– Не уходите, – остановил ее Патрик. – Нам надо поговорить.
Опять опустившись на стул, Лу открыла ноутбук, достала ручку и приготовилась.
– Писать не придется.
Все нужно было делать не так. Дождался бы вечера, повел бы ее куда-нибудь выпить… Но отступать уже поздно. Он должен сказать, а там будь что будет.
– Это личное.
– О! – Она положила ручку и уставилась на него.
Патрик не хотел откладывать дело в долгий ящик, но в том, как оно пойдет, уверен не был. Он встал из-за стола и принялся ходить по кабинету взад-вперед, сунув руки в карманы и насупившись.
– Я подумал над тем, что вы говорили, – сообщил он, остановившись, наконец, у окна.
– Что я говорила? Когда?
– В тот вечер в Ньюкасле.
Еле заметный румянец окрасил щеки Лу. Опять тот вечер, и как раз когда она, наконец, простила себя, надеясь, что инцидент исчерпан и забыт.
– Не стоит принимать всерьез все, что я наговорила в тот вечер. Слишком много шампанского.
– Вы говорили, чтобы я подумал о женитьбе на вас. Я это сделал и счел, что вы правы. Я думаю, мы должны пожениться.
Глава пятая
– Ну что ж… – Лу склонила голову набок и сделала вид, что думает. – Нет.
– Нет? – Он был разъярен.
– Нет, – твердо повторила она. – Это отвратительно! Патрик, я не собираюсь выходить за вас замуж! Найдите себе кого-нибудь другого – я для решения ваших сексуальных проблем не гожусь!
– Минутку, но это была ваша идея!
– Не верю, что вы приняли ее всерьез, – так же сердито ответила Лу. – Господи, да я весь вечер лакала шампанское!
– Вы были очень убедительны!
– Я была бы не столь убедительна, если бы знала, что вы воспользуетесь моей шуткой для оскорблений!
– Я попросил вас выйти за меня замуж! В чем оскорбление?
– За кого вы меня принимаете? Вы и впрямь думаете, что я выйду замуж за мужчину, которого не только не люблю, но который мне совсем не нравится, несмотря на все его деньги? Который заявляет, что не хочет заботиться о моих детях? Который находит меня непривлекательной, но рассчитывает на согласие, потому что я нахожусь в отчаянном положении? Должна сказать вам, Патрик, для меня это большое оскорбление. Я выслушивала разные предложения, но ваше даже сравнить не с чем!
– А что, нужно пасть на колено и бормотать романтический вздор? Не ждете же вы, что я буду признаваться вам в любви!
Лу холодно объяснила:
– Я жду от вас уважения.
– Я был честен!
– О, да. Вы предельно честны. Выдумаете, что можете купить меня так же, как покупали других женщин. Что ж, у меня мало денег, но я не продаюсь! Я хочу, чтобы мои дети верили, что вместе можно жить только по любви. Они не глупы, им не понравится, когда до них дойдет, что вы таскаетесь по своим… шлюхам… а, появляясь дома, когда вам заблагорассудится, обходитесь со мной как с домработницей.
Гневные слезы уже вплотную подступали к глазам, и она повернулась к двери:
– Извините, если в Ньюкасле я произвела на вас такое впечатление. Надеюсь, вы забудете тот разговор. Я, конечно, тоже постараюсь.
– Как угодно, – таким же ледяным тоном ответил Патрик.
– Я принесу вам отчеты на подпись, как только закончу. – И она вышла, аккуратно закрыв за собой дверь.
Только тогда Патрик дал выход своим чувствам. Как она может так разговаривать и так уйти! Он – Патрик Фарр! И он всегда получает то, что ему нужно! До сих пор получал… Он великодушно предложил ей разрешение всех ее проблем. У нее есть другие идеи, чтобы отказываться?
Что ж, не хочет выходить за него замуж, и прекрасно! Он обошелся бы без этого унижения, но и оно не помешает ему жить так же счастливо, как прежде. Он не из тех, у кого уже нет шанса изменить свою жизнь.
– Мам, мне нужны кеды, – приветствовал ее Том, когда она вернулась с работы.
Сердце Лу замерло. Том растет так быстро, что обувь приходится покупать каждые два месяца, и дело не только в цене, обувь еще должна быть определенной фирмы и модного цвета (в ее годы носили парусиновые туфли, и ничего).
– На следующей неделе купим, – пообещала она.
– Отлично! Можно я пойду, погуляю с Чарли?
Чарли был лучшим другом и соперником Тома.
Хороший мальчик, но иногда родители слишком его балуют. Впрочем, если бы она могла, то, вероятно, поступала бы также.
– Летом Чарли собирается в замечательный лагерь, – сообщил Том, вскидывая на худенькие плечи рюкзак. – На две недели получаешь персонального тренера, и можно попробовать себя в самых разных видах спорта! Вот бы и мне!
У Лу защемило сердце.
– Посмотрим, Том.
Лицо мальчика погасло.
– Это нечестно. «Посмотрим» – значит «нет». Я футболист не хуже Чарли, но у него будет самый лучший тренер, а я отстану, и в следующем году в команду попадет он.
Легко сказать: «Я делаю для своих детей все!» А что она действительно готова для них сделать? Задумавшись, она открыла холодильник и достала помидоры. Сегодня опять макароны. Дешево и сытно. Но иногда от этого варева тошнит. Перешагнув через хлам, раскиданный Томом, она полезла в стенной шкаф (в этой квартире все было рядом) и взяла металлическую банку, в которой еще оставалось немного масла.
Если она выйдет замуж за Патрика, в его доме хватит комнат для всех, не придется сидеть на голове друг у друга, и тогда, может, они не будут так раздражаться.
На улице стоял прекрасный летний вечер, но в их квартире всегда было темно, и виднелся только лоскуток неба, потому что окна упирались в стену здания напротив, даже садик позади их дома лежал в глубокой тени.
А вдруг у Патрика есть сад? Можно было бы выращивать там базилик, петрушку, и к макаронам всегда была бы свежая зелень. Можно было бы вдыхать их запах и подставлять солнцу лицо.
Нужно только выйти замуж за Патрика.
– Могу я с вами поговорить?
– Поговорить?
– Всего несколько слов. Я… я хочу извиниться за вчерашнее. Вы сделали отличное предложение. Я просто… от неожиданности слишком остро отреагировала. Извините.
Что-то изменилось в лице Патрика.
– Это я должен перед вами извиниться. Я не очень верно выразил свою мысль. Я потом об этом думал: неудивительно, что вы рассердились. Так что извините и вы меня.
– Дело в том… – Лу запнулась, не зная, как спросить, осталось ли его предложение в силе.
– Послушайте, а почему бы нам не начать все сначала? – пришел ей на помощь Патрик. – Только пойдемте куда-нибудь, где можно немного выпить и спокойно поговорить. Вам не надо забирать детей?
– Можно пойти. – Ей сейчас было бы очень полезно выпить.
Патрик бегло просмотрел бумаги:
– Это подождет до завтра. Пойдемте.
Пока они ждали лифта, пока спускались вниз, Лу признала, что он хорошо держится и совсем не так сердит, как она боялась. После вчерашнего большая наглость просить его жениться на ней… да еще не нагрузившись шампанским. И все же что и как сказать?
