больше нечем. Ветрянка – противная болезнь, но в большинстве случаев не смертельная. А в этом мире иммунитет у всех ломовой, может, и обойдется.
Ближайшие дни показали – не обошлось. Заболел весь город, за исключением пожилых людей. Их тут было немного, в основном состоятельные торговцы и чиновники, у кого имелись деньги на поддержание здоровья, но эти перенесли ветрянку ранее и имели иммунитет. Я сама не заразилась. Может, перенесла заболевание в детстве, кто ж знает, может, эльфы к нему в принципе не восприимчивы, а я все же больше пошла в мать.
Ребят успела подлечить, пока не начались массовые вспышки болезни, и, что немаловажно, убедить, что раз они переболели, то теперь не заразятся. После демонстрации навыков, да еще и без лекарского дара, мой авторитет возрос до небес, и они послушались.
И несмотря на то что ребята были в ауте от случившегося, они запоминали, как ухаживать за теми, кто поправлялся медленнее, и правила, которые в будущем помогут им сохранить здоровье без обращения в лечебницу. О них никто никогда не проявлял заботы и не помогал просто так.
Почему это делала я? Ну… Наверное, из-за поставок спиртного, из-за чего же еще?
– Так-с… Эта травка помогает при высокой температуре. А эта…
Пока была эпидемия, лечебница никого не принимала. Как вам логика? Вроде как с такими массами пациентов лекари справиться не могут. В это время банда еще больше стала меня ценить: им-то я передавала инструкции через окно больницы, которую законсервировали лучше, чем во время набегов орков.
Зато я все же успела стащить из библиотеки книгу по травам и посвятила все свободное время на ее изучение. Она была огромная, и, вынося ее, я очень рисковала… Но я же верну! Надо чем-то заниматься во время карантина. С другой стороны, это слабое оправдание, и все время заключения меня грызла совесть.
Нет сомнений, чутье плюс энциклопедические знания этого мира сделали меня уверенным пользователем трав. И я уже не боялась никого отравить. Ну, почти. Моральные принципы не позволяли проводить опыты на живых существах, и пока я держалась.
Дар тоже вроде бы слушался, я научилась его «включать» и «выключать» по своему желанию, а не когда ему приспичит. Но я все еще шпионю за лекарями в надежде узнать какие-нибудь секреты. Безрезультатно. Расспрашивать в открытую опасаюсь: вдруг они спросят, откуда у меня такой странный интерес? И пока не все понятно с функционированием организмов разных рас. В мертвом состоянии тел я особо сильных изменений не заметила. А в живом?
Одно отличие есть точно: цикл женских дней у эльфийки более длинный, чем я привыкла. Раз в четыре месяца. И на днях эта проблема настигла меня. Страдала я – не передать словами, и готова была не вылезать из таза с водой. Но не всегда наши желания и возможности совпадают.
Начальник заметил мое настроение и предположил совершенно иное объяснение.
– Эл, чего такой грустный? Девушка бросила?
– Да, – уныло кивнула я.
Какая разница, кто что подумает, когда мир сер и невесел. Может, плюнуть на врачевание и бросить все силы на изобретение средств личной гигиены?
– Так и думал. А то уже начал переживать за то, что ты часто прикладываешься к бутылке. Часто нельзя, а то привыкнешь и умрешь.
Ага, значит, алкоголизм существует и здесь.
– Не стоят женщины наших жертв. А жену выбирай себе попроще, без претензий, тогда таких ситуаций избежишь. Не вешай нос, ты парень красивый, скоро новую найдешь, – утешал меня Богил, разулыбавшись. – И это… Ты бы мыл больницу поменьше, особенно могильник. Ребятам неудобно уже туда тела складывать, боятся запачкать. Очень ты старательный парень.
Начальник был мной доволен. Зачем разочаровывать и рассказывать ему, что я девушка, которая по ночам вскрывает трупы в морге? Не готов он к правде.
– Так закрыто все. Делать нечего.
– А ты читай, – предложил Богил.
Видимо, он не сталкивался с такой проблемой, как скука, лично. Говорить ему, что справочник по травам я уже практически выучила, не стоит. Если так подумать, то слишком много у меня секретов.
– А можно я за лекарями понаблюдаю? Они же лечат тех, кто остался здесь.
– Да здоровы уже почти все, и в городе зараза на спад пошла. Недолго нам еще закрытыми сидеть, но если хочешь – посмотри. Думаю, им-то все равно.
Все-таки хороший Богил мужик, тем жальче было его мне, когда он на следующий день покрылся сыпью. Переболеют почти все, это неизбежно. Нужно крепиться. А я между тем начала следить за лекарями с полного благословения начальства.
Теперь можно не боясь сунуть свой нос везде. Вперед!
Довольно щурившись на солнце, я сидела на площади и ела яблоко. В город постепенно приходило лето, а в моем понимании – адская жара. На Земле немного мест, где климат такой же, и там везде стоят кондиционеры. Тут… Даже ветерка нет, но имелся тенек. Да и могильник всегда к моим услугам, в нем прохладно и потолок еще не мытый. Богил махнул на меня рукой и смирился с мыслью, что у него на работе чище, чем дома. Так и живем.
– Эл…
Посмотрев на подошедших ребят, я перепугалась. Вид у них был решительный.
– Что-то случилось у вас? – всполошилась я.
– Мы это… Решили тебя отблагодарить! – сообщил Тиз.
– Может, не надо? – проблеяла я, стараясь быстро прикинуть, чем мне это грозит.
– Очень надо! Ты доверчивый и беззащитный. Жизнь нам спас, а за вино платишь.
А куда мне еще тут заработанные деньги девать? Может, одежды прикупить? Да, так и сделаю. Наверное…
– Ерунда, вы меня не убили, значит, мы в расчете.
Хмурый посмотрел на меня исподлобья и покачал головой.
– Мы решили научить тебя навалять, – сообщил Тиз. – Если с нами что случится, не выживешь.
– Что делать?
– Ну… Драться.
Я замотала головой, но меня никто не спрашивал. Приятели были решительно настроены сделать мою жизнь лучше. Помогите-е…
Ребята говорили, что без них я не выживу, а по-моему, гибель меня ждет, если они продолжат обо мне заботиться. Первое время обучения я ходила вся в синяках, а потом наловчилась бегать и уворачиваться. Тиз сразу гордо сказал, что у меня талант, но я думаю, это был инстинкт самосохранения.
Постепенно, сквозь мое сопротивление и при настойчивости банды, я освоила несколько приемов уличного боя, несколько обманок, чтобы получить преимущество в драке, и на этом все закончилось. Жить мне хотелось без синяков и переломов, да и ребята осознали, что ничего большего они от меня не добьются. Тем более
