— Я запомню это и отомщу! — заныла я, чувствуя, что ничуть ни выспалась. Горничные в ответ даже не испугались, а засмеялись. Возмутительно! Тело было деревянным от недосыпа. А впереди ждали настоящие пытки в виде косметического массажа всего тела и лица.
Уснуть не получалось. Либо я блаженствовала от приятных ощущений, либо, стиснув зубы, терпела боль. По легенде этот массаж делал кожу более красивой, яркой. Я все, конечно, понимаю, но зачем до боли мне распрямлять плечи. И так осанка прекрасная. Ну почти! Но… больно!
— Элиана, что с тобой? — удивленно интересуется у меня брат, когда я спускаюсь на завтрак. Родители уже покинули дом по делам. Я была совершенно разбита, что не в силах даже ответить брату.
Вместо меня к Энджи с улыбкой подходит Лаури:
— Ваша сестра готовится к балу, молодой господин. Мне помогает ей стать красивой. Даже сейчас уже можно заметить, как молодая госпожа похорошела.
— Похорошела? — недоуменно переспрашивает брат, с опаской глядя на меня. — Но она страшная!
Послышалось сдавленное фырканье от слуг и лакеев. Посмотрев на брата «ласково», уныло приступила к завтраку, в то время, как Лаури пыталась объяснить брату банальные правила общения с девушками.
— Молодой господин, даже если ваша сестра страшная… — теперь «ласковый» взгляд достался горничной, которая выглядела лишь «слегка» виноватой. — Вы всегда должны говорить, что она прекрасная.
— А зачем?
— Видите ли, молодой господин, услышав эти слова, женщинам становится приятно, они… добреют.
— Добреют? Правда? — и, повернувшись ко мне, воскликнул. — Элиана, ты прекрасна!
Я никак не реагирую, продолжая кушать, глядя исключительно на тарелку.
— Вы обманули меня!
— Н-нет, молодой господин, ваша сестра… скорее исключение…
— А если я скажу маме, что она красивая, то она подобреет?
— Конечно, молодой господин, но есть одно «но». Этим словом нельзя злоупотреблять. Говорите часто, но не просите что-то взамен.
Энджи, услышав это, приуныл, явно рассчитывая на награды, но горевал недолго — в зал вошел лакей, и доложил, что к нашему дому приехал экипаж виконта Рони. Его наследник просит встречи с братом. Энджи, услышав это, радостно убежал.
Виконт Рони был нашим партнером по поставкам продуктов. Простой человек, добрый, но смекалистый, получивший дворянский титул за военные заслуги. Как и отец. Друзья, которых свела война.
Теперь их сыновья-ровесники дружили.
Заметив, что лакей ожидает моего ответа, мазнула рукой.
— Наследник виконта Рони — наш почетный гость, — фраза стандартная, много раз произносимая, но обязательная. Так диктовали правила. — Пусть мальчишки играют, но, пожалуйста, приглядите за ними.
А меня, подхватив по обе стороны горничные, повели дальше продолжать пытки. Теперь настала очередь волос. Их очень долго пытались выпрямить.
Тщетно. Хоть кто-то может дать горничным отпор.
Конечно, получу свою долю насмешек из-за кудрей простолюдинов. Но мне откровенно плевать на это, хоть в глубине души понимаю, что, возможно, будет где-то обидно и больно.
Спустя несколько часов я была полностью готова. Открыв глаза и подойдя к зеркалу, ошеломленно замерла.
Это я? Невероятно… В зеркале на меня смотрела симпатичная семнадцатилетняя девушка с приятными, хоть и не выдающимися, округлостями, одетая в красивое бальное платье светло-персикового цвета. Лицо, благодаря чудодейственной силе косметики, стало красивее, с выраженными скулами, длинными ресницами, яркие тени на веках, и нежно розовая помада на губах.
— Лаури, Мила, у вас просто волшебные руки! Я даже не похожа на себя! Вы невероятны!
Девушки в ответ покраснели, довольно улыбаюсь, а затем торопят меня. До бала остался всего лишь час. Осторожно спускаюсь по лестнице, где внизу стоят родители. В честь сегодняшнего праздника папа облачился в парадную форму. Мама, увы, не поедет. Девушек в свет выводили только отцы и старшие братья, или родственники мужского пола. Такова традиция.
