе, не до шуток. Хочешь кофе, налей себе сам.
— Да уже не хочу твоего сраного кофе. Деньги давай.
— Ты дебил? Отвали. — Дежурный зло толкнул от себя сумку, и она скатилась со стола на пол.
Филин пнул стол дежурного.
— Ты чего делаешь, ублюдок? Я за дебила мозги тебе вышибу. Быстро поднял сумку и подорвался за бабками. Иначе харю разобью.
— Сука, надорвешься, — дежурный поднялся на ноги, отодвинув стул.
— Не надорвусь, — Филин подошел ближе, готовясь ударить первым.
— Чего собачитесь? — В помещении появился мужчина пятидесяти лет, немного сутулый, с лысой головой. — Тебе чего от него, Филин, надо?
— Да ничего, кроме денег. Сидит тут, щеки надул. — Филин отошел от дежурного, самостоятельно подняв сумку.
— Какие деньги он просит? Тридцать минут назад уже был и деньги забрал. Теперь снова нарисовался. — Дежурный уселся на стул, смахнув перед собой со стола невидимые крошки.
— Я не понял, мужики, вы о чем? — Лысый напрягся, недоверчиво рассматривая обоих парней. — Ты, Филин, деньги забрал?
— Как мог забрать, когда только приехал.
— Не гони, Филин, ты уже приезжал. — Дежурный опять соскочил со стула.
— Так. Вы чего мудите, мужики? — Лысый обошел стол дежурного, заглядывая в монитор. — Убери на фиг это, — распорядился он дежурному. — Включи камеры наблюдения. Перемотай.
Филин также обошел стол, вытянув шею через плечо лысого.
— Ну, Филин? Вот ты зашел. Рожа твоя? — Лысый вызывающе посмотрел на курьера.
— Машина не моя. У меня сроду такой не было. — Филин отпрянул от монитора, словно увидев что-то ужасное. — Клянусь, это не я был. Сами смотрите. Ну не моя машина.
Филин задумался, вдруг вспомнив встреченный на подъезде автомобиль. Мужчина растерянно глядел то на лысого, то на дежурного. Теперь Филин понял, на кого был похож встреченный. Он был похож на него самого. На его отражение в зеркале.
Вера мыла пол в гостиной, когда в дверь позвонили. Она не сразу открыла, сперва вымыв руки и обтерев их полотенцем. В дверях стоял Угрюмов со спортивной сумкой. При свете дня мужчина казался моложе, а выразительные глаза зеленого цвета моментом взволновали сердце женщины давно позабытым теплом в животе.
— Другое дело, — похвалил Угрюмов, переступая порог. Вера похорошела за эти дни, восстановив цвет кожи, вернув блеск глаз и выпрямив осанку. Босые ноги, чуть прикрытые шортами, невольно привлекали внимание стройностью. На бедре красовалась наколка — по-видимому, дракон. Голова чудовища нырнула под шорты, а змееподобное туловище с когтистыми лапами и перепончатыми крыльями обвивало ногу. — Держи зарплату. — Сергей передал сумку девушке, торопливо шаря глазами по ее лицу, надеясь быстро понять характер. — Твоя доля. Пока спрячь и не свети. Поживи какое-то время, не вызывая подозрений. Подготовь место для переезда и через полгода сваливай разом, никого не предупреждая и не рассказывая, куда.
Вера приняла сумку и, положив на пол, села на колени перед ней, заглядывая вовнутрь. — Так много. Чем отблагодарить? Поцеловать тебя, что ли? — Вера выдержала паузу, изучая реакцию доброжелателя, на свое предложение.
— Поцеловать, конечно, можешь, но в целом эти деньги — пустяки. Сама прикинь, сколько я себе оставил. — Сергей присел на корточки рядом с девушкой, достав из раскрытой сумки купюру, помахав ей и бросив обратно.
— Там все на нервах. Подозревают друг друга. Все вычисляют, кто мог. Как тебе удалось зараз пять точек поднять? Как смотрящие деньги так запросто отдали? Говорят, все подставные на курьеров походили. Гримом, что ли, пользовались? У тебя бригада? Вы гастролеры? Скоро уедешь, наверное? Хочешь, останься на ужин? Не уходи прямо сейчас. — Она дотронулась до ладони мужчины, зажав в своей.
— Чай заваривать крепкий умеешь? Люблю черный, чтобы во рту вязало. — Угрюмов, позволил удержать свою руку, разглядывая на бедре девушки татуировку.
— У меня хороший чай. Я пить бросила, на него подсела. Сейчас заварю. — Вера с легкостью вскочила на ноги, выставив перед лицом мужчины наколку.
— А с драконом познакомишь? На пасть его хочу взглянуть. — Сергей прикоснулся к бархатистой коже девушки, проведя пальцами по спине чудовища. — Что загадано в этом символе?
— Ничего. — Вера осталась стоять, позволяя себя трогать. — Я с детства драконами увлекалась. Любила их рисовать, сказки читать и мультики с ними смотрела. — Вера накрыла ладонью пальцы Угрюмова, гладившие дракона, крепко прижав к наколке. — Я подростком фантазировала, как дракон похищает меня и делает наложницей.
— А оборотни не вызывают в тебе романтических образов? Хитрые, дерзкие, иногда жестокие, сильные физически и ненасытные в сексе. — Угрюмов выпрямился, отпихнув сумку, разделяющую его с девушкой, ногой. — Сделаешь наколку на свободном бедре огромного свирепого пса с острыми клыками и густой черной шерстью?
— Да. Я даже знаю, как он выглядит. Во сне видела.
Майор ФСБ Хузин проснулся ночью в своей кровати от неприятного звука, похожего на чавканье, доносившегося, возможно, от соседей, а также ледяного холода в ногах. Он сонно поправил подушку и попробовал повернуться набок, попытавшись засунуть ноги под одеяло, но навалившаяся на ноги тяжесть не позволила двинуться. Хузин, протянул руку в сторону спящей жены, но не нащупал ее. Открыв глаза и потирая лицо, он приподнялся, прислушиваясь к чавканью, и увидел жену, сидящую на его ногах к нему спиной, шевелившую плечами. Женщина, казалось, чем-то занята, так как ее руки двигались, а туловище то наклонялась вперед, то выпрямлялось.
