Читаем без скачивания Сын Бога Грома - Арто Паасилинна

Рутья застегнул на себе штаны Сампсы Ронкайнена. Свитер был тесен в плечах. Он чувствовал себя маленьким и слабым по сравнению со своим недавним телом, но в голове, как у всех людей, резво забегали мысли. И голос изменился. Он уже звучал не так громко и зычно, как недавно, на берегах Туонелы.

— Что, неплохо получилось, хоть и тяжело пришлось… Земные женщины говорят, что рождение нового человека — тяжелая работа. Интересно, что бы они сказали, если бы только представили, каково это — проглотить взрослого мужчину и потом родить его. Вот это правда непросто!

Сампса поспешил перейти к практической части:

— У меня антикварный магазин, поместье… Но в таком виде невозможно выйти к людям. Они испугаются, схватят меня, отведут в тюрьму или сумасшедший дом.

Рутья ответил, что именно по этой причине им и пришлось поменяться телами. В обличье бога нельзя показываться людям. Так что начиная с этого момента Рутья несет полную ответственность за жизнь и все дела Сампсы, за поместье и за магазин. А Сампса может отдохнуть. Важно, чтобы он на какое-то время исчез и дал Рутье возможность действовать.

— Не беспокойся. Уж одного финна я смогу заменить без особых проблем.

Сампса заверил Рутью, что его заменить будет совсем несложно. И он даже рад, что все произошло так. Теперь он в свое удовольствие сможет сосредоточиться на реставрации и ремонте антикварной мебели. К тому же появится время читать хорошие книги, отдыхать и не торопясь думать о жизни. В сущности, ему повезло, что он встретил сына Бога грома.

Сампса поинтересовался, почему Рутья выбрал столь тяжелый способ прихода.

Рутья рассказал, что на небе долго думали, выбирая способ явления бога на землю. Размышляли, не подсадить ли его в виде зародыша в матку какой-нибудь женщины, доставив его туда с помощью разряда молнии. Но метод, используя который когда-то пришел на землю Иисус, слишком долгий и ненадежный.

— Ведь Иисус сначала родился в семье какого-то плотника, а потом, как и полагается обычному ребенку, вырос. И приступил к выполнению своей миссии лет в тридцать, верно? Но в таком случае мне пришлось бы долго ждать… И кто знает, вдруг я бы умер при родах или заболел — в начальной школе? Нет, так надежнее… И еще… Не могу понять, зачем этот лютеранский Бог позволил убить своего сына? Ведь Иисуса же распяли.

Сампса пояснил Рутье, что в данном случае речь шла о прощении. Что Иисус принес себя в жертву всему человечеству и пострадал за все грехи мира.

Рутья задумался. По его разумению, в такой жертве не было большого смысла.

— Мне кажется, что у Иисуса были какие-то проблемы в отношениях с отцом. Если бы со мной случилось то же самое и меня приговорили к смерти, я уверен, Бог грома не дал бы меня убить. В конце концов, метнул бы молнию в деревянный крест и тот сгорел бы. Ну да ладно, это не мое дело. Хотя, может, Иисус настолько добрый и хороший, что с удовольствием сам принес себя в жертву… Про чужих богов вообще трудно знать что-нибудь наверняка. Но чудной тип, это точно.

Уставшие после перерождения, Рутья и Сампса долго сидели на скале, отдыхая. И неторопливо беседовали на разные темы. Сампса рассказал, кто сейчас президент Финляндии, что происходит в области внешней политики, поведал, какая отрасль промышленности на сегодняшний день самая продуктивная, порассуждал о численности населения страны, об отношениях мужчин и женщин… Обо всем том, о чем Рутья имел слабое или давно устаревшее представление.

Договорились, что Сампса передаст Рутье бухгалтерию, машину, ключи от дома и магазина, и вообще будет оказывать всяческое содействие, особенно поначалу.

— Финны — простой народ, ты без проблем найдешь с ними общий язык, — уверил он.

Ночью Рутья и Сампса прошли через лес к поместью «Ронкайла». Деревянного божка они оставили на жертвенном камне, пообещав проведывать. Лицо божка застыло в язвительной ухмылке.

Когда они пришли во двор «Ронкайла», Рутья на секунду остановился, окинув внимательным взглядом раскинувшееся перед ним хозяйство. Старое здание производило особо унылое впечатление. Рутья не замедлил сказать Сампсе, что дом следует незамедлительно привести в порядок, ведь отныне в нем будет проживать самый настоящий Бог, сын Бога грома.

В ответ Сампса пожаловался, что у него не было средств. Конечно, если бы он предполагал, что к нему пожалует сам Бог, то, разумеется, приложил бы все усилия, чтобы отремонтировать здание. Но откуда он мог это знать? Дома живут своей жизнью, а боги приходят, когда им вздумается.

