и принялась продумывать план побега. Нужно же что-то делать, пока мы не ушли далеко от столицы. Богил, наверное, уже знает, что лишился ценного сотрудника. Пойдут слухи, что теперь орки воруют и мужчин. А еще я не успела привести в порядок последние трупы в морге. Вот они удивятся творившемуся там бесчинству.
Бросив взгляд на отряд около костра, я отметила, что одежда у орков более-менее похожа на людскую, прически – тоже, разве что цвет волос разный. В остальном – мужчины как мужчины. Ведут себя получше, чем некоторые люди. Речь более правильная. Интересно было бы изучить их поведение…
Словно услышав мои мысли, снова поднялся со своего места укравший меня орк, виноватый во всех новых бедах. Неторопливо приблизился, встретился с моим мрачным отчаянным взглядом и осторожно поставил передо мной миску с едой. Достал нож, я подобралась… окинула его взглядом и загрустила. Даже если у меня, а не у него, будет топор, я вряд ли выиграю в этой схватке.
Орк же просто перерезал на мне веревки, предупредив:
– Бежать бесполезно, мы уже далеко от столицы – не дойдешь.
Верить ему или нет? С одной стороны, я впервые вижу этого клыкастого. С другой – а смысл ему врать? Чтобы не сбежала? Сомневаюсь, что будет толк: все равно поймают. Женщины рядом со мной строят такие планы, мой острый слух улавливает их разговоры, несмотря на то что они делают все возможное, чтобы их скрыть.
Интуиция шептала пока не переживать и присмотреться. Решив ей довериться, я взяла миску с едой и приступила к трапезе. Если я умру от голода, никому лучше не будет.
Зур
Этот набег был незапланированным, просто так сложились обстоятельства. Ребятам было скучно, и мы решили развлечься. Кто же знал, как простое, казалось бы совершенно незначимое решение, изменит жизнь племени.
Орки довольно самодостаточный народ, обеспечивающий себя всем необходимым. Редко мы прихватывали что-то ценное в набегах, если только приглянется конкретная вещь. Так как ущерба почти не наносили, люди закрывали на нас глаза. Единственное, в чем мы нуждались, – это женщины. За ними нужда и гнала нас в людские города.
Довольно давно у орков стало меньше рождаться женщин. Вернее, не так… Сначала умирали шаманы, которые отвечали за врачевание, магию и различные общественные аспекты нашего общества. Приходило их время, а новых, с даром, не рождалось. Со временем не осталось никого.
Истинный масштаб проблемы мы поняли не сразу, пока перекос численности между мужчинами и женщинами не стал колоссальным. И ситуация продолжала ухудшаться. Мужской плод нашего вида сильнее, и при родах он выживал, женский в большинстве случаев погибал. Часто – вместе с матерью. А помочь было некому.
Пока эта ситуация решалась набегами, мы воровали женщин у людей. У них их много, и они были не против, если мы утащим несколько. По ауре определяли пол и есть ли у женщины сильные чувства к другому мужчине. Со временем поняли свою промашку: в человеческих землях часто практиковался брак по расчету. После этого мы стали проводить разведку и намечать жертв заранее.
В этот раз спонтанный порыв отправил нас на людские земли, я незапланированно, мельком взглянув на ауру, прихватил девушку. Разглядев добычу, решил, что со мной что-то не так и я стащил парня, а бросать его было жалко. Когда же добыча очнулась и шапка слетела с головы… У нашего отряда был шок. Эльфов мы еще ни разу не крали. Они сложно приживаются, и мороки с ними много.
Судя по взгляду, она готова броситься на любого и перегрызть ему горло. Орки не бьют женщин: они ценный ресурс и нашего удара не переживут. Это табу. Особей, что нарушают данное правило, отбраковывают. Проще не связываться.
Кажется, у меня начинаются трудные дни. Она моя добыча, и до приезда домой за нее отвечаю я. Да и потом… Что она делала в людских землях? Судя по мешкам, явно приехала по делам. Но почему одна? Ждать ли погони следом?
Ко мне подсел Тырк и протянул фляжку с вином.
– Глотни, тебе явно нужно.
Я молча принял фляжку и пригубил. Крепкого мы в походы не брали, а этот напиток приносит лишь расслабленность, но не хмель. Потерев лицо рукой, я вздохнул.
– Ну, не расстраивайся. Ты дал, конечно… Но, может, приживется?
Я с тоской покосился на друга и снова вздохнул. По приезде вождь устроит выволочку, и в поход мне цикл точно не ходить. Вновь посмотрев на добычу, я поймал ее хищный взгляд и невольно подобрался. Что-то изменилось, и девушка приняла для себя решение. Теперь бы понять: чем оно нам всем грозит?
Эйлинель
Немного отойдя от факта, что меня украли и обокрали, поев, я немного расслабилась и стала внимательнее осматриваться по сторонам. Что мы имеем?
Вокруг глухой лес. Даже тропки нигде не видно. Остается загадкой, как в нем ориентируются орки. С другой стороны, по сути, мне все равно, лишь бы не потерялись вместе со мной.
В отряде пять особей. Это они таким маленьким количеством совершают набеги? А шуму каждый раз, будто бы армия напала. И что же будет, если действительно нападет армия?
Орки – это очень крупные мужчины в прекрасной физической форме, но это я поняла еще в морге, а вот их поведение было занятнее. Создавалось впечатление, что они куда более развиты, чем люди. Тогда зачем воруют женщин? Пока с нами они ничего плохого не сделали и даже покормили. В чем же причина?
Если мои выводы верны и орки куда более современное общество, то судьба подарила уникальный шанс сменить место обитания.
К тому мужчине, который меня украл, подошел другой и подал ему флягу. Мне явно не рады. Снова расизм? Чем это может грозить? Куча вопросов, и все пока без ответов.
Похлопав друг друга по плечу, они бегло поговорили обо мне. С острым слухом я все прекрасно слышала и вынесла следующее. Меня не собираются убивать. И надежда, что орки намного более развитый вид, чем люди, укреплялась все сильнее. А значит, я любыми способами должна у них прижиться. Если для этого нужно выйти замуж, то я выйду. Что такого? Я красивая. Должна же от этого быть хоть какая-то польза. А еще я лечить умею… Вот!
Раньше подобные события выбили бы меня из колеи и повергли в уныние и панику, а вынужденное замужество вызвало бы отторжение. Но человек ко всему привыкает. Полуэльф – тем более. Я уже приличный срок живу в
