Крюков, решивший поначалу столь безобидно наказать своего доносчика, теперь затосковал. Его беззлобная на первый взгляд затея разрасталась уже в великое зло, ибо на карту была поставлена судьба человека, так как Найденова хватил удар и "скорая" увезла его в больницу. Пришлось вернуть тексты "бессмертных сочинений" Найденова обратно и сделать так, чтоб все об этом как можно скорее позабыли.
В те дни Крюков не находил себе места. Он, добровольно отказавшийся от злых деяний, тоже готов был поверить в то, что чья-то сильная рука, прознав об этом, нарочно подставляет его в такую ситуацию. Да и было кому. Еще лет триста назад, выйдя на широкую профессиональную дорогу, Азриэль основал профессиональный СТД (Союз тихих деятелей), "тихушники", как их звали в Поднебесной. Они творили зло втихую, без воплей и шума, как это делали тут же объединившиеся в свою организацию "шумовики" из Союза шумных деятелей. А теперь, пронюхав настроения Крюкова, члены правления СТД решили сделать все, чтобы не произошло утечки информации. Из СТД просто так не уходят и уж тем более, в Вечернюю страну, куда собрался рвануть Крюков.
Нервотрепка с Найденовым столь чувствительно отозвалась в Крюкове, что он не только ушел из музея, но и вообще переселился в Копьевск, став тренером по плаванию.
Часы пробили четыре утра. Крюков вздрогнул. Больше всего на свете он боялся петухов и часов с боем. "Кошмар наяву", - как сказал бы Петухов-отец. Надо же, и фамилия у него неприятная, бр-р-р!.. Может быть, любимый СТД почувствовал опасность и начал тихую войну против своего учителя и Мага. Сопляки!.. В Правление набилась молодежь, и они считают, что с ним можно как со слепым котенком, в ведре утопить?..
Буквально через день после встревоживших его мыслей Крюков привычным логическим методом установил, что "шумовик" скорее всего обитает в его же доме. Скорее всего "шумовик", уточнил Азарий Федорович, потому что "гул", услышанный им, шел на низких частотах, у "тихушников" частота звука высокая, благородная. Да и вряд ли "тихушники" послали своего присмотреть за ним. Во-первых, Креукс тотчас бы "своего" раскусил по тем неуловимым признакам, которыми обладают все "эстэдэшники", а кроме того, мог бы разразиться скандал, ибо никаких фактов у СТД пока нет, а наблюдение и прослушивание жизни Великого Мага запрещено Высшим Законом. Засушили бы их, как бабочек, и отправили в Гербарий. Креукс любил бывать там. "Надо же, - думал он, разглядывая какого-нибудь деятеля прошлых времен, - в этой сморщенной фигурке бушевал некогда дьявольский огонь?! Его боялись, при его имени трепетали целые народы?! Слова его с благоговением произносили миллионы простых смертных?! И вот теперь этот тиран наколот, как бабочка или червяк, и красуется униженно в своем бархатном гнездышке?! Нет, мы на эту булавочку не попадемся!.." Итак, кто же, кто же?! Петухов-отец?! Диссертацию он не пишет, а сидит в темноте, изрекая допотопные афоризмы... Не пишет, а прослушивает, прослушивает! - воскликнул Крюков. - Но тогда выходит, что и Маша заодно с ними, с этой выжившей из ума актрисой?! Боже, как трудно при этой демократии, когда все равны, никакой иерархии, каждый делает что ему вздумается, а Старик одни детективы читает. И словечко подкинул "плюрализм", плюй кто хочет, куда хочет, на кого хочет. Плюйские идейки!..
Крюков хоть и нервничал, но успел подсадить Лаврова в карету. Но связь вдруг оборвалась, а мальчишка все время читал книгу. Конечно же, любовь движет миром на земле, "шумовики" этого не понимают, а Азарий Федорович понимает... Нет срока давности на преступления! Я им покажу, нет срока давности!.. Есть, двадцать лет для смертных и сто для них, Деятелей. А сто лет прошло, и за ним ни одного трупа. Ни од-но-го!.. Пусть слышит, как я смеюсь, пусть знает!.. Ох, Эльжбета, Эльжбета, устал я, если б кто-то знал, как я устал!.. Как я тоскую по тебе, Эльжбета!.. Ты ведь слышишь меня!.. Я знаю, что слышишь!.. Слышишь и молчишь... И это страшнее всего!..
