Были случаи, когда в своих стараниях достичь цели агенты Моссад доходили до абсурда или даже жестокости. Один известный раввин-ортодокс, проживавший в Лондоне, получил приглашение от богатой парижской семьи приехать и совершить обряд обрезания. Ему оплатили билет в первом классе самолета и обещали хорошие деньги.
Раввин, поблагодарив за честь, согласился только на возмещение путевых расходов. Ничего не подозревая, он сел в самолет, летевший в Париж. Группа религиозных евреев встретила его в аэропорту и пригласила «на чашечку кофе» в одно «маленькое приятное кафе», чтобы отдохнуть перед совершением обряда. Новые знакомые привезли его на площадь Пигаль, известную своими злачными местами. В кафе к испуганному раввину подошли две особы в коротких юбочках и декольтированных блузках. Одна тут же уселась к нему на колени, а другая обняла за шею. Сотрудники Моссад моментально засняли эту сцену на фотокамеры и продемонстрировали фотографию незадачливому раввину. Ему было заявлено: «Если не укажете место, где спрятали Иосселе, мы отошлем эту фотографию в Лондон и покажем ее вашим прихожанам».
В ужасе раввин стал кричать: «Я ничего не знаю! Я ничего не знаю!» В конце концов он убедил сотрудников Моссад в том, что действительно ничего не знает. Когда обозленные агенты попытались скрыться, бедный раввин бежал за ними и кричал: «А как же обрезание? Вы же приглашали меня для этого!» Он вернулся в Лондон первым же самолетом, но с тех пор потерял к Моссад всякое почтение.
Прошло еще несколько месяцев бесплодных поисков. Боевой дух израильских разведчиков падал. Они прекрасно знали, какая огромная сумма денег из бюджета Моссад расходуется на поиски Иосселе.
Но Исер Харел не собирался бросать начатое дело. Он не мог прийти к Бен-Гуриону с пустыми руками. К счастью, через пять месяцев наступил перелом.
Харел был убежден: мальчик находится за пределами Израиля. Исер обратился к начальнику отдела военной цензуры, который имел право перлюстрировать всю поступающую в страну и исходящую корреспонденцию. Особое внимание он попросил обратить на переписку между религиозными учреждениями, находящимися в Израиле и за его пределами.
Спустя некоторое время одному из военных цензоров попало в руки письмо солдата, писавшего своей матери в Брюссель из военного лагеря в пустыне Негев. В середине письма был вопрос, на первый взгляд безобидный, но совершенно не связанный с содержанием:
«Как поживает малыш?»
Когда Исеру показали это письмо, он сразу почувствовал, что находится на верном пути. Показав копию письма одному из своих помощников, Харел сказал: «Мальчик у этой женщины. Надо поехать к ней и решить, наконец, эту проблему».
Шеф разведки приступил к разработке плана операции по возвращению Иосселе в Израиль. Тем временем группа из двенадцати человек выехала в Брюссель, чтобы установить точное местонахождение женщины. К этому времени она переехала во Францию. Нашли ее без труда на юге страны в городе Эксле-Бен.
Там израильские разведчики установили за ней наблюдение.
Однажды утром женщина пошла на почту и заказала телефонный разговор с Англией. Имя ее абонента звучало, как и ее собственное. Все это зафиксировал разведчик, стоявший позади нее под видом человека, собирающегося заказывать разговор с Парижем. Два других сотрудника уже сидели в кабинках, соседних с той, из которой она собиралась говорить, чтобы слово в слово записать ее разговор.
Когда женщина закончила, она покинула здание почты и села в машину. Дама оказалась к тому же лихим шофером, и разведчикам с большим трудом удавалось незаметно следовать за ней. Наконец к вечеру женщина достигла предместья Парижа. Однако при выезде из длинного туннеля она внезапно исчезла из поля зрения израильских агентов. Неизвестно, заметила ли дама своих преследователей, но она исчезла бесследно.
В это время в Лондоне два других агента Моссад нанесли визит раввину, которому женщина звонила из Франции. Он не только ничего им не сказал, но пригрозил вышвырнуть из дома и позвать полицию. И опять им пришлось уйти ни с чем.
