Трол попытался осознать это, но получил такой резкий щелчок от Ибраила, что едва не сжался в комок. Это был сгусток плотной, ошеломительно горячей энергии.
Первые птицы уже оказались над замком. Кое-кто из их погонщиков стал сбрасывать стеклянные шары вниз. Поблескивая жемчужными боками, они стали опускаться в утреннем воздухе, но в их падении было что-то неправильное. Напрягая свою способность читать происходящее, Трол осознал, что шары падают медленнее, чем обычно. Причина была не в возросшей скорости реакций Трола и его умении видеть мир, растягивая время. Просто шары встретились с чем-то более плотным, чем обычный воздух.
Теперь от замка до фламинго было не более пятисот футов высоты. Кое-кто из стражников на стенах поднял луки и попытался выстрелить. Стрелы, сорвавшись с тетивы с обычной скоростью, на середине этой высоты тоже начинали замедляться, к тому же их уводила в сторону та же сила, что и притормаживала стеклянные шары. И тогда Трол понял.
Над всем замком огромным, невидимым куполом расположилось какое-то защитное поле. Вот уже и иные из шаров скатываются по ней, минуя замок. Вот уже первые из них разбиваются о камни по ту сторону стен, во рву, и… Трол не поверил своим глазам: стеклянные колбы взрывались, образуя вокруг себя плотные облака иглистого дыма. Расплываясь в воздухе, охватывая все больший объем, этот дым заковывал землю, которой коснулся, траву и даже стены замка в ледяную кору.
Холод был так силен, что редкие лужи, собравшиеся на дне рва, мигом превращались в ледяные зеркала на всю свою глубину. А глиняные склоны становились более твердыми, чем гранит. Новые шары, падая на эту замороженную поверхность, лопались уже со звоном, различимым даже среди криков фламинго и их разочарованных наездников наверху.
Трол посмотрел на Ибраила почти с ужасом. Он и не догадывался, что маг может совершить такое. Да он и не умел, вероятно, до тех пор, пока не получил знания Гевста Рогатого.
И вдруг Ибраил сделал что-то, изменившее состояние невидимого полога, спасающего замок. Теперь прозрачная преграда стала видимой, она мерцала переливами самых разных красок. Этот радужный колокол стал выпрямляться, и теперь шары уже не скатывались за стены замка, они собирались в образующуюся воронку над главной башней замка и взрывались там, создавая поднимающийся вверх цветок жемчужного ледяного тумана.
Иные из фламинго врезались в этот туман и тут же превращались в ледяные статуи. Те из замерзших птиц, которые падали на радужную пленку, поднимающуюся им навстречу, ломали крылья, превращаясь из застывших, но безупречных скульптур в бесформенные глыбы льда грязно-серого, иногда темно-кровавого цвета.
Несколько мертвых фламинго пробили радужную оболочку и тяжело, словно каменные, упали на крыши и стены замка. Люди во двориках оценили новую опасность и стали разбегаться, прикрывая головы от падающего сверху дождя из обломков птиц.
Теперь чуть не вся стая, налетевшая на замок, билась в узком пространстве, ограниченном замыкающимся вверху радужным мешком. Некоторые наиболее умелые из погонщиков пытались поднять своих птиц, чтобы вырваться из этой ловушки, но мало кому это удавалось. Главным образом потому, что и отверстие, ведущее к свободе, стало слишком узким, и птицы не умели взлетать, не набрав скорости, и жемчужно-ледяной туман охватывал все новые слои воздуха над замком, догоняя их.
Потом почему-то разом установилась тишина. Это была тишина смерти и ледяного безмолвия. Лишь обломки птиц сыпались сверху на замок и землю вокруг него, лишь иногда взрывались стеклянные шары, не разорвавшиеся сразу или оставшиеся в седельных сумках птиц.
Но голоса живых существ смолкли. Только Ибраил читал последние слова своего заклинания.
Трол выпрямился и осмотрел деревню. Черное кольцо имперцев распалось на неорганизованные группы, они отодвинулись от стен Дотимера как можно дальше, чтобы случайно не попасть в ледяной туман, стелющийся по траве. Отряд Аргоната, повинуясь приказам своего командира, со всей доступной им скоростью поднимался по склонам холмов, чтобы не угодить в ту же ловушку. Да далеко за деревней мелькали вырвавшиеся из магического Ибраилова плена фиолетовые фламинго. Птицы были испуганы, они удирали беспорядочно, не слушаясь своих наездников. Даже Тролу, мало знакомому с их возможностями, стало ясно, что сегодня повторить воздушную атаку на замок имперцы не смогут.
По ступеням, ведущим в башню, затопали шаги. На башню выскочили Роват и Крохан. Глаза бывшего имперского рыцаря сверкали, Крохан тоже был возбужден сверх меры.
– Опасная штука, даже для горцев, – скорее прорычал, чем проговорил Крохан.
– Почему «даже»? – спросил Трол.
Крохан немного смутился и попытался взять себя в руки.
– Ну, они же привыкли к холоду. – Он сделал неопределенный жест.
– Жаль, что большая часть фламинго все-таки спаслась. – Роват рассмеялся, подскочил к ограждению башни и вгляделся в кружащих над отдаленными горами птиц.
Ибраил деревянным шагом подошел к Тролу. Он едва не падал с ног от усталости. Затраты энергии, которую он использовал на это колдовство, значительно превысили его возможности.
– Ты заметил, – спросил он, – как Шамрел пытался разорвать мой магический мешок?
Трол подхватил качающегося мага и кивнул, потом стал помогать ему спускаться по ступеням башни. Сейчас это было необходимо, а ведь еще не наступила реакция на тот энергетический всплеск, который потребовался, чтобы построить непроницаемую для атаки имперцев магическую завесу над замком.
– Жалко, что Завишта тоже сумела удрать, – сказал Трол, когда они спустились до половины лестницы. – Я бы чувствовал себя уверенней, если бы она погибла.
– Она никогда не идет в первых рядах, – ответил Ибраил. – Для этого она слишком осторожна.
– Или умна, – пробурчал Роват, который, видимо, тоже знал нынешнего командира отряда наездников имперских фламинго.
– Все равно мы их сегодня неплохо потрепали, – отозвался Крохан. – Даже если и не все из них погибли.
– Лучше бы погибли все, – срывающимся от слабости голосом проговорил Ибраил. – Второй раз на такой трюк силенок у меня не хватит.
Роват обеспокоенно посмотрел на мага, потом повернулся к Крохану.
– Тогда еще неизвестно, кто в сегоднешней драке понес большие потери.
Но Ибраил его уже не расслышал. Он повис на руках у Трола, и до комнаты его пришлось нести, словно бы маг в этом сражении действительно получил опасные для жизни ранения.
Глава 5
Как ни странно, Ибраилу стало немного лучше, когда Чивилем влила в него какое-то из своих снадобий. Теперь он лежал спокойно, с ясными глазами, хотя и совершенно без сил. Роват походил из угла в угол комнаты мага, но, заметив укоризненный взгляд Крохана, примостился на тоненьком, плетенном из местного орешника стульчике, который отчаянно заскрипел под тяжестью рыцаря в полном вооружении.
