Читаем без скачивания Путешественник во времени - Генри Ченселлор

— Завтра я занесу вам подарок. Глория, моя экономка из Перу, готовит шоколадные кексы по старинному индейскому рецепту. Апельсины, корица, цветы лайма и… не больше щепотки красного перца.

— О боже!

Тетушка в предвкушении захлопала в ладоши.

— Его запах может оказаться довольно сильным, — добавил Жерваз. — По крайней мере, так я слышал — должен признаться, у меня крайне слабое обоняние. Но пусть это вас не смущает. Вкус у него приятный.

— Значит, до завтра, — подытожил Джос, открывая дверь.

— Именно. Идем, Лотос!

Дон Жерваз, прищелкнув пальцами, сбежал по ступенькам к сверкающему коричневому «бентли», открытую дверцу которого уже придерживал водитель.

— Спасибо, Хамфри, — пророкотал дон Жерваз, садясь в машину.

Хамфри, похожий на индейское божество и явно неловко себя чувствующий в твидовом костюме в мелкую клетку, резко кивнул.

— До свидания, мистер и миссис Скаттерхорн, — улыбнулась Лотос, протягивая руку. — Мне так у вас понравилось.

— Рада была познакомиться с тобой, милая, — проворковала Мелба.

Девочка повернулась к Тому и протянула руку. Он пожал ее без особого воодушевления.

— Пока, Том. Навести меня как-нибудь. Знаешь, ты мой единственный друг в Дрэгонпорте.

Мальчик вымученно улыбнулся и уставился на ступени лестницы.

— Вы все так добры.

Том, дядюшка и тетушка стояли на пороге и смотрели, как Хамфри закрывает за Лотос дверцу машины.

— Никогда не доверяй Кэтчеру, — прошипел сквозь зубы Джос, когда «бентли», зарычав, тронулся с места.

Дон Жерваз с усмешкой помахал рукой.

— А мне он показался обаятельным, — возразила Мелба, улыбнувшись ему в ответ. — Странноватым, конечно, но обаятельным.

Со своей стороны, Том не знал, что и подумать. Он никак не мог забыть эти бледно-зеленые глаза, которые, казалось, смотрели сквозь череп прямо в мозг.

— Ему что-то нужно, не обольщайтесь, — просипел Джос, с шарканьем вернувшись в музей и тяжело присев на ступени лестницы. — Остается лишь гадать, что именно, — добавил он, обводя взглядом окружающие его темные витрины.

Больше он ничего не сказал.

Вопросы, поднятые визитом дона Жерваза, не желали оставаться без ответа. После чая Джос решил составить список. В одном столбце он перечислил семнадцать причин, по которым многовековая вражда между Скаттерхорнами и Кэтчерами не могла закончиться, а во втором — одну-единственную, по которой она должна была закончиться, и то подсказанную Мелбой.

— У дона Жерваза есть деньги, — заметила она, занявшись вязанием варежек.

В этом она была права. Деньги казались ключом ко всему. Без них нельзя открыть музей, починить крышу, включить отопление и, что важнее всего, восстановить животных в их былом великолепии. Дядюшка Джос, глубоко запихнув руки в карманы, пристально изучал длинный список древних обид.

— Я не привередлив. Нам сойдет любой благотворитель, лишь бы у него хватало денег и он увлекался таксидермией, как…

— Дон Жерваз, — закончила за него Мелба, ловко работая спицами.

— Но он чертов Кэтчер! — Джос шумно выдохнул. — Да еще и такой чудной. Нет, он что-то замышляет, иначе и быть не может. Том, у тебя ведь припрятаны какие-нибудь карманные деньги?

Том улыбнулся и покачал головой.

— Что, совсем ничего? Проклятье. Ни кормежки, ни карманных денег — о чем только думают нынешние родители, а?

— А теперь пора в постель, — улыбнулась Мелба, отложив вязанье и протягивая мальчику горячую грелку. — Возьми с собой, она тебе пригодится.

— Спасибо, — благодарно отозвался Том.

— Должно быть, ты уже наслушался достаточно вздора для одного вечера.

— Давай-ка я провожу тебя в каюту, дружок, — предложил Джос, поднявшись и зашаркав к коридору. — Дадим этой треклятой батарее еще одну попытку.

Дядя первым поднялся по шаткой лестнице в крохотную спальню Тома. Открыв дверь, он увидел, что створки чердачных окон настежь распахнуты на ветру. В комнатке было холодно, словно в морге.

— Не слишком-то помогло, верно? — пробормотал Джос, замысловатым курсом пробравшись между коробками и захлопнув окно.

Том дрожал: от холода он едва мог говорить.

— Приступим, — сообщил дядя, наклонился и прижался ухом к батарее, от которой доносилось слабое потрескивание. — Давай посмотрим, не сможем ли мы вернуть эту старушку к жизни.

Он дважды постучал по трубе пальцем и прислушался.

— Вода на месте, — просипел он, — она просто не течет. Глянь-ка, что здесь написано?

