Лени. Хайнц…
Хайнц. …Я такое видел … никто не знает, что может теперь произойти.
Лени. Хайнц-
Хайнц. Мне просто нужно тебе это сказать. Вот такие дела.
Лени. Хайнц, что с тобой? Похоже, что ты боишься?
Он берет себя в руки и тихо отстраняется от нее.
Хайнц. Это все, что я написал. Пожалуй, я пойду. Я тобой горжусь, Лени. Auf Weidersehen. (Он собирается уходить). Я чуть не забыл…Есть еще одно письмо. Наверное, оно промокло под дождем. Оно прилипло сзади к этому коричневому конверту. Я знаю тебя, оно затеряется в этой горе твоей почты.
Лени. Что это?
Хайнц. Я не знаю. Но по его виду — что-то очень важное
Он протягивает ей коричневый конверт и обнаруживает внутри маленький белый конверт.
Лени. От парижского кинофестиваля (Разрывает конверт и читает письмо).
Хайнц. Ну, что?
Лени. Мой фильм…Я еду в Париж…
Он бросает конверт в воздух. Что-то меняется. Музыка. Хайнц подхватывает ее, они начинают танцевать. Оба отплясывают дикий танец с прыжками.
Сцена переходит в ночь церемонии вручения Золотой медали Гран При на Парижском кинофестивале 1937 года. Радостные и счастливые, они кружатся под музыку, которая замолкает на их последнем вращении. Она смеется. Геббельс наблюдает за ней. Она видит его. Он кланяется. Хайнц тоже видит его и уходит.
Геббельс. Где вы были? Я вас искал.
Лени оборачивается к Ханцу, но его уже нет.
Лени. А я просто… танцевала.
Геббельс. Вы такая красивая.
Лени. Спасибо.
Геббельс. И элегантная. Я привык видеть вас с карандашами в волосах и обрывками кинопленок на шее, я едва вас узнал.
Лени. Джозеф.
Лени подходит к нему. Она смотрит на зрителей, это те, кто глазеет на нее.
Выражение ее лица меняется. Она осознает, что люди ее разглядывают. Разглядывают их. Они тихо говорят между собой.
Геббельс. Эй. Почему вытянулось лицо, птичка? Вы же выиграли Гран При.
Лени. Я знаю.
Геббельс. Вы не рады?
Лени. Конечно, рада
Геббельс. Это была ваша мечта.
Лени. Я знаю.
Геббельс. И?
Пауза.
Лени. Зачем вы одели униформу?
Геббельс. Что?
Лени. Люди из-за этого нервничают.
Геббельс. Лени, мне все равно, что эти люди думают. И вы не должны об этом думать. Вы сделали невозможное. Вам удалось сделать фильм, от которого даже самые строгие наши критики в восторге.
Лени. Ну тогда, почему же они на нас так смотрят?
Геббельс. Путь смотрят. Они и должны смотреть. Вы создали этот шедевр, вашу «Олимпию» и никто вас не тронет. Четыреста тысяч метров отснятой пленки, из которых отобрано 4 часа великолепного фильма. Так, как вам это виделось. Каждый кадр поставлен и срежиссирован вами.
Снова играет музыка. Геббельс улыбается. Протягивает руку.
Потанцуете со мной?
Лени долго смотрит на него. Наконец, берет его за руку. Они танцуют. медленный и элегантный вальс. Лени замечает, что они одни. Смотрит на зрителей. Начинает что-то понимать.
Лени. Никто больше не танцует.
Геббельс. Вам надо привыкать к этому ощущению, Лени. Это зависть. Она теперь Повсюду. Олимпиада имела огромный успех. Благодаря вам теперь вся Европа знает, на что мы способны. Мы — сила, с которой надо считаться. Мы не просто еще одна небольшая страна, от которой можно просто так отмахнуться. Они приехали, и они соревновались с нами на нашем собственном поле. Они получали наши медали. Теперь им придется признать нас. Фюрер доволен, Лени.
Она смотрит на него, он притягивает ее к себе, и они кружатся в танце.
Музыка заканчивается.
Вы такая красивая.
Он бросает на нее последний взгляд.
Но Магда что-нибудь заподозрит, если меня опять не будет всю ночь. Не смотри так печально, птичка…Ты же теперь кинорежиссер. Великий кинорежиссер. И не только в моих глазах. В глазах всего мира. Независимо от того, что говорят люди, у тебя есть Золотая медаль и Гран При. Никто не может их отобрать.
