- Я так рад, что ты смогла присоединиться ко мне. – Немертвый хозяин дома жестом пригласил сесть напротив него. Я рухнула на стул, с беспокойством проверив пижаму, чтобы убедиться, что полностью прикрыта.
- Ты - очень необычная молодая женщина.
- Ты не первый, кто говорит мне это.
- Уверен, что так и есть, - кивнул он.
- Значит, я только что висела на потолке, верно? И это не вызванная Пи-Си-Пи[10] галлюцинация? – спросила я.
Он покачал головой.
- Как именно у меня это получилось?
- Ты будешь удивлена, на что способна, особенно в состоянии шока. – Он тепло улыбнулся. – Знаешь, твой ум – очень занятный инструмент. Он битком забит всякой всячиной. Даже теперь, в приступе паники, ты изучаешь и систематизируешь информацию на будущее. Я нахожу это довольно интригующим.
- Ну, спасибо что заметил, - сказала я, вставая. – А теперь я пойду домой и спущу в унитаз весь алкоголь, который мне удастся там найти.
В мгновение ока он оказался рядом. Прохладные ладони легли на мой лоб. Я хотела отодвинуться, избежать прикосновения этих изящных длинных пальцев. Вместо этого я сидела, словно громом пораженная, позволяя его пальцам соскользнуть на мои щеки. Губы Габриеля шевельнулись у моего уха, и он прошептал:
- Вспомни.
И снова в моей голове запустился сеанс кино.
Я видела их, вспомнила абсолютно все события, мелькающие калейдоскопом ярких красок. Видела, как померк свет, когда рухнула, словно подкошенная, в канаву. Как появился Габриель и поднял меня на руки. Мой разум дрейфовал в серой, туманной мгле, граничащей с бессознанием, но я могла слышать. И видеть. Он спросил, хочу ли я умереть. Я покачала головой, слишком слабая даже для того, чтобы сказать «Нет уж».
Он склонил лицо к моему горлу. Я вскрикнула, ощутив, как острые зубы впились в кожу, и разорвала рубашку на его груди по швам, когда все тело сжалось, словно в тисках. Смутно слышала звук рассыпавшихся по гравию пуговиц. Ощутила требовательное сжатие зубов, когда Габриель начал высасывать кровь из моей шеи. После того, как он сделал несколько больших глотков, это перестало причинять боль. И даже глубокая огнестрельная рана в боку уже не ощущалась. Я как будто дрейфовала, в тепле и безопасности.
Габриель отстранился, оставляя меня замерзшей и уязвимой. Я захныкала, слепо пытаясь вернуть его к моей шее. Наблюдать эту сцену было очень неловко, а все, что последовало дальше, выглядело по-настоящему жутким.
Зарычав, Габриель вонзил зубы в собственное запястье и поднес его к моему рту. Даже в своих воспоминаниях я испытывала отвращение. Ощущение его прохладной, с медным привкусом крови, стекающей по моим губам, было отталкивающим, но я не могла сопротивляться. На каком-то примитивном, инстинктивном уровне, я знала, что нуждаюсь в ней, чтобы выжить. Он шептал мне что-то ободряющее на непонятном гладкозвучном языке. Я стала глотать, заставляя себя думать о том, что текло по моему языку, как о лекарстве. А вскоре это вообще перестало иметь значение. Я требовательно вцепилась в запястье Габриеля, прижимая его к моему рту и жадно глотая. Я словно тонула, погружаясь в давящую пустоту, угрожающую поглотить меня. Я не могла думать. Не хватало сил вдохнуть, как бы сильно я не пыталась.
Габриель мягко отстранил меня от своей руки. Он что-то бормотал, прижавшись к моему лбу, пока мое тело корчилось в муках, мозг буквально вопил от недостатка кислорода. Я беззвучно кричала, горючие слезы текли по щекам. Габриель не сводил с меня глаз, утешая светившимся в них сочувствием. Он шептал, но уже на английском, что эта часть никогда не бывает легкой, но скоро все закончится. Сердце билось все реже. Последний слабый вздох с хрипом вырвался из груди, и все покрылось мраком.
Меня швырнуло из видений в реальность. Я упала на колени. Если бы в желудке что-то оставалось, я с удовольствием рассталась бы с этим на ковре.
- Что ты со мной сделал? – прошептала я, отгоняя воспоминания и вытирая рот.
- Ты знаешь, кто я. И знаешь, кто ты, – спокойно сказал он, словно мы обсуждали членство в англиканской церкви. – Я предложил тебе выбор, ты его сделала.
Я вонзила в него то, что, как я надеялась, было по-настоящему уничтожающим свирепым взглядом.
- Ничего себе выбор. Я умирала. Какой-то пропойца застрелил меня прямо из грузовика. Почему я просто не могла проснуться с гонореей, как какая-нибудь девица легкого поведения?
Он хохотнул.
- Ты очень забавная.
Я предпочла принять это за комплимент и сменить тему.
- Спасибо. Ну а теперь мне нужно идти.
Я успела сделать примерно полшага к двери спальни, когда Габриель преградил мне путь.
Как ему удавалось передвигаться так быстро? Это действительно раздражало.
- Ты не можешь уйти, - заявил Габриель, ухватив меня за запястья.
Он, казалось, наслаждался контактом, судя по тому, как вспыхнули и потемнели его глаза. Стоило поистине героических усилий не поддаться парню, при одном взгляде на которого хочется пускать слюни, тем более, если в это время он гладит тебя по щеке. Напоминание о том, что он совсем недавно наградил меня вечной тягой к засосам, помогло необычайно.
- Скоро тебе потребуется питание. Прошло три дня с тех пор, как ты вообще хоть что-то ела.
- Мне ничего от тебя не нужно. – Я отпихнула его назад, и тут до меня дошло. Три дня? Он не мог заявлять об этом всерьез. Никто не может проспать три дня подряд. О, точно, я же теперь мертва. Новые правила.
- Ты должна пить, Джейн.
- Я не буду!
- Все могло бы быть намного труднее. Я пытаюсь облегчить это для тебя, – увещевал он, наступая на меня.
- Не думаю, что тебе это удастся, - возразила я, уперев руку в его грудь, чтобы удержать на расстоянии. Все равно, что толкать кирпичную стену. Твердую, неподвижную и безжизненную. Не было ни малейшего намека на сердцебиение или дыхание под моей рукой.
Это не есть хорошо.
- Ты должна питаться, и существуют вещи, которые нам необходимо обсудить, - пробормотал он. Габриель придвинулся ближе и провел кончиком носа по линии моих волос. Это обеспокоило меня, принимая во внимание трехдневный перерыв в водных процедурах. Но, казалось, что исходящий от меня аромат не беспокоил его. Скорее наоборот. Он потянул мою руку вниз, притягивая меня ближе. Мне не хотелось ничего больше, кроме как прильнуть к нему, позволить этим длинным рукам обернуться вокруг меня и пить из его шеи до тех пор, пока все станет неважным.
И тут мой глупый логический мозг дал знать о своем существовании. Я не знала этого парня. Не имела ни малейшего представления, где на самом деле нахожусь. Все, что мне было известно, так это то, что у меня оказалась своеобразная причудливая аллергическая реакция на ДжиЭйчБи[11], который он мне подсунул. И теперь я собираюсь позволить ему обслюнявить меня с головы до ног? Гм, нет.