— Сложно сказать, — ответил Том, посмотрев на ржавую надпись мелким шрифтом вокруг регулятора. — Похоже на иностранный язык.

— Скорее всего, голландский. Эта штука снята с минного тральщика, Том, ее еще мой отец ставил. Все по местам! — просипел он и начал медленно откручивать гайку.

Что-то зашипело, все громче и громче, пока не раздался хлопок. Из батареи вдруг брызнула струйка воды, и Джос тут же заткнул трубу пальцем.

— Что ж, вода там есть. Сойдет для начала. А теперь, — Джос свободной рукой похлопал по карманам, — очки…

— На кухне? — предположил Том.

— Нет-нет, раньше. Они должны быть где-то в музее.

Том на миг задумался.

— Может быть, на лестнице, где вы сидели?

— Точно, приятель. Не сбегаешь за ними? Как войдешь в дверь — налево по коридору и дальше через главный зал.

— Ладно.

— И не слишком задерживайся, а то тебе может понадобиться акваланг.

— Хорошо, — крикнул Том уже на бегу.

Мальчик пронесся по темной лестнице и по коридору к большой двери красного дерева. Повернув латунную ручку, он обнаружил, что вход не заперт и за ним в темноте притаился музей. Выключателя нигде не было видно. Может, вернуться и спросить Джоса, где тот находится? Нет, здесь недалеко, убеждал он себя. Он знает, куда идти. Том осторожно вошел в коридор и двинулся вперед, придерживаясь за стенку. Через несколько шагов он пожалел, что не захватил с собой фонарик, — было так темно, что он едва различал собственные руки, а ступни как будто и вовсе исчезли. Он вполне мог бы идти сейчас по краю обрыва и не подозревать об этом. Ему казалось, что до лестницы еще очень далеко. Но все же нужно было добраться до нее, прежде чем начнется потоп.

Том вслепую нашаривал дорогу, пока его пальцы не коснулись холодного стекла. Должно быть, он добрался до первой витрины. Обойдя ее, он вытянул руку и коснулся чего-то округлого и гладкого. Мальчик угадал в находке полусферу с колибри над зарослями и, прищурившись, даже различил крошечные темные силуэты на фоне листвы. Отлично, значит, он близко к главному залу. Почувствовав себя увереннее, он оторвался от спасительной стены и вытянул руки. Один шаг. Два. Три. Сколько осталось? Четыре…

— Ах!

Том отшатнулся назад. Что это было?

Тяжело дыша, он нерешительно потянулся туда снова и легонько провел рукой по чему-то мохнатому, пока не нащупал палец. И еще один рядом. Том поднял глаза, и ему показалось, что он различает длинный серебристый клык. Должно быть, это орангутанг, сидящий на дереве.

Ф-фух! Том перевел дух. Это всего лишь чучело, давно мертвое. Тем не менее ему совершенно не хотелось наткнуться на него снова. Упав на четвереньки, мальчик прополз через зал к лестнице, провел ладонью по ковровой дорожке до третьей ступеньки, где и нашарил что-то пластмассовое. Вот они, очки Джоса, — задание выполнено. Развернувшись кругом, Том вгляделся во мрак, где лишь смутно вырисовывались тени животных. Впрочем, не знай он, что это такое, впотьмах он вполне мог бы принять их за нагромождение мебели или даже камней. Лучше так и считать. Мальчик решил притвориться для себя, что это камни, и выбираться отсюда.

Обратно Том снова пополз на четвереньках, пока не наткнулся на стену коридора. Тогда, поднявшись на ноги, он на ощупь двинулся дальше и вскоре различил впереди очертания большой двери. Он уже почти дома, осталось всего несколько шагов.

Топ-топ, топ-топ, топ-топ…

Том застыл. Прислушался. Всмотрелся в темноту, но ничего не разглядел.

Топ-топ, топ-топ, топ-топ…

Мерный неторопливый звук доносился с дальнего конца коридора. Затем он словно бы свернул за угол, и Том услышал, как что-то со скрежетом застучало по каменному полу.

Топ-топ, топ-топ, топ-топ, топ…

Звук приближался.

— Эй?

Эхом раскатившийся по музею голос прозвучал слабым и тонким. Внезапно звук оборвался. Наступила тишина. Волосы Тома постепенно вставали дыбом. Он ничего не видел, но отчетливо чувствовал, что за ним кто-то наблюдает. Но кто? Возможно, та крыса! Крыса с жутковатыми красными глазами.

— Планктон? — крикнул мальчик громко и уверенно, насколько мог.

Сердце бешено колотилось у него в груди.

— Эй? — повторил он немного тише.

Взгляд никуда не делся. Всего лишь в нескольких футах впереди раздался шорох, а затем Том ясно ощутил, как что-то промелькнуло мимо него по коридору. Протяни он руку — и мог бы дотронуться до этого чего-то, чем бы оно ни было. Но он слишком испугался.