была провалена резолюция, требовавшая от руководящих работников СДО публичного ответа на вопрос, коммунисты ли они. Хотя на конгрессе не было выработано четкой идеологической и политической платформы, состоявшиеся в ходе его дискуссии свидетельствовали о быстром росте интереса американской молодежи к марксизму-ленинизму.
Заметив это, большинство представителей буржуазной общественной науки усилило антикоммунистическую пропаганду.
Были попытки объяснить тягу молодежи к марксизму тем, что «новые иррационалисты… — как писал Фидлер, — отрицают все аспекты рассудка, отрицают Фрейда так же, как и Сократа; и если они, как представляется, щадят Маркса, то это только потому, что меньше о нем знают, реже слышали о нем от преподавателей, которых они все больше отказываются воспринимать».
Более реальную оценку причин роста интереса леворадикальной американской молодежи к марксизму дают исследователи «нового левого», сами прошедшие школу политической борьбы в этом движении. В частности, П. Джэкобс и С. Ландау отмечают, что на начальной стадии развития представители «нового левого» были склонны рассматривать марксизм-ленинизм как «пережитки радикализма 30-х годов». Однако с «усилением интереса молодежи к проблемам гражданских прав и свобод, к проблемам мира старый марксизм начинает выглядеть по-новому привлекательным», поскольку «он дает определенное последовательное объяснение капитализму и указывает вместе с тем метод его преобразования». «Никогда за последние тридцать лет, — отмечал в 1966 году директор Американского института марксистских исследований Герберт Апте-кер, — не было столь серьезного, глубокого и широкого интереса к марксизму, социализму, который проявляется сейчас в американских колледжах, университетах, научных учреждениях и среди лиц свободных профессий».
НАСТУПЛЕНИЕ НА УСТОИ ОБЩЕСТВА
БРЕШЬ В СТЕНЕ АНТИКОММУНИЗМА
К середине 60-х годов студенты все чаще отказываются слушать буржуазных и правооппортунистических интерпретаторов марксизма. Они стремятся узнать точку зрения коммунистов по тем или иным вопросам от самих членов Компартии США. Случалось, что самые большие университетские аудитории не могли вместить всех желающих послушать того или иного руководителя компартии, и встречи-лекции переносились на университетские стадионы. Выступая с отчетным докладом на XVIII съезде партии, тов. Г. Холл имел все основания заявить:
«Нужно отдать должное молодому поколению, которое разрушило стены молчания. Они влили новую жизнь в концепцию демократии. Они заявили, что маккартизм умер. Именно эти молодые американцы начали борьбу за то, чтобы марксизм и точка зрения коммунистической партии были представлены на рынке обмена идей. Наша концепция говорить с миллионами стала реальностью».
Важную роль в стимулировании интереса протестующей американской молодежи к марксизму-ленинизму, к научному социализму, в преодолении наслоений антикоммунизма сыграли Клубы Дюбуа Америки, оформившиеся в июне 1964 года на конференции в Сан-Франциско из местных марксистских клубов в общенациональное объединение. В принятой конференцией программе отмечалось, что в своем подходе к проблемам страны организация будет «анализировать причины их происхождения с социалистической точки зрения».
Клубы Дюбуа быстрее, чем другие организации «нового левого», увидели неразрывную связь между войной во Вьетнаме, расовой дискриминацией, безработицей и бедностью среди молодежи и т. п., указали на эти проблемы как на основу для достижения единства действий различных демократических объединений американской молодежи и студенчества, независимо от их расового, национального и социального состава. Клубы последовательно боролись за устранение таких формальных причин, лежащих зачастую в основе раскола левых сил, как чрезмерное увлечение революционной фразой в ущерб массовым действиям. Они выступали за расширение сотрудничества небелых и белых молодых борцов против войны, за гражданские права и т. д.
Клубы Дюбуа Америки рассматривали себя как многорасовую организацию и действительно являлись ею. В момент своего создания они состояли из белой, негритянской, пуэрто-риканской молодежи, придерживающейся социалистических идей. Большинство членов клубов были студентами или учащимися старших классов средних школ.
Однако с самого начала организация стремилась работать непосредственно среди трудящейся молодежи — белой и черной, — развивать свои связи с рабочим классом. Ей принадлежала инициатива по разработке законопроекта, направленного на ликвидацию безработицы среди молодежи. Идея в общих чертах сводилась к тому, чтобы привлечь внимание общественности к безработице как к серьезной общенациональной проблеме, требующей принятия неотложных мер, включая радикальное перераспределение фондов, и постановку вопроса: «Один человек — одно рабочее место. Может ли быть что-либо более приемлемое в богатейшей стране мира?»
Несомненно, что поддержка проекта профсоюзами, движением за гражданские права способствовала бы развитию единства между негритянской и белой рабочей молодежью, а следовательно, и более эффективной борьбе против безработицы.
Заявившим с момента возникновения о своей приверженности политической и идеологической платформе, базирующейся на идеях научного социализма, на марксистско-ленинском учении, Клубам Дюбуа суждено было стать первой организацией «нового левого», принявшей на себя самые жесточайшие удары со стороны правящих кругов и американской реакции. Но репрессии не сломили организацию, а, напротив, способствовали росту ее популярности в демократическом движении молодежи. Вместе с тем следует отметить, что количество членов Клубов Дюбуа росло медленно по сравнению с другими объединениями «нового левого». Причина, по-видимому, состояла в том, что другие группировки продолжали оставаться в большей степени движениями, нежели организациями, уделяли основное внимание только действию, были открыты для молодых людей, придерживающихся любых политических взгля дов. Клубы Дюбуа, напротив, уже в тот период выра ботали довольно четкие организационные, идеологические и политические принципы, которые протестовавшая часть молодежи не воспринимала еще как собственные, хотя охотно шла на сотрудничество с клубами в практических мероприятиях. Такое сотрудничество играло важную роль. Под влиянием активистов Клубов Дюбуа многие «новые левые» задумывались о роли единства демократических сил в молодежном движении, о необходимости сотрудничества белых и черных, о значении рабочего класса в революционной борьбе, проявляли интерес к изучению марксизма-ленинизма. Члены клубов так же, как и молодые коммунисты, принимали участие в деятельности других организаций «нового левого», не скрывая своих политических убеждений. Тем самым они развеивали «страх перед коммунизмом» многих молодых радикалов, вели среди них пропаганду научного социализма. Но, учитывая разнообразие побудительных мотивов, приводивших американских юношей и девушек в демократические движения, низкий уровень их политического сознания, компартия не предлагала в тот период каких-либо общих форм организации социалистически настроенной молодежи. Коммунисты видели свою задачу в том, чтобы, находясь в гуще демократически настроенных юношей и девушек, понять эти мотивы и на основе их глубокого анализа найти правильные формы привлечения молодежи, включившейся в борьбу за демократию, к борьбе за социализм. Речь шла о внесении сознательного элемента в массовые, но по преимуществу стихийные демократические движения молодежи. Все эти вопросы широко обсуждались на XVIII съезде Коммунистической партии США. Был дан глубокий анализ и оценка сдвигов, происшедших в американском «новом левом» движении с момента его возникновения.
На съезде подчеркивалось, что подавляющее большинство «новых левых» еще не понимает решающей роли
