— возвращается прежний Шахов. Да, метаморфоза была недолгой. — Что, боишься меня?
Кхм…Как горячей волной окатывает. Мудак есть мудак! Раздражение, как красный перец забивается в мои ноздри. Что он себе вообразил? Пусть его куры боятся, которых он собирает в качестве своего личного удовольствия. А со мной обломится. Не собираюсь прогибаться под этого самовлюбленного придурка.
— Кого? Тебя? С чего бы?
Никита, как всегда, окидывает меня уничижительным взглядом и, молча, надев очки, начинает плыть по своей дорожке. Он и тут профессионал, идеальный прям везде! Ему бы еще характер человеческий. О чем я думаю, какой ему характер? Доброта и Шахов не совместимы! Но мне нужно ему доказать, что я его не боюсь, поэтому я тоже отправляюсь плыть по своей части. Надо не отстать. Надо как-то догнать и утереть нос этому надменному шизоиду, который девушек за людей не считает. Временное нормальное отношение буду считать его помутнением. Как, там…ретроградный Меркурий в какой-то фазе Луны.
Сосредоточившись, плыву на своей дорожке и максимально прикладываю усилия. Увлекаюсь так, что забываю, что Шахов рядом. Вот так молча мы и дорабатываем свое время. На последней минуте задыхаюсь, он меня загонял. Никита легко выпрыгивает на край бассейна и смотрит на меня, ждет пока вылезу. Но что-то не хочется. Пусть идет. Подплываю и сижу в воде. Понимает. Раздраженно созерцает и, потеряв терпение, тянет мне руку.
— Ну? Долго ждать? — мечет молнии — Или ночевать остаешься?
Очень хочу его обозвать. Прям матом! Но вместо этого тянусь, вкладываю кисть в его крупную ладонь. Шахов дергает меня, и словно пушинку, за секунду вытаскивает из воды. От неожиданности я не могу устоять на ногах, слишком стремительным был рывок, и Ник поддерживает меня за талию, чтобы мы вдвоем не рухнули в бассейн назад. Но какого-то рожна теряем равновесие, и он перехватывает меня снова, топчемся на месте, как медведи. Верещу от внезапности.
— Ник, держи меня! Ой, Никиточкаааа, пожалуйстаааа!!!! Мама, сейчас упадем!!!
Неожиданно у Шахова прорывается смешок, и он крепче прижимает меня, надежно фиксирует в своих руках. Все это занимает секунды, а сознание восприятия растягиваются в голове в медленные события и тянется по этим самым ощущениям. Наконец, мы стоим и не падаем.
— Все, Никит, спасибо! — отскакиваю из его рук словно резиновый мяч.
— Да на здоровье. -нейтрально тащит слова — Неплохо плаваешь. Есть выдержка.
— А ты меня проверял, что ли?
Он смотрит на меня, словно я идиотка и бросает.
— Ну а ты что подумала? Хотел посмотреть на что ты способна.
— Посмотрел?
— Да. — спокойно отвечает, очень спокойно — Сойдешь.
От этой характеристики замираю. Оторопело смотрю в спину удаляющемуся Шахову. Мудак он и есть мудак! Робот, а не человек! Больше не поведусь на его якобы хорошее отношение. Не создан Никита для этого, просто не создан!
7
Вытираю тело насухо. Гоняю кровоток. Под кожей гудят горячие волны, разогревают красную жидкость. Все это время держу в голове образ Романовой. Стоит перед глазами тонкая фигурка, кудри эти ее дурацкие и нелепые. Какая-то она…на львенка похожа. Видел, как она плыла, когда захватывал воздух. Все же не смотря на то, что Лена мелкая и тощая, выдержка у нее какая надо. Признаю. Выносливая девочка. Увлеченно отдается делу, которым занимается на данный момент, что в трубе, что в бассейне.
Правда есть один недостаток, при раздражении шипит и выпускает когти, пытается царапаться. Смешная, похожа на бурчащего котенка. Милая, блядь, пока молчит, а только что не понравится, мигом фыркать начинает и не отступает. И это меня бесит. Огрызается, пытается сопротивляться пока не словами, а всем видом своим независимость показывает. Упрямится! Не знает еще, что сломаю, ведь на раз-два.
Натягиваю одежду на взбудораженное тело. Неспеша собираю сумку.
Я устал, даже думаю лениво. Нет, не от физического напряга. Просто опустошение заполняет мой мозг. Начинает что-то неясное напрягать, подзагоняюсь понемногу. Отчего? Да, наверное, как эта херня с Потаповой началась, так и плющит меня, но пока только раскачивает и почти безболезненно подворачивает, а все же досаждает . В небо хочу до зубовного скрежета, до судорог. На хрен завтра универ, поеду в аэроклуб. А вечером у Дэна подвиснем, тусу организуем покруче и расслабимся. Потрахаюсь, наконец, по-человечески.
С этими мыслями запираю раздевалку, сдаю пластик и иду на выход. На улице вдыхаю свежий воздух, запрокидывая голову вверх. Хорошо! Передернув ремень сумки на плече, шагаю вниз по ступенькам, ищу в кармане штанов ключ от машины. На скамейке, в небольшом скверике, вижу скрюченную фигурку. Это что за…? Девушка сидит, опустив руки на колени, и свесив неудобно на них голову. Будто ей в один момент стало плохо. Подхожу ближе. Да это же Романова! Ускоряю шаг. Скребет смутная тревога.
— Лен! Лена! — присаживаюсь перед ней и поднимаю спадающие волосы.
Она с трудом отрывается, смотрит мутным взглядом и почти заваливается на меня. Да что с ней? Сажусь рядом и медленно распрямляю девушку. Делать нечего, приходится обнять и прижать к себе, чтобы не навернулась и не разбила лицо об асфальт. Беспрекословно прижимается к моему плечу и тяжело дышит.
— Что с тобой? — поворачиваюсь к ней ближе.
Романова запрокинула голову, и я четко вижу бледные губы, которые находятся от моих совсем рядом. Отодвигаю свое лицо дальше от нее, не хочу, чтобы ткнулась ненароком.
— Романова! — продолжаю звать — Да что случилось? Лена!
— Ник. — еле слышно шелестит — У меня голова закружилась. Так сильно шатает, что идти не могу.
— Только голова?
— Да. — шепчет она и сильнее наваливается на меня. — Такое бывает. Перенапряглась сегодня. Сейчас пройдет.
— Где? В бассейне?
— Да. — еле ворочает языком. — Ты не очень доволен, что я пришла к вам. А мне очень хочется в вашу команду. — бормочет она. — Правда. Я и старалась плавать. Я сильная, Ник и упорная. Фрифлай моя мечта. А ты