— Ты прекрасна, Элиана, — мягко улыбнувшись, мама осторожно обнимает меня. — Будь сегодня настоящей леди. Не подведи меня.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Почему это звучит как угроза? Мне уже страшно….
— Конечно, мама! Я буду хорошо себя вести! Не волнуйся!
— Надеюсь на твое благоразумие. Не забывай, что в этом году дебютанткой так же будет принцесса. Произведи на нее хорошее впечатление.
— К-конечно…
— Пэрриш, полагаюсь на тебя, — виконтесса целует мужа, и стряхивает невидимую пыль с его плеча. — Присмотри за дочерью.
Отец, заверив маму, что все будет хорошо, ведет меня за руку к карете.
Я чувствую нетерпение и восторг. Прямо сейчас начнется первая глава моей любимой книги! Бал дебютанток! Первая встреча Евелики с наследным принцем империи!
— Ты выглядишь такой нетерпеливой, — улыбнулся отец, наблюдая за тем, как я ерзаю на сиденье, и все время смотрю в окно. — Твоя мама говорила, что для любой девушки это событие очень важно…
Да, очень. Только для одних, чтобы наконец-то покрасоваться в своих платьях и помериться острыми язычками и влиянием, а для меня это щель для подсматривания за героями. Чувствую себя сталкером…
Заметно приуныла от собственного умозаключения, но взбодрила себя, что я приличная женщина, и наблюдать буду только не я. Я же не к ним в спальню лезу…
Хотя… а надо. Там парочка весьма горячих сцен будет…
Ох, Элиана, о чем ты только думаешь?
Отец с удивлением наблюдает, как я с остервенеем машу веером, хотя в карете довольно прохладно.
Наконец, прибыв к императорскому двору, с улыбкой принимаю руку отца, и покидаю карету, и, гордо расправив плечи, неспешно поднимаюсь по парадной лестнице дворца, ярко залитой магическим светом. С интересом разглядывая впереди идущую пару. Отец что-то тихо говорил своей дочери, а та смеялась. Искренне, с трудом сдерживая громкость. Среди аристократов редко увидишь такую настоящую семью.
Лакей, стоящий перед входом в бальный зал, громко провозглашает:
— Герцог онди ан Валирио, с дочерью Афиной!
Его слова долетают до меня, и я на мгновение замираю на ступеньки, и, если бы не отец, встала как вкопанная. Как баран перед воротами, мешая всем…
Афина онди ан Балирио…
Вторая злодейка!
Ну почему я везде натыкаюсь на злодеек!? Неужели у меня судьба такая?
Если дочь маркиза будет бороться за внимание всех четырех мужчин, то Афина только за принца. Но… это прозвучит странно, но я симпатизировала этой злодейки. Дочь герцога была хоть и была соперницей, не любила Евелику, но была более… человечнее. Дочь маркиза не гнушалась даже нанимать бандитов….
Жаль, что Афина влюблена в принца. Девушка добрая, много занимается благотворительностью, имеющая, втайне от высшего света, образование лекаря.
Ее ждет изгнание.
Погрузившись в воспоминания, вздрагиваю от громкого вопля лакея, чуть не шарахнувшись. Мужчина, вы так меня на тот свет отправите! Вам бы ворон запугивать…
— Виконт онди тан Дариша, с дочерью Элианой!
В бальный зал приходится спускаться по очередной парадной лестнице. На мгновение зажмуриваю глаза от обилия богатства зала. Столько золота, хрустальных люстр! Сколько все это стоит? А украсть можно? Всегда мечтала что-нибудь украсть из музея, желательно драгоценное. Дурацкая детская мечта.
На нас, аристократов одного из низших рангов, почти не обращают внимания. Но некоторые, однако, смотрят на нас. Слышен шепот про сладости, что заставляет меня улыбнуться и гордиться. А фамилия известна.
Смотрят на меня и Афина, и Хлоя, от чего я совсем приуныла.
Я по книге была в команде Хлои, но две злодейки часто объединялись против Евелики. Ищу глазами главную героиню. Она стоит возле балкона в прекрасном изумрудном платье, с тоской глядя на прекрасное сумеречное небо. Ее привел на бал вместо отца — граф, приходящий ей далеким кузеном.
— Пап, давай встанем во-о-он там? — дергаю отца за рукав, и, не получив ответа, недоуменно смотрю на него, только сейчас осознав, что пока смотрела на Евелику, виконт уже завел диалог с неизвестным мне графом.