Исер Харел поспешил в Париж, чтобы самому контролировать ситуацию. В самолете он еще раз внимательно просмотрел досье этой женщины. Ее звали Мадлен Фрей. Она родилась в аристократической французской семье, училась в Сорбонне и Тулузском университете. В молодости Мадлен была красавицей и всегда очень дорого и модно одевалась. Она вела бурную светскую жизнь, у нее была масса поклонников.
Так продолжалось до второй мировой войны. Во время войны Фрей воевала с французскими «маки». Там она боролась бок о бок с евреями, завоевав репутацию храброй женщины. Мадлен предпочитала участвовать в самых рискованных акциях по освобождению еврейских детей, находившихся в гетто, спасая их от отправки в немецкие концлагеря. За свои подвиги во время войны она была награждена медалью Французского Сопротивления.
После войны она вышла замуж за католика и родила сына, которого назвали Клод. Вскоре с Мадлен Фрей случилось нечто странное: она решила перейти в иудаизм. Она развелась с мужем и при помощи молодого раввина, который был ее любовником, стала иудейкой. Ее сын уехал в Израиль, куда в скором времени собиралась и сама Мадлен.
По мере того как Исер изучал досье Мадлен Фрей, он все больше и больше тревожился об успехе операции. Харел понимал, что он и его сотрудники ступили на опасный путь. Их методы бь£ли порой жестокими и не всегда честными. Вот и сейчас они посягали на святой принцип международного права, согласно которому каждое государство обязано уважать суверенитет другого государства.
Оправдание этому можно было найти при поимке нацистских преступников, которые несли ответственность за гибель многих людей, но сотрудники Моссад искали всего лишь маленького мальчика…
Тем не менее Харел энергично взялся за дело. Он твердо решил найти Иосселе, и интуиция подсказывала ему, что мальчик находится в Париже. По приезде Исер остановился в небольшом, скромном отеле. Остаток дня и большую часть ночи он провел за изучением материалов дела.
Однажды, когда рано утром Исер вернулся в отель, портье понимающе подмигнул ему: «Как развлеклись, месье? Вы можете приводить подружку сюда». Исер придерживался пуританских взглядов, и слова портье сильно смутили его. Он немедленно переехал в посольство Израиля на улице Ваграм.
Посол Израиля был только рад принять такого высокого гостя и распорядился, чтобы для Харела приготовили лучшую комнату в его собственном доме. К неудовольствию посла, Исер настоял на том, чтобы его поселили в небольшой комнате в посольстве. Примеру своего шефа последовали его сотрудники, которые поселились в самых дешевых номерах отелей.
Теперь группа сотрудников Моссад в Париже насчитывала уже больше сорока человек. Все свое время они посвящали поиску Мадлен Фрей. После того как агенты потеряли ее в туннеле, они так и не смогли напасть на ее след.
Но как-то раз один из сотрудников Моссад, в чьи обязанности входило изучение всех парижских газет, заметил объявление о продаже виллы, которое дала Мадлен Фрей. Вилла находилась недалеко от Парижа. Не прошло и нескольких часов после публикации объявления в газете, как Мадлен позвонили два немца, интересовавшиеся ее виллой. Они просили разрешения осмотреть ее. Довольная тем, что покупатели нашлись так быстро, Мадлен с готовностью согласились. Они встретились по дороге, и Фрей отвезла их на виллу на своей машине.
Войдя в дом и плотно прикрыв за собой дверь, «немцы» тут же представились. Это были сотрудники Исера. В бешенстве от того, что ее так ловко провели, Фрей с криками о помощи бросилась с кулаками на мнимых покупателей. Они быстро привели ее в чувство.
Извинившись, они предупредили женщину, что на время она становится их пленницей.
— Ничего плохого мы вам не сделаем. И пальцем вас не тронем. Сядьте, пожалуйста, и успокойтесь. В конце концов, вы у себя дома. Мы же цивилизованные люди. Однако учтите: пока мы не получим от вас нужную информацию, вы отсюда не выйдете.