Глава 6
В ней мы наконец-то встретимся с Петуховым-отцом и узнаем о
голосах и смятении его души
Маша вздрогнула, услышав последние фразы Крюкова. Она бы не проснулась, если б старческий голос завывал о любви к Елизавете, Нине, Кате, но, услышав имя Эльжбета, Маша встрепенулась и, соскочив с кровати, подошла к окну.
По пустынному утреннему двору, зевая, ходила дворничиха Венера Галимзянова, а за ней, также лениво зевая, семенил английский той-терьерчик Марсик, весь черный, с огненно-красными подпалинами и стоячими в виде латинской буквы "У" ушами. Марсик был злобный и кусачий, но поскольку движущихся предметов для кусания не наблюдалось, то он, зевая вслед за хозяйкой, обнюхивал памятные места, повсюду ставя свои метки.
Маша все помнила. Даже вкус спелой земляники на поляне, он сохранился на губах, на языке, помнила и остальное, все подробности разговора, и раздражение бабушки...
Она вспомнила про вербену, пошла на кухню заваривать из нее чай. В половине седьмого, повинуясь многолетней привычке, поднялся Петухов-отец. Проходя мимо кухни, он застал странную картину: дочь заваривала чай, а ходики с кукушкой показывали 6.30! Эта соня, которую и в девять пушками не разбудишь, в такую рань хлопотала по хозяйству. От неожиданности Петухов-отец, лишившись дара речи, скрылся в туалете и долго там размышлял о невероятных переменах, не зная чему приписать столь резкий скачок в биоритмах дочери.
Маша тем временем приняла горячий душ, томимая странными волнительными предчувствиями, точно решалась ее судьба, а вытираясь полотенцем, вдруг заметила, что тело ее заметно вытянулось и она из "тумбочки" чуть вылезла, внезапно постройнев. Поначалу Маша даже зеркалу не поверила и лишь после того, как на кухне Петухов-отец буркнул, что она похудела, сердце ее радостно затрепыхалось: неужели, неужели?! Петухов же пил настой вербены с куском торта "Праздничный", и Маша только сейчас поняла, что натворила.
- Зачем ты пил, не надо было это пить!.. - в отчаянии крикнула Маша, но Петухов лишь пожал плечами.
- Зачем же в заварном чайнике заваривать? - недовольно пробурчал он, сохраняя спокойствие духа. - А что за траву добавила? Не отрава, надеюсь?!
- Бабушка говорит вербена, - тяжело вздохнула Маша.
Петухов-отец только через полчаса обратил внимание, что дочь его употребила настоящее время по отношению к умершей бабушке. Он недовольно хмыкнул, долго соображая, что это могло бы значить, но так ничего и не придумав, снова переключился на поиск нового государственного устройства в своей вымышленной Вечерней стране (Вечерней, потому что эта идея ему пришла вечером, когда он сидел в темноте и писал диссертацию). Пять видов государственного устройства, изобретенные еще Платоном, Петухова-отца не устраивали. Аристократический, при котором у власти стоят лучшие люди, аристократы, его не устраивал, потому что, во-первых, их не так много, а потом оценка "лучшие" - "худшие" довольно относительна. Второй вид тимократия, когда у власти стоят люди богатые и честолюбивые, тоже никуда не годится, третья демократия - это разброд, шатания, на каждого не угодишь, если приноравливаться ко всем и давать свободу, олигархия почти тоже, что и аристократия, а тирания само собой плохо, уже натерпелись и навидались!.. Додекархия, как в Египте, когда одновременно правили двенадцать царей, ничего хорошего не принесла. Достоевский, к примеру, считал, что нет ничего лучше конституционной монархии, то есть власти царя, но ограниченной Конституцией, но это его личное дело, а Петухову-отцу надо найти такой вид государственного устройства, который был бы наилучший. До сих пор никто всерьез государственным устройством не занимался, иначе не впали бы они в крутую азиатчину с деспотом-монархом, который истребил столь великое число людей, какое не снилось и Калигуле. Поэтому лучше заранее придумать такое, отчего человеку станет легче. И жизнь сразу приобрела для Петухова ясность и смысл.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
