— Я поговорил со своими сородичами, — Джош улыбался, как будто ничего не произошло. — По душам поговорил. Они, конечно, правы, Артур. Семья важнее, чем игра. И поэтому я возвращаюсь домой.
В его устах это прозвучало, как будто речь все же шла об игре. Вернуться «домой», обежав все базы — задача нападающих.
— Ты все еще называешь их своей семьей? — глупо, конечно, но Артур Дэйлс вдруг ощутил нечто сродни ревности.
— Конечно, — кивнул Джош. — А кто, по-твоему, моя семья?
— Не знаю, — растерялся Артур. — Может, команда?
— Только не надо мне мозги пудрить, — беззлобно усмехнулся Экс. — Теперь ты скажешь, что ради всех мальчишек я должен побить рекорд, ради всех черных пробиться в высшую лигу. Или ты будешь утверждать, что ради таких абстрактных понятий, как верность и честь, я должен играть, пока хватит сил?
— Это ты сам решаешь, Экс, — пожал плечами Дэйлс.
— Я с этим не согласен, дружище. Может, мы и похожи, но мы — не вы. Мы все-таки разные. Знаешь, что нас прежде всего разделяет?
— Что?
— Чувство ритма! — рассмеялся Экс. Потом он перестал улыбаться и подошел ближе.
— Ну, я пошел. У меня к тебе одна просьба, — он посмотрел прямо в глаза Артуру. — Расскажи людям, каким я был на поле. И детям своим расскажи, как я играл.
— Об этом мог бы и не просить, Экс, — развел руками Дэйлс.
— Спасибо, друг, — Эксли положил руки ему на плечи, еще раз пристально посмотрел в глаза и уже пошел было к выходу, но приостановился. — И еще одно…
— Что?
— Реакция у тебя очень даже ничего, — Эксли заразительно рассмеялся и побежал через поле.
Вечером у Дэйлса состоялся тяжелый разговор. Детективы Ронсон и Харви нашли его на стадионе, все на той же скамейке запасных. Стадион по-прежнему был пуст — в этот вечер игры там не было.
— Вы думаете, что знаете этого человека, — напирал Ронсон. — Нет, Дэйлс. Поверьте, вы его не знаете.
— Вы не знаете того, что знаю я, — твердо сказал сержант. — И уж подавно — не знаете того, чего я не знаю.
— Ну вот что, — вступил Харви. — Хватит в ковбоев играть. Стоит мне только намекнуть, о чем идет речь, вы на ногах не устоите. Последний раз спрашиваю, где Эксли?
— Я уже ответил, — ровным голосом отвечал Дэйлс. — Он уехал домой.
— У меня есть свидетель, — сказал Харви. — Я знаю, их легко спутать, однако если у него нет полного двойника в этом городе, он убийца. Дороги перекрыты, никуда он не денется, предстанет перед судом. А вы пойдете как сообщник. Обоим мало не покажется. Мой вам совет — сдайте его. Тогда сможете и дальше спокойно носить свою шляпу и значок.
— Это все? — спросил Дэйлс. . — Для вас — да, сержант, — детектив Харви постарался, чтобы его слова прозвучали с тихой угрозой. Надо признаться, ему это в значительной степени удалось.
Детективы продолжали сверлить непокорного сержанта глазами, однако Дэйлса это не поколебало. Им ничего не оставалось, как уйти, не солоно хлебавши.
Дэйлс проводил взглядом их недовольные спины. Он их не боялся. Он был уверен, что все сделал правильно. Он точно знал, что Джош никого не убивал. Насчет этого его душа была абсолютно спокойна.
Но было совершенно непонятно, что теперь делать. Ведь если пришельцы умеют менять внешность, Экса мог подставить кто-то из своих. А это значит, ему угрожает опасность.
Во всяком случае, оставаться здесь смысла не было. Сержант поднялся со скамьи, взял лежащую рядом форменную шляпу полицейского. Пока он еще имел право ее носить. А если придется отдать — что ж, так тому и быть. Он не знал, куда собирается идти. Ответ неожиданно обнаружился под шляпой. Это была карта Розвелла. На обложке крупными печатными буквами было выведено — «Джош Эксли». Внимание Дэйлса привлекла пометка химическим карандашом — схематическое изображение бейсбольного «дома» на территории национального парка «Бездонное озеро». Сержант со всех ног бросился к машине. Он боялся опоздать.
Розвелл, штат Нью-Мексико
3 июня 1947 года, вечер
Потом никто не мог вспомнить, почему товарищеская встреча команд «Серых» и «Звезд Юго-Запада» проходила без зрителей на неудобной площадке парка «Бездонное озеро». Одни говорили, что в тот вечер муниципальный стадион закрыли в связи с какими-то техническими неприятностями, другие уверяли, что во всем были виноваты «Звезды Юго-Запада», которые, дескать, предвидели свой позорный провал и не хотели лишних свидетелей. Находились и третьи, которые городили уж совсем невероятную чепуху…
Был уже вечер, играли при свете прожекторов. Дела «юго-западных» шли плохо. Было похоже, что сегодня черная команда в пух разгромит белую, даже дополнительного иннинга не потребуется.
— Играем! — скомандовал арбитр. Мусс, питчер «юго-западных» (тощий долговязый паренек в очках с толстыми стеклами) поправил бейсболку, сосредоточился и — отправил мяч на полфута выше плеч баттера.
— Во дает! — пробормотал судья. — Болл! Четвертый.
Баттер «Серых» пешком отправился на первую базу.
В рядах «Звезд» царили упаднические настроения. Не разделял их только тренер.
— Молодец, Мусс! Давай, сынок! — кричал он.
— Как же Мусс щит найдет, если он у него к заднице пришпилен? — поинтересовался кетчер.
— Заткнись, парень! Пусть учится. Мусс, давай! Поверху давай! — продолжал подбадривать питчера тренер. — Черт! Эксли бьет!
Джош Эксли не спеша прошел к «дому», бросил запасную биту под ноги и добродушно взглянул на кетчера «юго-западных».
— Вы б его к окулисту, что ли, сводили, — кивнул он в сторону сосредоточенного Мусса.
— Не переживай, Экс, — усмехнулся кетчер. — Я ему велел метить прямо в твою башку. Можешь на что угодно спорить, он в нее и угодит!
— Играем!
На этот раз снова пострадал кактус. Он и толщиной-то был с руку ребенка, но Мусс аккуратно всаживал .в него мяч за мячом.
— Болл! — судья вернул мяч на подачу.
— Мусс! Давай поверху! — снова заорал тренер «юго-западных».
— Говорят, тебя «Янки» переманивают? — тихо спросил кетчер Экса.
— Мне и в кактусовой лиге неплохо. Тихо, спокойно…— было непонятно, говорит Эксли всерьез или шутит.
Мяч снова застрял в многострадальном кактусе. Экс даже не шелохнулся.
— Болл! Брось ты этот кактус, парень, — чуть тише добавил судья.
— Не знаю, Экс. Шестьдесят побед за сезон — это не шутка. У них первый по очкам — Джеки Робинсон, а за ним ты будешь. Первый черный в американской лиге. Большим человеком станешь.
— А мне большим не надо. Мне бы просто человеком стать…
И снова кетчер «юго-западных» не понял, что имел в виду Джош Эксли. Может, просто пошутил неудачно?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