Они практически целуются. Фотовспышка. Геббельс уходит.
1-й репортер. Мисс Рай-фен-шталь!
Что-то меняется.
Сцена превращается в палубу корабля. Доки. Лос-Анджелес. 4 ноября 1938 года.
Лени. Ри-фен-шталь!
2-й репортер. Сюда! Мисс Рифеншталь!
3-й репортер. Мисс Рифеншталь. Это правда, что вы возлюбленная Адольфа Гитлера?
Лени. Нет! Конечно, нет! (Смеется). Я с ним вижусь, но видеть его не трудно.
1-й репортер. Мисс Рифеншталь…Америка хочет знать, что вы думаете обо всех этих историях про то, что Гитлер сжег еврейские деловые дома.
Лени. О чем вы говорите?
3-й репортер. Конечно, вы об этом слышали, мисс Рифеншталь. Об этом пишут все газеты…
1-й репортер. И это есть в новостях. И по радио об этом говорят.
Лени. Не смешите меня…
2-й репортер. Пишут о том, что он в своей речи призывал всех подлинных немцев очистить страну от евреев.
Лени. Он бы никогда этого не сделал. Это ложь.
1-й репортер. Значит, вы не верите в эти рассказы.
Лени. Конечно, не верю.
Пауза.
3-й репортер. Мисс Рифеншталь, ожидаете ли вы каких либо проблем здесь в Америке?
Лени. Меня сюда пригласили. «ОЛИМПИЯ» получила призы в Венеции и Париже…Меня пригасила «ЮНИВЕРСАЛ СТУДИОЗ» -
2-й репортер. Удачи вам.
3-й репортер. Да, удачи вам.
Все смеются.
1-й репортер. Добро пожаловать в Лос-Анджелес.
Они уходят, оставляя Лени и 1-го Репортера одних на палубе. 1-й Репортер становится Шарлоттой — молодой, красивой, личной ассистенткой Диснея, которая очень похожа на Белоснежку. 24 ноября 1938 года.
Шарлотта. Добро пожаловать в Лос-Анджелес. Простите, мисс Рифеншталь. Простите за всю эту суету и беспокойство. Я надеюсь, что вы не обиделись, что вам пришлось войти через заднюю дверь. Главный вход на ремонте. Пожалуйста, располагайтесь поудобнее. Я пойду, скажу ему, что вы здесь…
Шарлотта выходит. Лени — в хорошо обставленной гостиной Лос-Анджелеса. Она берет со стола маленькую камеру и изучает ее. В дверях появляется силуэт мужчины, он очень похож на Гитлера. Лени поднимает голову..
Лени. Герр Дисней.
Он тепло пожимает ее руку.
Дисней. Мисс Рифеншталь. Уолт. Простите за всю эту суету.
Лени. Ничего… Все хорошо.
Дисней. Мне неловко. Но нынче люди жаждут крови Вы… совершили такое долгое путешествие, а я такой плохой хозяин. Можно предложить вам что-нибудь выпить? Хорошо.
Он начинает готовить ей и себе коктейли.
Давайте не будем говорить обо всей этой гадости, что творится за окном. Я хочу поговорить с вами о ваших прекрасных фильмах.
Лени. Вы очень добры…
Дисней. Вовсе нет, мисс Рифеншталь…
Лени. Лени,… пожалуйста.
Дисней. Ну ладно! Лени.
Он протягивает ей напиток. Разглядывает ее некоторое время. Признается.
Наши фильм соперничали друг с другом в Венеции, вы это знаете.
Лени (Смущенно). О, да…
Дисней. …Я узнал от своих шпионов, как ваша великолепная тяжеловесная «ОЛИМПИЯ» сокрушила мою маленькую «БЕЛОСНЕЖКУ». Вообще-то это была не совсем справедливая борьба. Я ведь делаю только… фильмы для детей. Но в отличие от того, что вы, может быть, слышали, я был горд, что проиграл такому, как я слышал, выдающимуся достижению.
Лени. Спасибо… но вы не должны… ваш фильм. Мне он так понравился.
Дисней. Вы его видели?
Лени. Да.
Дисней. Ну… и что вы думаете?
Лени. Он полон волшебства.
Дисней. Ага. Дети это любят.