Мужчины миновали колодец.

Рутья попросил налить ему немного воды.

— Запыхался от ритуального танца, — произнес Рутья. — Да и перерождение отняло кучу сил.

Сампса поднял из колодца ведро чистой холодной воды.

— Вот это настоящая вода! Последний раз я пил воду из реки Туонелы. Там сильное и темное течение. И вода какая-то горькая.

Мужчины расположились в старой части дома. Им хотелось как следует отдохнуть, ведь на следующий день предстояло много дел. Рутья должен был приступить к роли хозяина усадьбы и владельца антикварного магазина, а заодно начать деятельность в качестве небесного посланника и агента Бога грома.

глава 6

Боги не спят. Несмотря на сильную усталость, Сампса совершенно не хотел спать. А Рутья сладко зевал и, зайдя в дом, поспешил прилечь.

— Неужели я заболел? — встревоженно спросил он. — Со мной раньше никогда такого не было.

Сампса успокоил его, сказав, что люди проводят в постели треть жизни, что у них принято спать ночью, когда на улице темно и больше нечем заняться. Так копятся силы на следующий день. Человеческий организм требует сна.

Рутья задумался. Значит, человек спит, чтобы собирать силы. Стало быть, потом весь день силы только тратятся…

Сампса сообщил Рутье, что его организм — не самый крепкий, поскольку он никогда особо не заботился о здоровье.

— В принципе, если решишь укрепиться, можешь начать делать зарядку, поднимать гантели и бегать. Но если хочешь завтра быть бодрым, сейчас лучше лечь спать.

На следующее утро Сампса отправился на кухню и принялся готовить плотный завтрак. Сам он есть не хотел. Боги не чувствуют голода. Вероятно, на небесах вообще не принято есть. И боги черпают силы исключительно из духовной пищи.

Рутья недоверчиво посмотрел на стол. Сампса пояснил, что это еда, которая необходима для поддержания сил, так же как и сон.

Он откусил от бутерброда и принялся с задумчивым видом тщательно пережевывать.

— Вот она какая, человеческая еда… Это что? А что сверху — мясо или что?

Сампса принялся объяснять, что Рутья держит в руке кусок хлеба, испеченного из зерна. Хлеб намазан приготовленным из коровьего молока маслом. Сверху другой продукт из коровьего молока — сыр. А венчает бутерброд пара тонких кусков ветчины, сделанной из свинины холодного копчения.

Еще на завтрак Сампса сварил яйца, подал фрукты и, разумеется, чай. Он объяснил, что чай — это заваренные кипящей водой сушеные листья чайных кустов. Сообщил, что капнул в чай пару капель лимонного сока. А лимонный сок выжат из лимонов, которые растут на ветках лимонного дерева. В соке масса витаминов, необходимых человеку так же, как еда и сон.

— Недурно. Если мне удастся вернуть финнов в прежнюю веру, распоряжусь, чтобы на жертвенные камни ставили вот такие завтраки, а не жилистое оленье мясо или костлявую рыбу. Думаю, богам понравится.

Рутья съел все, что было на столе. Затем потянулся и задумчиво спросил, как люди понимают, что надо идти в туалет.

Сампса пояснил, что по-большому в туалет идут тогда, когда в животе возникает некоторая тяжесть. И к тому же в прямой кишке возникают специфические ощущения, которые ни с чем не перепутаешь. А когда надо помочиться, чувствуешь полноту и тяжесть внизу, от того, что мочевой пузырь давит на другие органы.

— Думаю, мне надо сходить в туалет, — уверенно сказал Рутья.

Сампса объяснил ему дорогу на задний двор и рассказал, как следует обращаться с туалетом.

— Кричи, если что, я не буду закрывать окно в библиотеке.

Рутья никогда в жизни не посещал туалет. За тысячи лет существования он никогда не чувствовал потребности испражняться. Он оглядел маленькое помещение и пришел к выводу, что справится с задачей. В комнатке была деревянная скамья с дыркой посередине. Рутья снял штаны и сел задницей в дырку. Поднатужился. Организм среагировал положенным образом. Рутья почувствовал значительное облегчение. Он вспомнил слова Ягряса о том, что христиане считают грехом любое удовольствие и наслаждение. Значит, и поход в туалет следует считать греховным действием, ведь после него чувствуешь себя лучше и легче. Удивительно, что в христианском учении ничего про это не говорится. Видимо, они предпочитают скрывать этот грех, ведь недаром это действие выполняется в одиночку. «Двойная мораль», — решил Рутья.