Самое ужасное, что она хотела, даже несмотря на то, что Рафаэль обнимал ее исключительно для глаз репортера! Но это, как он не преминул ей напомнить, всего лишь игра, ничего, кроме физиологии. Она не затрагивает чувств — во всяком случае, его, — и ей не стоит забывать об этом.
Наконец Наташе удалось вырваться.
— Нет, спасибо. Я хочу увидеть Сэма… а потом повесить всю эту красивую одежду, пока она не слишком помялась.
В доме она нашла Сэма спящим в гостиной, как и сказал Рафаэль. Она постояла, глядя на свернувшееся клубочком маленькое тельце, понимая, что в скором времени ей придется забрать своего ребенка от человека, которого он полюбил почти как отца. Но Рафаэль ему не отец, и что еще ей остается? Она наклонилась и погладила мягкие волосики мальчика.
Войдя в комнату, Рафаэль увидел, как Наташа склонилась над своим сыном, но сейчас он смотрел на нее будто на совершенно незнакомую женщину. Да, она примерная мать и надежный работник, и все же сегодня словно кто-то взмахнул волшебной палочкой, и вот перед ним стоит совсем другой человек. Где же та Наташа, которую он знал?
Рафаэль сказал ей, что у него определенный вкус в отношении женщин, но он никогда, даже в самых безумных своих мечтах не представлял, что Наташа волшебным образом превратится в олицетворение его идеала женщины. Не повредит ли это задуманному плану? Рафаэль безжалостно подавил новую вспышку желания, понимая, что не может этого позволить.
Зазвонил его мобильный телефон, и Рафаэль вышел из комнаты, чтобы ответить. Это был Трой, чей голос звучал озадаченно и в то же время довольно.
— У меня на линии только что был редактор «Дейли вью» с сообщением, что тебя видели целующим роскошную блондинку возле дома, и они хотят комментарий, — сказал он. — Что происходит, Рафаэль? Ничего не понимаю. Я думал, что роль приманки будет исполнять Наташа. Так кто же это был? Кто эта таинственная женщина?
— Нет никакой тайны, — ответил Рафаэль с оттенком удовлетворения, источник которого не смог определить. — Это и была Наташа.
Последовало потрясенное молчание.
— Наташа?
— Да, Наташа, — холодно отозвался Рафаэль. — Что до комментариев — их нет. Но ты можешь упомянуть, что я приду с этой роскошной блондинкой на благотворительный обед в понедельник и на ней будет мое обручальное кольцо.
ГЛАВА ШЕСТАЯ
— Наташа! Ты где?
— Сейчас иду, Рафаэль! — отозвалась Наташа, услышав нотки нетерпения в его голосе, и повернулась к сыну. — Спокойной ночи, дорогой, — сказала она, чувствуя себя так, словно оставляет его на месяц, а не на один вечер.
— Спокойной ночи, мама, — пробормотал мальчик и улыбнулся. — Ты красивая.
Наташа зябко поежилась, непривычная к столь открытой одежде, хотя и знала, что на других женщинах на благотворительном обеде будут примерно такие же платья.
— Ты уверен, что не против побыть с няней? — обеспокоенно спросила она уже в который раз.
Сэм покачал головой.
— Нет, мне нравится Анна. Она смешная. Поет песни в расческу!
Наташа выдавила улыбку.
Анна, студентка театрального колледжа, в самом деле была живой и веселой и обожала Сэма, но Наташа впервые оставляла ребенка с няней. А вдруг что-нибудь случится, пока их не будет?
Сказав себе, что это все нервы, Наташа направилась вниз, в холл, где уже ждала Анна, которая разговаривала с Рафаэлем. Они оба подняли глаза, когда Наташа стала осторожно спускаться по широкой лестнице, шурша шелком длинного красного платья.
Казалось, потребовалась целая вечность, чтобы добраться до последней ступеньки, особенно потому, что Рафаэль не спускал с нее своего темного, пылающего взгляда.
— Ну, вот и я, — бодро проговорила она. Последовала секундная пауза.
— Я вижу. — Взгляд Рафаэля был твердым, пока он наблюдал за ее осторожными движениями. Он привык видеть Наташу в джинсах и кроссовках, шустро летающую по дому. Но эта Наташа двигалась по-другому — возможно, из-за этих убийственно высоких шпилек, которые были на ней. Интересно, надеты ли на ней чулки под этим ярким шелковым водопадом? Рафаэль почувствовал знакомое напряжение в паху. — Подойди сюда, к свету, и дай мне как следует поглядеть на тебя.
Он слегка отступил и окинул ее внимательным, задумчивым взглядом, каким люди разглядывают картину в. галерее. Словно я экспонат, негодующе подумала Наташа, но тут же напомнила себе, что глупо злиться. Она прекрасно знала, на что идет. Все так, как и должно быть. Это игра.
Девушка чуть приподняла голову, ощущая тяжелую массу волос, уложенных в высокую затейливую прическу парикмахером, который приезжал специально для этой цели. Платиновое кольцо тоже казалось тяжелым — слишком громоздким для ее тонких пальцев.
Решив, что поехать и купить кольцо, как делают все простые смертные, в свете исключительных обстоятельств будет неуместно, Рафаэль заказал драгоценности на дом, как другие заказывают еду на вынос!
Целый поднос обручальных колец был привезен домой на машине с тонированными стеклами в сопровождении двух здоровых охранников, ювелира и эксперта по камням. Прежде чем сделать заказ, Рафаэль спросил у нее, на какие камни она бы хотела посмотреть.
— Даже не знаю, — призналась Наташа.
Рафаэль нахмурился.
— Ну, должны же у тебя быть какие-то мысли!
— С какой стати? Я об этом как-то не задумывалась.
— Нет? — В его голосе прозвучало искреннее недоумение. — Мне казалось, что все женщины мечтают об обручальных кольцах.
— Возможно, в твоих кругах и мечтают! — огрызнулась оскорбленная девушка.
— О, разумеется, — он цинично рассмеялся. — Еще как мечтают.
Странно, но это заставило Наташу задуматься. Конечно, он завидный жених, она это прекрасно знает, но всегда полагала, что его можно любить за одну только харизму. Однако у Рафаэля имеются богатство и власть, а также прекрасное тело и лицо падшего ангела. Не делает ли это его желанным для каждой женщины? Желая защитить Рафаэля от таких коварных интриганок, Наташа почувствовала, как ее сердце смягчилось. Впрочем, она вовремя вспомнила, что Рафаэль вполне способен сам позаботиться о себе.
— Доверяю выбор тебе, — уклончиво сказала Наташа, поскольку отчасти не хотела иметь ничего общего с кольцом. Не хотела, чтобы оно что-то для нее значило.
Рафаэль указал на крупный бриллиант, и Наташа ощутила нелогичное разочарование, ибо холодный блеск камня был лишен какого бы то ни было чувства.
— Прекрасный выбор, синьор де Феретти, — одобрил ювелир.
Рафаэль повернулся к ней:
— Тебе нравится, cara?
— Он великолепен, — ответила Наташа. Заметил ли Рафаэль, как она поморщилась, когда он надевал кольцо ей на палец?
