По сигналу Скорпиона его люди присели.
— Пахнет жареным мясом, — прошептал Старик.
И он не ошибся.
Отряд образовал полукруг. Спутники Скорпиона медленно продолжили свой путь. Было новолуние, их тела покрывала защитная мазь, поэтому у них были отличные шансы обнаружить первый лагерь противника, оставшись при этом незамеченными.
Так и случилось.
Пятеро бородатых ливийцев жарили на костре зайца. Они шутили и смеялись, не подозревая об опасности. Луки и стрелы лежали неподалеку.
Атакующие действовали слаженно и молниеносно.
Кожаными шнурками Скорпион и его люди задушили ливийских солдат. Старик воспользовался моментом и сунул в рот кусок жареного мяса.
Но как узнать, насколько далеко отсюда основной военный лагерь? Скорпион пошел по тропинке, протоптанной, скорее всего, пятью убитыми врагами. Петляя меж зарослей тростника, она вела обратно к берегу.
Впереди послышались голоса.
И снова медленное осторожное приближение к противнику… Кто знает, с каким количеством ливийцев им придется столкнуться теперь? Старик замыкал шествие и постоянно оглядывался, желая убедиться, что их никто не преследует.
Скорпион первым разглядел на берегу реки стоянку чибисов. Двое молодых мужчин, три женщины и четверо детей. Все дружно жевали сладкие стебли папируса.
— Этих можно не убивать, — высказал свое мнение Старик. — Они не опасны.
— У меня есть идея получше: мы возьмем их в плен.
Маневр был выполнен безукоризненно. Правда, одна из женщин попыталась убежать. Солдат поймал ее и задушил. Испуганные соплеменники несчастной сбились в кучу.
Скорпион подошел ближе.
— Мне нужны ответы на мои вопросы. Если вы ничего не сможете мне сказать, вас убьют.
— Мы… У нас ничего нет! — завопил мужчина со шрамом на лице.
— Ты — раб ливийцев?
— Они заставляют нас ловить для них рыбу.
— Они близко отсюда?
— До ближайшего лагеря три сотни шагов.
— Отведи меня туда!
— Нет! Я…
Скорпион прижал нож к шее одного из малышей.
— Я сказал: отведи меня, или…
Мужчина вскочил.
— И если ты попытаешься мне навредить, мы вырежем всю твою семью.
Перепуганный чибис привел Скорпиона к небольшой крепости. На стене стояли лучники, единственный вход охраняли несколько копейщиков.
— И много здесь таких крепостей?
— Я не знаю. Но мой старший брат знает больше.
* * *
Мужчины, женщины и дети с изумлением смотрели на деревянные корабли. Скорпион решил вернуться к своим, прихватив пленников с собой. Он рассчитывал получить максимум полезной информации, прежде чем армия Нармера пойдет в наступление.
Он подробно описал крепость Нармеру, который был рад видеть своего названого брата живым и здоровым. Однако рассказ Скорпиона его встревожил. Неужели линия обороны, защищающая новые владения ливийцев, непреодолима?
Мужчина со шрамом и его рыжеволосый старший брат были перепуганы до смерти. Плененным мужчинам связали руки и ноги и оставили дожидаться решения их участи.
— Хотите пить? — вполне мирно спросил у них Скорпион.
Чибисы закивали. Старик принес им воды.
— Ты, рыжий, рассказывай все, что знаешь!
— Люди с луками сделали меня своим рабом и увели далеко на север. Они построили несколько десятков крепостей рядом с деревнями, жители которых теперь на них работают. Крестьяне умирают от голода, но тех, кто осмеливается бунтовать, убивают.
— И ты был внутри такой крепости?
— Нет. Моя работа была носить корзины с землей. Когда крепость достраивали, нас перегоняли на новое место.
— У ливийцев есть корабли?
— У них есть только лодки из папируса.
— Ты видел их предводителя?
— Нет, но ходят слухи, что он сильнее и страшнее самого духа тьмы! Солдат у него столько, что и не сосчитать, и они повинуются ему беспрекословно. Нас, чибисов, они скоро вырежут всех до одного.
Нармер слушал молча. Сведения чибиса оказались ценными, однако же они наводили на тревожные размышления. У него храбрые солдаты, но разве можно с такой малочисленной армией даже надеяться на победу?
— Я хочу есть! — сказал жалобно мужчина со шрамом.
С позволения Скорпиона Старик дал им по лепешке. По всей вероятности, эти недотепы больше не могли сообщить ему ничего ценного.
Жуя лепешку, рыжеволосый чибис то и дело поглядывал по сторонам, и во взгляде его было больше затаенной насмешки, чем страха за собственную жизнь. Да и тощим он не был, наоборот, как и братец, был довольно упитанным и крепким.
— А все ли ты мне рассказал? — равнодушным тоном спросил у него Скорпион.
— Все, господин!
Скорпион с такой силой ударил его по щеке, что рыжий завалился на бок.
— Ты никакой не раб ливийцев! Ты — шпион и предаешь свой народ! И твои родичи ничем не лучше! Смотреть противно! Вы все заслуживаете смерти.
Рыжий зарыдал в голос.
— Я не соврал тебе, господин!
Младший из братьев повалился Скорпиону в ноги.
— Если мы расскажем тебе правду, ты нас пощадишь?
— Это будет зависеть от того, насколько важной окажется эта правда.
— Ливийцы знают, что вы уже здесь! За вами все время следят шпионы Крокодила. Они приготовили вам ловушку!
— Какую еще ловушку?
— Когда вы поплывете дальше, на вас нападут ливийцы на лодках. Но их будет мало, и они вскоре начнут отступать. Вы погонитесь за ними, они укроются в маленькой заводи, к которой ведет один рукав реки. Лучники будут отстреливаться, но вы их перебьете, захватите лагерь ливийцев и соседнюю деревню и решите, что теперь вам ничего не грозит. Вот тут-то пасть хищника и захлопнется: со всех сторон набегут отряды ливийцев и возьмут вас в кольцо. И никто не сможет выскользнуть.
— Хороший план, — одобрил услышанное Скорпион.
— Господин… Теперь ты нас пощадишь?
— А ты что скажешь, Старик?
— Жулики они… Лучше от них избавиться.
— Думаю, я найду им лучшее применение. Эту банду предателей мы посадим в лодку и пустим впереди наших кораблей. Наши лучники легко их достанут. Пусть показывают нам дорогу!
Нармер стал искать возможность обойти вражескую западню и повернуть ситуацию в свою пользу.
9
К лодке с чибисами привязали веревку и закрепили другой ее конец на носу головного судна флотилии, украшенного двумя большими молниями — знаком присутствия богини Нейт. Таким образом, чибисы постоянно находились в пределах досягаемости стрел лучников Нармера. Ветер стих. Гребцы взялись за весла, и суда медленно поплыли по реке. Дозорные внимательно всматривались в заросли тростника и непроходимо густых трав.
